Чтение онлайн

— Да, вы сказали, нам осталось совсем немного грамматики. И я ещё хотела спросить одно слово.

— Тогда не будем терять время.

Он объяснил ей новую тему и откинулся на спинку стула.

— Пожалуй, хватит на сегодня.

— Но ещё одно слово! Тут написано, надо засушить, а что сушить непонятно. И в словаре нет.

— Я не перевожу книгу, забыла?

— Это последнее слово! Я везде посмотрела, у всех спросила!

— И ни Солус, ни Хидори не знают? Что же это за слово такое?

— Вот, посмотрите… — она хотела протянуть ему страницу книги.

— Завтра, — ответил Венатор.

— Ну, пожалуйста!

— Завтра.

***

Одну половину ночи Ниа корректировала перевод с учётом грамматики, которую объяснил ей Венатор, другую половину вносила исправления в учебник языка Аин.

А потом наступило завтра.

Она отдала профессору Сатабиша диск, выдержала до половины сочувственную речь Эдиты и сбежала к Солусу. Собиралась делать плакат для занятия с Халди, но заснула.

Вечером пришёл Байюлу, сказал, что её хочет видеть профессор Сатабиша. Наверное, с диском проблемы. Попрощалась с Солусом, поплелась к Хидори.

Старый кабинет, шкафы, заполненные книгами, карты на стенах. Она вдруг вспомнила, как пришла сюда первый раз.

Профессор сидел за ноутбуком и просматривал электронные страницы учебника.

— Я что-то неправильно сделала? — Ниа виновато посмотрела на Хидори. Она так торопилась, да ещё очень спать хотелось — запросто могла ошибиться.

— Нет, всё правильно, — медленно проговорил Хидори. — Учебник почти готов. Конечно, он будет меняться. Новые слова, новые тексты… Но сейчас… Сейчас я хочу задать тебе один вопрос.

— Какой вопрос?

Он помолчал немного, а потом сказал:

— Как на языке Аин будет слово «человек»?

— «Человек»?.. Вы хотите, чтобы я придумала это слово? — она вдруг страшно побледнела.

— Да, я прошу тебя назвать это слово, — добрые доверчивые глаза.

— Но как я пойму, что это именно тот вопрос?

— Поймёшь.

— Но я… я недостойна… есть другие…

«Что ты делаешь? От этого зависит его жизнь!»

— Я хочу, чтобы это слово назвала ты, — на губах светлая улыбка.

«Язык Аин — это всё, что осталось в моей жизни, это единственное, что никто не сможет похитить, ранить, убить».

— Профессор, это слишком важное слово. Я не… я ведь просто…

— Пожалуйста.

— Адфелион, — шёпотом.

— Что?

— Адфелион.

— Ты уверена?

— Да, я уверена.

— Тогда… — он склонился над ноутбуком.

Ниа, не дыша, наблюдала, как он нажимает клавиши. «А», «д»…

«Останови! Останови его!»

— Ну, вот и всё, — Хидори вынул диск. — Пойду отдам его Эдите. Спасибо, Ниа.

— Не за что…

— Ты сейчас к Солусу?

— Нет… нет, я спать… Извините…

Медленно вышла из класса. Взяла в комнате сумку и пошла к Венатору. Спускаясь по лестнице, видела, как внизу профессор Сатабиша прощается с Эдитой.

Венатор сидел за столом — голова опущена на руки.

— Я выполнила своё обещание, — глухо произнесла Ниа.

— Знаю, слышал, — пробормотал он, не поднимая головы.

— Слышали?

— Я же говорил, нужно внимательно смотреть и слушать.

— Что значит это слово?

— «Адфелион»?.. Я сам придумал его. Это значит «пустота»… Хотелось тоже внести вклад в великое творение Хидори. Вот я и внёс.

В классе было темно. Горела только маленькая настольная лампа, и в её свете дрожали два человека.

— Вы обещали назвать мне последнее слово, — прошептала Ниа.

— Давай книгу. Какое?

— Это, — она показала выделенное маркером слово.

Венатор наклонился, чтобы прочитать его, вдруг бледное лицо разрезала улыбка.

— А, это… — он впился глазами в Ниа, в голосе звучали торжество и отчаяние. — Так один старый путешественник назвал в своих записках цветок, который увидел в твоей стране! На твоём языке он называется идис! Идисы растут только в Лабрии!.. Ты не сможешь спасти его!

Минуту ничего не было слышно, а потом Ниа начала смеяться.

— У меня есть идисы! — давясь от слёз, выговорила она. — Папа подарил на последний день рождения! Я привезла их с собой в университет! Я спасу его!

Венатор медленно спрятался в тень. Только руки нервно дрожали на столе.

— Если твой доктор правильно всё приготовит, — хриплым простуженным голосом произнёс он.

— Приготовит, — сказала Ниа, вставая.

— Только помни, ты никогда никому не должна рассказывать обо мне и о том, что ты перевела книгу. Если получится создать лекарство, пусть все считают, что его придумал Отто Залюбер… Ты больше не зависишь от меня, но не советую нарушать обещание. Это может плохо кончиться.

— Я поняла. Прощайте, — ей поскорее хотелось уйти отсюда.

Венатор не ответил.

Ниа отвезла идисы доктору Залюберу и теперь ждала, когда он закончит исследования. Тем временем Университет готовился отмечать свой сто третий день рождения. В прошлом году в ноябре девушке было так плохо, что Хидори уговорил Доминика оставить её в покое. Сейчас он считал более полезным, наоборот, занять Ниа каким-нибудь делом. И она прилежно разучивала с Халди, Рои, Игни, Нубесом и Векси сценку для концерта.

Игни сначала не хотел, но после разговора с Солусом реплики свои выучил. Правда, на репетициях он сидел, отвернувшись от остальных, не слушая их, и потому не мог заметить, как сползает улыбка с лица учительницы каждый раз, когда она думает, что на неё никто не смотрит. Как дрожат тонкие руки, сжимающие подлокотники кресла. Как она украдкой подглядывает в листочек со словами своей роли, потому что в ней уже нет места ни для чего, кроме…

Каждый день на его подушке остаётся всё больше волос. Идя вместе с ним по коридору, ей приходится замедлять шаг, а иногда и останавливаться, делая вид, что завязывает шнурок на ботинке. Какое у него было лицо, когда она попросила достать что-то из ящика стола, и он увидел там тёмно-синий шарф и свитер! Она сказала, что хотела подарить их ему этой зимой, а он посмотрел на неё и сказал: «Можно, я возьму это сейчас?» А когда в один из вечеров с неба вдруг полетели снежинки, он прошептал, глядя в окно: «Последний первый снег…»