Чтение онлайн

«Я утверждаю, что проект Ленина был для России спасительным. Не буду это доказывать, потому что говорю о методе и делаю упор не на выводе, а на способе рассуждений, стараясь показать его последовательность, не приводя исчерпывающих доводов» [11] . Но где же искать сам проект?

В бытовых разговорах, происходивших еще до перестройки, зачастую можно было слышать сетования недовольных обывателей на негодных исполнителей того же самого замечательного ленинского плана – проекта строительства коммунизма, который в своей основе был извращен его ответственными исполнителями в угоду собственному благополучию. Поэтому вопрос о том, было ли построенное в СССР общество результатом успешного исполнения разработанного некоей группой людей какого-то конкретного плана или же это общество явилось итогом непрерывного, «живого творчества масс», является для нас принципиально важным. От ответа на него в большой степени зависит и выбор дальнейшего пути России. Если это был определенный план, вполне успешный до его насильственного свертывания в 80-е годы, то нужно лишь его отыскать и привести в соответствие с сегодняшним днем – отбросить явно устаревшие положения, актуализировать остальное и приступить к исполнению. Если же плана не было, то нужно, не оглядываясь больше назад, горестно вздыхая о прошлом, начать управлять страной и людьми, руководствуясь не пропагандистскими лозунгами типа «мы строим коммунизм» или «мы строим капитализм» и тем более не сиюминутными личными или групповыми интересами, а пользой всей страны и подавляющего большинства ее жителей. Именно поэтому зададимся вопросом – имелся ли в действительности на вооружении победивших большевиков конкретный проект переустройства всей страны, по которому в конечном итоге был построен СССР? Безусловно, мы не рассчитываем найти при поиске какой-то полузабытый манускрипт, в котором этот план был бы подробно изложен. Но, во всяком случае, основные требования и этапы такого плана, если он существовал, мы должны обнаружить либо в работах Ленина, либо в материалах партийных съездов и конференций. При этом нужно заметить, что проект – это не то же самое, что политический манифест, служащий для прокламации взглядов или принципов. Проект переустройства огромной страны должен, по меньшей мере, предполагать ясно поставленную, конкретно сформулированную конечную цель, сроки ее исполнения, качественные и количественные характеристики промежуточных этапов проекта, а также средства и методы его осуществления.

Для начала сразу три цитаты из Ленина – руководителя проекта, которому детали проекта должны были бы быть известны как никому другому.

А) «И, чтобы не дать снова восстановиться власти капиталистов и буржуазии, для этого нужно торгашества не допустить, для этого нужно, чтобы отдельные лица не наживались на счет остальных, для этого нужно, чтобы трудящиеся сплотились с пролетариатом и составили коммунистическое общество. В этом и состоит главная особенность того, что является основной задачей союза и организации коммунистической молодежи» [12] .

Б) «…Значит, необходимо в известной мере помогать восстановлению мелкой промышленности, которая не требует машин, не требует ни государственных, ни крупных запасов сырья, топлива, продовольствия, – которая может немедленно оказать известную помощь крестьянскому хозяйству и поднять его производительные силы.

Что же из этого получается?

Получается на основе известной (хотя бы только местной) свободы торговли возрождение мелкой буржуазии и капитализма. Это несомненно. Закрывать глаза на это смешно./…/

Возможно ли сочетание, соединение, совмещение советского государства, диктатуры пролетариата с государственным капитализмом?

Конечно, возможно./…/

Весь вопрос – как теоретический, так и практический – состоит в том, чтобы найти правильные способы того, как именно следует направить неизбежное (до известной степени и на известный срок) развитие капитализма в русло государственного капитализма, какими условиями обставить это, как обеспечить превращение в недалеком будущем государственного капитализма в социализм» [13] .

В) «Все дело теперь в том, чтобы уметь соединить тот революционный размах, тот революционный энтузиазм, который мы уже проявили и проявляли в достаточном количестве и увенчали полным успехом, уметь соединить его /…/ с уменьем быть толковым и грамотным торгашом…» [14] .

«Марксизм это не догма, а руководство к действию!»

