Чтение онлайн

— Весеннее равноденствие.

— Ты прав… мы должны подумать о Турнире.

— Будет ли уместно организовать его и в этом году? — спросил Езод. — Беспорядок, который творится вокруг Турнира, может увеличить опасность атаки.

— Ты считаешь, что мы должны отменить событие?

— Нет, мы не имеем права выказывать слабость перед Офидиэлем. Я думаю, мы должны будем принять меры предосторожности, держать все под охраной, но турнир должен состояться.

— Ты ведь помнишь, кто должен участвовать в Весеннем Турнире в этом году?

— Конечно. Я помню и о цене, которую придется заплатить.

Метатрон не ответил, и Езод тоже молчал, не прерывая его размышлений. Потом он снова заговорил:

— Мы будем постоянно наблюдать за Уникой и Унико. Мы защитим их. Мы сделаем все, чтобы ничто плохое не смогло случиться с ними. Я лично возьму на себя заботу о них. Вот тебе мое слово, Метатрон.

— Спасибо, Езод. Твоя помощь бесценна. Ты прав: Весенний Турнир должен состояться. Но, прежде мне нужно поговорить с Унико.

Метатрон и Езод закончили телепатическое общение, как только в небе показались подлетающие к башне Унико и Уника. Метатрон не мог сдержать волнения, охватывавшего его всякий раз, когда он видел их вместе. Они так напоминали существо, давшее им жизнь, и все же обладали яркой индивидуальностью.

Как только они коснулись земли, Метатрон подошел и обнял девушку.

— Уника, беспокойная моя девочка… — Он поцеловал ее в лоб. — Будь терпеливее и верь нам. Наша любовь оберегает тебя.

Он сжимал ее в объятиях до тех пор, пока ее напряженное тело не расслабилось. Она прильнула к груди своего покровителя.

— Теперь тебе нужно отдохнуть, а мне — поговорить с Унико. — Он погладил ее по щеке.

Уника обожала Метатрона. Он был для нее наставником, отцом, другом — и поддержкой в любую минуту. Все ее сомнения растаяли. Она заговорщически подмигнула Унико и отправилась в свою комнату.

Унико смотрел ей вслед. В этот момент он испытал другие, новые и сильные эмоции: боль, вызванная ее уходом, смешалась с приятным сознанием того, что душа девушки была с ним всегда, везде, даже на расстоянии.

— Значит, ты научился летать, — сказал ему Метатрон, возвращая к реальности. — Я наблюдал за тобой. Ты молодец.

— Спасибо, — смущенно ответил Унико. — Я уверен, что все это лишь благодаря тому, что у меня была очень терпеливая учительница.

— Уника особенная, ты знаешь об этом. И ваша дружба представляет собой сокровище, которое вы со временем оцените.

— Метатрон… — Унико запнулся, но потом решительно продолжил. — Мы с Уникой знакомы всего несколько часов, но уже невероятно близки. Это прекрасное ощущение, но в то же время странное, стесняющее. Я…мне так странно. Волнение никак не проходит.

— Вы оба храните в сердце Главные Сущности. Это делает вас отличными от всех других, единственными во Вселенной. Между вами всегда будет сильнейшая близость, которая образует неразрывную связь.

— Но ведь нам не говорят всего, — твердо возразил Унико. — И потом, до вчерашнего дня я жил обычной человеческой жизнью. У меня был дом, семья, школа и друзья. Комната, где я учился и спал. У меня были имя и фамилия. Я был Джо Спрингфилдом. А теперь я кто?

— Унико…

— М-да… ужасное имя, я даже не знаю, откуда оно взялось. Из меня сделали сейф с камнем, который кто-то хочет украсть!

— Ты — ангел! Мне понятно твое замешательство. У тебя будет время узнать до конца свою сущность. Не торопись.

— Так у меня нет выбора, верно? — Глаза Унико наполнились слезами.

Метатрон не был готов к такой реакции. Он понимал, что недооценил личность юноши. Он совершил непростительную ошибку: не предполагал, что тот был до такой степени похож на настоящую Унику.

— У всех нас всегда есть выбор, Унико. Я говорю только о том, что ты должен дать себе немного времени, чтобы понять, что с тобой произошло, и не делать поспешных выводов.

Метатрон понял, что продолжать разговор бессмысленно. Беспокойство Унико было оправдано, и ничто не могло его успокоить. Поэтому Метатрон решил сменить тему разговора, чтобы ослабить напряжение.

— Ты хочешь снова увидеть своих друзей?

— Да… где они? Как они? — Глаза Унико засияли.

— Отлично. Нишида показывает им Сефиру, но скоро они вернутся.

— А мои родители? — Как Унико ни старался скрыть свои чувства, в его словах прозвучала горечь.

— С ними все хорошо.

— Но я должен вернуться домой… Они же ужасно переживают!

— Нет. Я применил магию. Я моментально удалил твой образ из сознания всех, кто тебя знает.

Унико потрясенно молчал.

— Некоторое время никто на земле не будет помнить о Джо Спрингфилде. Никто не спросит, куда он делся.

Глубокая тоска овладела Унико. Юноша, которого еще несколько часов назад звали Джо Спрингфилд, больше ни для кого не существовал. Он больше ни для кого не существовал. Он не нужен никому из близких…

Метатрон понимающе взглянул на него:

— Успокойся, Унико. Это очень мощные, но временные чары: когда наступит срок, я верну все на свои места.

Унико внушал Метатрону огромное уважение своей привязанностью к родным и друзьям. Но юноша должен пройти этот урок. Такая потеря неизбежна, разумна и нужна. Единственное, что нужно сделать, это удержать его рядом и приободрить. Остальное сделает сам Унико.

— Есть еще кое-что, о чем я хочу с тобой поговорить. Пойдем в дом.

Они снова вошли в Башню. Потемневшая от времени мебель, высоченные шкафы, полные старинных книг и свитков, — все это выглядело так внушительно, что молодой ангел почувствовал себя не в своей тарелке. Метатрон приветливо заговорил:

— У каждой общины есть свои традиции. Мы не исключение. Каждый год, в день весеннего равноденствия, мы празднуем одно событие, случившееся в далеком прошлом.

Давным-давно юные Ангелы Весны носились в небе над Озерами Гиатт, набираясь необходимых навыков, чтобы стать Ангелами Силы. Они кружили в воздухе, то и дело превращаясь в разных животных и фантастических существ. Ты уже видел, как это происходит.