Чтение онлайн

— Потом, Демид, потом, — ответил кролик.

— Ладно. Сколько времени потребуется на создание цифрового камуфляжа?

— Около восьми часов, — сообщил колдун, — это на подбор подходящей маски и её внедрение в систему безопасности станции.

— Всё это время, — проговорил Владимир, — нам надо будет где-то прятаться, правильно ли я понимаю?

— Да, — кивнул колдун.

— Есть другая опция, — предложил Демид. — Проблемы у нас начнутся, как только Кричевская вызовет полицию. Можно не допустить этого.

— Мы так не работаем, — с педантичной убеждённостью взмахнул лапой кролик и покачал своей ушастой головой.

— Методы есть разные, не только те, о которых ты подумал, — возразил Демид.

— Какие? — вскинулся Владимир, — будешь душить её каждый раз, как она станет приходить в себя?

— Тише, тише, — ничуть не смутившись, отреагировал Демид, — не шуми так, а то разбудишь спящую царевну раньше времени.

Кролик повернулся к колдуну и заметил:

— Тоня, а ведь Демид прав. У нас есть внутрисетевые коды доступа Кричевской. Может, мы сможем как-то настроить её личный кабинет, чтобы блокировать запросы о помощи?

— Надо попробовать. Но остаётся ещё один момент. Как только Кричевская поймёт, что через сеть она никого не дозовётся, она пойдёт пешком. И своими ножками дотопает до полиции.

— Это я беру на себя, — сказал Демид, — я свяжу её и прослежу, чтобы она не освободилась, пока наши маски не будут готовы. Жаль, конечно, что полностью скрыть наше появление в её квартире не получится. Слишком много следов, так что нас объявят в розыск и наши рейтинги ухнут вниз до самой земной поверхности.

— Ну, — развёл руками колдун, — это уж вы сами постарались.

Демид озвучил то, о чём Стеша боялась и думать. Её объявят в розыск. Её рейтинг станет красным. Её жизни конец. Её планы и стремления, её знакомые и друзья, коллеги и заказчики, её цели теперь ничего не значили, как и коды, забранные с сетевика Кричевской. Просроченная информация, потерявшая актуальность — вот чем за мгновение обернулись жизнь и мечты Степаниды Голуб.

Сил бороться с убийственным знанием не осталось, в сознании девушки зашумел белый шум всепоглощающего ступора. Окружающий мир куда-то пропал, события, что фиксировались органами зрения, слуха, обоняния и осязания чиркали по сознанию и терялись в этом шуме, не оставляя следа, не рождая мыслей и чувств. Не было ни злости, ни обиды, ни отчаяния, ни надежды. Наверное, смерть приходила к человеку так же и таким же образом заслоняла от него жизнь.

Стеша смутно помнила, как Владимир вывел её из капсулы. Они спустились на уровень ниже и принялись ждать на фудкорте сообщений от Демида и Антонины. Кажется, Владимир пытался о чём-то поговорить с девушкой, но не особо преуспел в этом. Кажется, он её чем-то кормил и водил до уборной. Наверное, оставь он её на месте, Стеша сидела бы без движения сутки, вторые, третьи, пока от голода не завалилась бы на бок, и система автоспасения не начала бы подавать сигналы бедствия в связи с истощением организма. Но Владимир крутился рядом, должно быть, из страха за собственную безопасность, и девушка ненавидела его за это. Он не понимал, она теперь никуда не побежит и никому ничего не расскажет, потому что вернуть её рейтинг в рыжую зону уже ничто не сможет. Человек из другой жизни, привыкший, словно крыса, ползать по тайным ходам, под ногами нормальных людей, он понятия не имел о настоящей, нормальной жизни. И понятия не имел, что для Стеши означала утрата такой жизни.

Как-то вдруг в болоте почти застывших секунд возник Демид. Стеша подняла на него взгляд, когда он разговаривал о чём-то с Владимиром. Она не вслушивалась в разговор мужчин, ей был неинтересен их обмен мнениями. Внутренним взором её душа вперилась в глухую стену, возникшую между девушкой и её будущим, и пыталась отыскать в ней малейшую трещину, слабое место, надежду на продолжение движения. Всё было без толку.

Кто-то поднял Стешу с сиденья, взяв за плечо, и повёл с фудкорта в коридор и к лестнице. Должно быть, Владимир, потому что Морозов как будто шёл впереди, его высокая голова крутилась на тонкой шее из стороны в сторону.

— Ты же помнишь, меня теперь зовут Пахом Кержаков, а ты — Аделаида Семёнова, — повторял время от времени Владимир.

Демид неожиданно обернулся:

— А мне моё имя идёт, — он криво улыбался, не шутя, но горько иронизируя над собственной судьбой, — Самсон.

С этими словами он провёл рукой по лысине.

Стеша оставила слова Владимира без внимания. Наверное, именно поэтому он повторял их снова и снова, хотел убедиться, что информация добралась до её сознания.

Оказавшись на пустой лестнице, девушка вытянула руку и тронула Демида за плечо. Морозов обернулся, без единого следа холодной жестокости на лице, и с участием посмотрел на Стешу.

— Что ты хотела, Адиля? — спросил он.

Нельзя верить этой человечности, девушка помнила, как бесчеловечно он мог себя вести.

— Что с ней? Что ты с ней сделал?

— Ты про… да, я понял. Ничего. Оставил в шкафу. Я думаю, она выберется в течение часа, я положил на полу рядом кухонный нож. Это всё?

— Да.

Демид развернулся и затопал по решетчатым ступеням лестницы. Стеша и Владимир спустились за ним.

Когда все трое оказались на нужном уровне и вышли в коридор, их встретили полицейские с ружьями наготове.

— Зараза, — выругался Демид и вскинул руки вверх привычным движением.

Владимир последовал его примеру, Стеша осталась стоять с опущенными конечностями.

Полицейских было трое, у всех тела почти полностью заменены на импланты с кобальтовым покрытием. Розовая кожа их лиц чужеродными пятнами светилась из-под шлемов, напоминая об утраченной природе в пользу корпоративной функциональности.

— Проверка идентичности в связи с планом “Перехват”, — объяснил один из служителей закона, особое внимание уделив так и не поднявшей руки Степаниде, — Можете проходить.

Внезапное появление полиции так сильно шокировало мужчин, что до самого убежища они не проронили ни слова. Что-то изменилось, пока троица спускалась по лестнице до нужного этажа, будто бы на Солнце произошла вспышка, и долетевший до станции поток частиц бомбардировал население, заставлял людей ходить по коридорам быстрым шагом, втянув головы в плечи, и поскорее запираться за разноцветными дверями.

В капсуле убийц на кровати сидели Корней и Антонина, у стены опять лежала Лидия и смотрела в потолок.

— Про нас уже пишут в новостях? — спросил с порога Демид.

— Поверь мне, новостям сейчас не до вас, — ответил Корней и покачал головой.

— Почему? — удивился Морозов, — на этом уровне нас даже полиция проверяла.

Стеша и Владимир, тем временем, тоже зашли в капсулу, Владимир закрыл дверь.

Вместо ответа Мохов указал на голограмму новостного портала, повешенную на стене капсулы напротив кровати.

«Бойня в поместье Лаптевых!» — гласил заголовок статьи, под которым чернело окно видеоплеера с трансляцией.