Чтение онлайн

Я закрыла глаза и прижалась лбом к его плечу.

А потом эгоистично и глупо прошептала:

— Да, Майк, если ты хочешь быть рядом.

Я почувствовала, как его тело расслабилось, и он пробормотал:

— Хорошо, потому что я хочу быть рядом.

Я приподняла голову, нуждаясь в настроении, которое никак не будет связано с прошлым, а будет сейчас и сию минуту, исключая утопленного ребенка и разбитое сердце Джо.

Поэтому я спросила:

— Ты не возражаешь, если мы посмотрим фильм?

— Я буду возражать, если ты не будешь прижиматься ко мне, пока мы будем смотреть фильм.

Моя улыбка была уже более открытой, когда я произнесла:

— Думаю, что смогу это сделать.

— Тогда иди и выбери фильм, который хочешь посмотреть.

Я продолжала ему улыбаться, начиная подниматься с дивана, но опять подалась к нему.

— Майк? — Позвала я, и его глаза встретились с моими.

— Ты практически сидишь у меня на коленях, милая, и так кричишь, — ответил он с усмешкой.

— Спасибо, что терпишь мое дерьмо, — прошептала я.

Его лицо смягчилось, рука вернулась к моему подбородку.

— Я медленно учусь, прости, это правда, но я понял одну вещь в жизни — есть женщины, с которыми стоит мириться, и женщины, с которыми не стоит. Я предполагаю, что ты относишься к первой категории.

— Не знаю, у меня плохой характер, — честно призналась я.

— Тогда я постараюсь тебя не злить.

— Разумно.

Он усмехнулся, снова легонько поцеловал меня, убрал руку с моего лица и сказал:

— Выбирай фильм.

— Хорошо, — ответила я, встала, доставая DVD, Майк поставил его, и мы обнявшись сидели на диване, пока смотрели фильм.

Фильм был хорошим, и, поскольку он был в коллекции Майка, ему, очевидно, он нравился.

Самое приятное было то, что я лежала спиной на нем на диване, положив голову ему на бицепс, он крепко обнимал меня за талию, мы переплели ноги, ничего не делали, просто смотрели фильм в гостиной у него в доме, с собакой, растянувшейся на краю дивана.

Это было прекрасно.

И мне нравилось. Мне даже пришлось признаться, что мне нравилось смотреть фильм с Майком, так же я призналась самой себе, что предпочла бы смотреть фильм с Джо.

Но Джо не любил так обниматься и смотреть фильмы, не любил готовить ужин и не хотел завести собаку.

И Джо никогда не будет делать ничего подобного.

* * *

Спустилась ночь, а Кэл все еще сидел на веранде, услышав, как подъехал мустанг Вайолет.

Как будто она решила разозлить его еще больше, она не воспользовалась гаражом.

Он оставался на своей веранде, сделав еще один глоток пива, какой по счету понятия не имел, он потерял счет глоткам, когда услышал, как открылась и закрылась ее боковая дверь.

Он оставался на месте, глядя в темноту, зная, что она не придет к нему этой ночью, первой ночью, когда он был дома за долгое время, и она не будет в его постели.

Некоторое время спустя он уже подумывал, чтобы взять еще пива или пойти за бурбоном, когда услышал, как открылась ее боковая дверь, послышался скрежет запирающегося замка.

Он ждал, потом повернул голову в сторону ее дома, когда услышал, как она вошла по ступенькам веранды.

Она подошла к нему и остановилась у кресла, в котором несколько часов назад сидел Колт.

— Ничего не говори, — предупредила она.

Он понятия не имел, что она имела ввиду, но ответил:

— Соседка, я не скажу ни слова.

Она поколебалась, потом села рядом с ним в свободное кресло, подняла ноги, положив их на перила.

Она была в джинсовой юбке, более облегающей бедра, чем та, другая, на самом деле, она была зауженной по бокам бедер, с разрезом спереди. На ней была маленькая свободная пурпурная блузка с широким вырезом, открывающим грудь, приталенная. И она была босиком.

Ему не нужно было спрашивать, хорошо ли она провела вечер, и так понятно. Она ушла без четверти шесть, а вернулась около полуночи, может даже позже. Достаточно времени, чтобы поесть и сделать все то дерьмо, когда хорошо проводишь время. Он догадывался, чем они могли заниматься, если бы Вай провела у него в доме столько времени, хотя Вай проводила у него в доме не так много времени, но он точно знал, чем занимались они. Он решил, что Хэйнс не так уж далек был от цели, и, если бы Вай позволила ему трахнуть себя, она не сидела бы сейчас рядом с ним.

Кэл не хотел испытывать облегчения от этой мысли, но он, черт возьми, испытал настоящее облегчение.

На этот раз она была счастлива помолчать, но Кэл не хотел молчать.

Он допил остатки пива и опустил руку.

— Тебе следует дать Хэйнсу шанс.

Он скорее почувствовал, чем увидел, как она повернула голову в его сторону, но продолжала молчать.

— Не буду ничего менять, соседка, — сказал он в сторону своего темного двора. — Тебе может не нравиться то, что у нас есть, но меня это устраивает.

— Джо, — тихо позвала она, и когда она его окликнула, он задался вопросом, почему они сидят на террасе, а не в его постели.

Он повернулся к ней.

— Если тебе это не нравится, тебе придется с этим завязать.

Какое-то время она молчала, потом тихо произнесла:

— Я пыталась, Джо.

Он повернулся лицом к своей лужайке.

— Тогда иди в кровать.

Она заколебалась, потом поднялась, но он не слышал, чтобы она спустилась по ступенькам, а услышал, как открылась и закрылась его раздвижная стеклянная дверь.

Он сидел на месте, глядя на свой двор, долго сидел. Затем он наклонился, взял две пивные бутылки, которые стояли возле стула, когда он перестал выкидывать их, направляясь за очередным пивом на кухню. Он вошел в дом, на кухню, выбросил бутылки в мусорное ведро и пошел в спальню.

Вайолет лежала в его постели. Она не пошевелилась, когда он вошел, не пошевелилась, когда он стал раздеваться, но издала какое-то мурлыканье и пошевелилась, когда он лег в постель. Потом он улегся на спину, она свернулась калачиком спиной к нему и снова не двигалась.