Чтение онлайн

– Мама дорогая…

Посмотреть было на что. Всклокоченные волосы, круги под глазами, на лице ни грамма косметики, в замызганном полосатом халате на голое тело и в тапочках. Разных. Неужели это Анька? Глаза у подруги тем не менее сверкали.

– Надь, отнеси быстренько таксисту деньги, я с ним за пятьсот рублей договорилась.

Мы оторопело уставились на подругу. В этот момент из комнаты мальчишек, зевая, в коридор вышел Авраашка. Вздрогнув, внимательно рассмотрел нашу скульптурную композицию, затем брякнул:

– Думал, глюки. Вы прямо «Восставшие из ада-3».

Авраам прошёл в туалет мимо трёх растрёпанных женщин.

Я, переведя взгляд на Надин, вдруг поняла: её внешний вид тоже, мягко говоря, оставляет желать лучшего. Скорее всего, как и мой. Видимо, к сходным выводам пришли и подруги, потому что следующие пару минут мы втроем ржали как сумасшедшие.

– Нет, Ань, ну почему у тебя тапки-то разные? – Надька ехидно ухмылялась, тем не менее пристально, особым взглядом, рассматривая Андре.

– Улепётывала из больнички в спешке. Лейк, а ты себя в зеркале ещё не видела? Иди посмотри, там ужасы покажут. Правильно Авраашка сказал.

Я уже решила возмутиться, но Андре переключилась на Надин:

– Надюх, ты бы свои титьки чем-нибудь прикрыла – в доме мужчины.

– А там и прикрывать нечего, – ляпнула я. – У Надьки же не выпуклости, а сплошные впуклости. Но вообще да, хватит перед моими сыновьями грудями трясти. И материться тоже!

Надька, прошипев что-то в адрес наших матерей и выдав пассаж по поводу «слишком больших доек у кое-кого, которыми только асфальт подметать», скрылась в комнате Забавы.

– Ладно, видно, самой придется деньги нести, – вздохнула Андре. – Нет бы мне промолчать… Лейка, дай пятьсот рублей, а то таксист с моим айфоном укатит, я его в залог оставила. Не хотела в таком виде опять на улице показываться, но что поделаешь.

Пока Анька выручала свой телефон, я потащилась на кухню – скоро все захотят поесть. А что в холодильнике? Угу, опять мышь повесилась. Хм, а вчера утром всё было забито. Раз болезная наша неплохо вроде себя чувствует (по крайней мере, язык у неё работает по-прежнему), ей и идти в магазин. Надежду теперь вряд ли упросишь. Как и детей.

– Ань, а чего ты ко мне-то приехала? – спросила я вернувшуюся подругу. – Нет, я, конечно, не против, живи, пожалуйста, сколько хочешь. Просто подумала, ты к себе вернёшься.

– Лейка, ты сдурела? – Андре аж перекосило от моего вопроса. – Пока замки не поменяю в своей квартире, ни за что там не останусь. У Храма есть ключи от неё.

Тут подруга, загрустив, замолчала. Я понимала ход её мыслей. Квартира-то официально Храма, и вряд ли тот простит ей всё случившееся.

– Ладно, не бери в голову. Лучше попробуй влезть в мои джинсы и Аврашкину футболку. И марш в магазин! Надо купить еды, в этом доме продукты подозрительно быстро исчезают.

Анька даже не пыталась спорить со мной, и настроение у меня резко ухудшилось. Так же молча Андре переоделась и, взяв деньги, отправилась в магазин. Не накрасившись! Как ни странно, мои джинсы оказались ей впору. Мне стало её невыносимо жаль.

Всякая жалость исчезла без следа, когда через полтора часа я судорожно носилась по кухне, пытаясь на скорую руку приготовить хоть что-нибудь, а Анька всё не возвращалась! Позвонив ей на мобильный, выяснила, что расстроенная подруга забыла его на кухонном столе.

Дети хотели есть. Надька требовала хотя бы бутербродов, но последний хлеб она же и доела ещё вчера вечером. Все были голодны и раздражены, но в магазин никто не торопился.

– Сбегала тут одна за пивком, – многозначительно ответила на мою просьбу Надин, – а её чуть машина не переехала. Никуда не пойду, пусть эта силиконовая кошкопотрошительница отдувается.

– Надь… – предупреждающе обронила я, показывая глазами на детей. – Перестань! Сейчас же. Неужели с Анькой что-то случилось?

– Ну не смотри на меня так! Простила я её, простила, – вздохнула Надежда. – Но не забыла. Ничего ей не будет – в одну воронку, как говорится, два раза не… писают. Теперь твоя очередь.

– А почему не твоя? – Я поражённо уставилась на подругу.

Дети подозрительно тихо пили пустой чай, внимательно прислушиваясь к нашему разговору. Я опять выразительно показала на них глазами.

– Есть хочется, ежа бы слопала, – моментально перевела разговор Надька.

– Может, по-быстрому тыквенную кашу-размазню сделать? – нехотя предложила я. – С рисом. Картошка и хлеб кончились, свинину размораживать и готовить долго. А ежей у меня нет.

Только я вытащила тыкву и начала отмывать её под струей воды, раздался звонок на айфон Андре.

– Надь, возьми, у меня руки мокрые. Может, Анька догадалась нам позвонить?

– Да! Кто-кто? Мордасов? Нет, это не Мадемуазель Андре. Это я, твоя любовь до гроба. Твоего. Не узнал? Да ты что…

Мы поражённо уставились на Надьку. А та продолжала, ехидно щурясь:

– А я почём знаю, где она. В больнице, наверное. Кстати, как твоя рука, уже срослась?.. Ага, вот теперь признал… Мордасов, твоё счастье – здесь дети рядом. Я потом, на допросе, тебе укажу все адреса, куда ты совершишь маленькие, но незабываемые эротические путешествия. И тебе не кашлять, товарищ милиционер. Ой извини, полицай.

Надька, брезгливо бросив мобильник, задумчиво забарабанила пальцами по столу. Затем перевела на меня многозначительный взгляд:

– Я на лестничную площадку – покурить.

– Угу, иди, – я продолжала автоматически натирать под водой тыкву до зеркального блеска.

В этот момент раздалось «Гитар-гитар-гитар» уже на моём мобильном.

– Надь… – просительно уставилась я на подругу.

– Ладно, Лейка, только ради тебя. Аллё… – Надин приложила к уху трубку. Затем начала давиться хохотом: – Мордасов, ты уже успел по мне соскучиться? Или адреса хотел записать? Нет, Лия сейчас подойти не может. Как не полицай? Вас же вроде переименовали. Пока, Мордасов, не кашляй. Под ноги посматривай, когда по лестницам спускаешься. Целую взасос.

Мы с Надькой идиотски засмеялись. Дети уставились на нас, как на сумасшедших. Потом, перебивая друг друга, стали спрашивать про Мордасова и допрос. Надин только отмахивалась, затем заявила, вставая:

– Всё, Лейка, я – курить. Ещё одного звонка из милиции я не выдержу.

Именно в этот момент раздался звонок на мобильный Надьки.

– Да, я. Когда? Хорошо, буду. – Она вздохнула и ушла с кухни.

Вопросами засыпали уже меня, пришлось выкручиваться. Не хватало ещё детей во всё это втянуть. Быстренько собрав шкурки тыквы в пакет, я пошла выносить мусор.