Чтение онлайн

«С Вами по-прежнему Блю Крит, — вещал репортёр, — и мы продолжаем вести рассказ с места сегодняшней трагедии. Для тех, кто только что присоединился к нам, напоминаю: группа неизвестных проникла в апартаменты Лаптевых комплекса «Люксофф Эстейт» в зелёном секторе станции «Северодвинск-7» и устроила массовую бойню. На момент нападения в апартаментах находились молодые Лаптевы: Борис, наследник хозяина судостроительного кластера Феофана Лаптева, его двоюродные братья Виталий и Ефим, и двоюродная сестра Злата. По последней информации, Борис в критическом состоянии отправлен в реанимацию, остальные Лаптевы погибли. Нападавшим удалось скрыться…»

Стеша не стала слушать до конца.

— Где Кирилл? — спросила девушка.

— Там, — сказал Корней и кивнул головой в сторону задней стены, — но тебе лучше не ходить туда пока, там зрелище не самое приятное.

Пропустив предупреждение мимо ушей, девушка прошла к стенке капсулы, сняла её, и шагнула на загрохотавший под её ногами настил. На втором этаже убежища кто-то быстро и прерывисто дышал, иногда срываясь на всхлипы, и время от времени лупил кулаком в пол. Подойдя к люку наверх, Стеша на минуту остановилась, прислушалась. Всхлипы были, как будто, женскими. Чья-то душа словно отделилась от тела и металась, неприкаянная, по узкому пятачку гофрированного металла, не имея возможности улететь в рай и опасаясь спускаться в ад.

Обернувшись, Стеша разглядела на полу тёмное пятно какой-то жидкости, по капле падавшей с потолка из стыка металлических листов.

По лесенке девушка поднялась наверх, просунув в люк голову и плечи. На втором ярусе она увидела лампу, стоявшую на ящике и горевшую мертвенно-холодным светом. На полу у ящика лежала Майя. Кирилл, опустившись на колени, сжимал руку Каменской и гладил девушку по голове, Савва раскачивался на корточках в дальнем конце яруса, у самого края настила.

Лицо Майи было изуродовано гримасой страдания, по щекам текли слёзы. Она дышала мелкими и быстрыми вдохами и выдохами, будто бы вместе с воздухом старалась выпустить из себя немного боли, слишком огромной, чтобы выйти сразу в одном крике. Взгляд Стеши сам собой пополз по телу девушки от её плеч к пояснице и ногам, и наткнулся на культю на месте левой голени, замотанную в пропитанную кровью тряпку. Тёмная лужа венозной крови расползалась под культёй, псеводгравитация засасывала жидкость вниз, в стык щитов.

— Потерпи, родная, потерпи, — успокаивал Майю Кирилл, — сейчас Савва всё узнает у доктора, и мы сделаем, как надо. И всё будет хорошо. Савва! Долго ещё?!

— Нет! — лаял Каменский.

— Я сделала, как вы просили, — сообщила Стеша бесстрастным голосом, — Будете смотреть воспоминания?

— Да погоди ты, — отмахнулся Кирилл, — Не до тебя сейчас.

— Я что, зря туда ходила?

— Не до тебя сейчас, что непонятного?! Демид пришёл?

— Пришёл. Так что, будете смотреть?

— Потом. Савва, Морозов здесь. Если нужна будет промышленная печать, переговори с ним.

— Конечно, нужна, — встрепенулся Каменский, поднялся на ноги и направился к люку.

Стеша, уступив дорогу, спустилась обратно на первый ярус и села, привалившись спиной к стене напротив выхода. Савва прошёл мимо девушки в капсулу.

Всхлипы страдавшей наверху Майи не отвлекали девушку. Не нарушали её концентрацию и звуки падавших в лужу крови капель, что она смогла различить, посидев некоторое время в уютном полумраке. «Раз рейтинг упал в красную зону, значит…» — начиналась мысль в голове у Стеши, но хвост этой мысли вырос до невообразимой длины, так что девушка всё тянула и тянула его из омута подсознания, никак не могла добраться до конца. Уже Каменский вернулся наверх после разговора с Демидом, уже повторно спустился вниз и повторно вернулся наверх, и опять спустился вниз и крикнул, шагнув в капсулу: «Мы пошли, я не знаю, получится или нет!», и Владимир пришёл и сел рядом со Стешей, спросил: «Как ты?», потом: «Может, пойдём отсюда?», и ушёл обратно в свет и чистоту, тяжело вздохнув, и период падения капель серьёзно увеличился, видимо у Майи заканчивалась кровь, чтобы выливать на настил, и только тогда конец хвоста оказался у девушки в руках: «…значит, всё позволено!»

Теперь, без цели и моральных установок, освещавших путь к ней, в душе Стеши осталось одно желание. Оно покоилось на самом её, души, дне, как масса зловонного ила под толщей озёрной воды. Периодически девушка касалась его, когда оставалась одна и погружалась в размышления особенно глубоко, но всякий раз поднималась обратно на поверхность сознания, к общепринятым мотивам и стремлениям, о которых можно было рассказать знакомым и друзьям, тому же Владимиру.

Возвращаясь из виртуальной реальности в капсулу, тесную и наполненную непроглядным мраком, но всё равно пустую, иногда Стеша не засыпала сразу. Она лежала с открытыми глазами и слушала, как нечто со дна собственной души уговаривало девушку перестать существовать. Хоть на минуту, на коротенький миг сбросить с себя груз осознанности, целеустремлённости и впустить внутрь сладкое небытие, что скрадывает секунды и часы, и окрашивает все дни одинаково пустым цветом. Сейчас желанию не осталось сил сопротивляться, оно виделось единственным спасением от пережитых ужасов.

Девушка никогда не удивлялась, что при тотальном контроле за сетью и действиями пользователей в ней поиск цифровых наркотиков занимал не больше двух минут. Устроить всё быстро получилось и в этот раз, так что, как только шкала загрузки данных заполнилась на сто процентов, девушка запустила свежескаченное приложение и повалилась на бок, закатив глаза.

Поднял её, кажется, всё тот же Владимир. Парень тряс Стешу за плечо и что-то говорил, но слова казались девушке какими-то незнакомыми. Другой язык из другого мира. Она отмахнулась от него, поднялась на ноги и ступила в капсулу. Кровать была свободна, девушка собралась прилечь на неё и вернуться к своему умиранию, но Владимир остановил.

— Ты вся в крови, ты всё испачкаешь, — разобрала Стеша его слова.

Она провела ладонью по своему лицу и посмотрела на пальцы. Красные. Откуда взялась кровь? Владимир вывел на стену какую-то картинку. Стеша подошла ближе, чтобы получше рассмотреть. Девушка с лиловыми волосами до плеч глядела на неё со стены. Правая половина лица и волосы, а также плечо футболки и правая рука до локтя были перемезаны чем-то красным, возможно, кровью или кетчупом. Вот неряха, как же так вышло, интересно? Стеша подняла руку, чтобы дотронуться до плеча девушки и понять, что за грязью та вымазалась. Девушка тоже подняла руку, зачем-то копируя движения Стеши. Стеша опустила руку, девушка тоже опустила.

— Зачем она за мной повторяет? — спросила Стеша у Владимира.

— Крепко тебя накрыло, — почему-то вздохнул парень, не ответив на вопрос. — Пойдём, я отведу тебя в душевую.

— Зачем?

— Поверь, тебе нужно.

— Нет.

Владимир схватил руку Стеши за запястье, намереваясь поднять и поднести к глазам девушки, но чересчур сильно сжал.

— Ай! — вскрикнула девушка, другой рукой отпихнула парня.

Тот попятился, споткнулся и рухнул на спину, в открытый проём убежища. Стеша выскочила из капсулы и бросилась наутёк, оставив за собой открытую дверь.

Она заскочила в ближайший лифт, пассажиры шарахнулись от девушки в углы.

— Мне вниз надо, в красный сектор, — пояснила Стеша, глупо улыбаясь.

Никто не стал возражать, и стеклянные двери сомкнулись перед её лицом.

Этаж красного сектора она выбрала наугад, когда двери разъехались в стороны, вышла и побрела по инерции, не смотря по сторонам. Нужно было возобновить сеанс, прерванный Владимиром. Стеша где-то на что-то села, рядом кто-то храпел и вонял, девушка прикрыла глаза и улыбнулась блаженной улыбкой идиота.

Грёзы пришли простые, животные, из тех, что брали яркостью за счёт примитива, и что можно гонять по кругу, пока последние ресурсы организма не будут сожжены в обмен на дешёвое, в полгроша удовольствие. Из тех, что растаптывают Божью искру и оставляют даже не мясо, но заполненную гнилью шкуру.

Кажется, кто-то куда-то е"e сначала в"eл, подталкивая кулаком в спину, затем, после е"e падения тащил за ногу. Навряд ли это были охотники за имплантами, ради только лишь кистей рук они не стали бы возиться, а впрочем, Стеша не оказала бы сопротивления и им, лишь бы не прервался сеанс.