Очень удобный, резиновый лозунг, который можно применить почти во всех случаях ревизионизма, но спрятать под ним радикальное изменение линии партии нельзя. За два года и три месяца основная задача, стратегический план строительства коммунизма развернут в обратном направлении на все 180°! Причем уже после практического окончания гражданской войны! По цитате «А» торгашество недопустимо, а по цитате «В» уже не только крестьяне, но и все коммунисты для укрепления завоеваний революции с прежним революционным энтузиазмом должны стать умелыми торгашами-капита-листами! Да, догматиком Ленина назвать никак нельзя. В «научном коммунизме» такое сальто-мортале именуется «материалистической диалектикой». С. Кара-Мурза оправдывает прямую измену Ленина идее и делу революции его творческим подходом к догмам марксизма, находит даже оригинальное выражение – «плодотворная противоречивость ленинской мысли», призванное служить для прикрытия обычных для Ленина отходов от марксизма и даже от своих собственных прежних убеждений. Разумеется, что при таком, почти синусоидальном колебании генеральной линии партии о каком-то определенном плане построения социализма не может быть и речи. Ниже мы попытаемся доказать, что социально-экономическая система СССР строилась в отсутствие какого-либо определенного плана, импровизированно, по наитию, в нескончаемом конфликте идей и мнений. И роль самого Ленина в этом строительстве нельзя переоценить.

Ленин, без всяких оговорок, действительно был выдающейся личностью, заслуживающей вечной памяти потомков не как коммунист № 1, а прежде всего как непревзойденный политический лидер и организатор, чуждый догмам и штампам, творческий гений которого мог находить спасительные решения в, казалось бы, совершенно безвыходных ситуациях; и не только находить, но и энергично проводить в жизнь до победного завершения. Он не был гениальным провидцем будущего, что приписывала ему позже советская пропагандистская машина, не был он и радетелем, родным отцом простого народа, что тоже навязывалось пропагандой. Он был всецело одержим идеей слома современного ему общества любым способом для построения общества-мечты, причем совсем не обязательно в «дикой» России, а скорее где-нибудь в просвещенной Европе. Судьба же простого народа, а тем более русского народа при этом интересовала его меньше всего. Главное назначение «трудящихся масс» он видел в качестве подсобного, расходного материала для «растопки пожара мировой революции» и построения коммунистического рая, в котором будут счастливо жить совсем другие люди. Во время братоубийственной гражданской войны иногда возникавшие у «бойцов революции» сомнения в необходимости стольких невинных жертв он называет «слюнтяйством» и беспощадно с ними борется. Накануне Февральской революции он безнадежно махнул на Россию рукой и публично заявил о ее полной бесперспективности в смысле пролетарской революции. Но когда в феврале 1917 года вся Россия покрылась красными бантами, он примчался немедленно и развил бешеную деятельность. В результате партия большевиков, почти из небытия в феврале, стала главной политической силой в России к октябрю. Во многом это произошло благодаря особым качествам Ленина – его таланту пропагандиста, умелым организаторским навыкам, волевой целеустремленности лидера-вождя, умению находить в массе разрозненных фактов и явлений текущих событий главные и решающим образом на них влиять. В отличие от кабинетных теоретиков Маркса и Энгельса, заслуга которых ограничивается приданием определенной «наукообразности» коммунистической утопии, Ленин был настоящим политиком-практиком. В первые три года революции он со своей партией настойчиво пытался реализовать установки «классического» коммунизма, такие как полное отчуждение частной собственности, уничтожение товарно-денежных отношений, уничтожение религии. Эта попытка завершилась полным провалом, и он увидел это одним из первых. Огромная заслуга Ленина перед российским народом состоит в том, что он не стал тупо, до последнего жителя страны вколачивать в Россию идеи Маркса (на что было настроено большинство его соратников), а, наступив на горло собственной песне, своими руками решительно прекратил бесчеловечный эксперимент. Для этого он, не теряя времени на долгие раздумья, как фокусник, вынимает в феврале 1921 года план «Б» – НЭП, предварительно заготовленный им на случай краха классической, утопической, модели коммунизма. А затем со своей обычной, неисчерпаемой энергией Ленин проделывает тяжелейшую работу по обращению своих соратников из «закостенелых» догматиков-марксистов в вынужденных сторонников «частичного» введения в России мелкобуржуазных экономических отношений, т. е. практически обращает их в реставраторов капитализма. Правда, в этом ему сильно помогает мартовская канонада кронштадского мятежа. В тяжелейшие и решающие первые пять лет революции, гражданской войны, интервенции и НЭПа только благодаря его энергичным, точным действиям власть остается в руках партии большевиков. И в дальнейшие годы строительства СССР, уже после его смерти, неукротимый дух его энергии, а главное нешаблонное, творческое движение его мысли вдохновляли на трудовые и военные подвиги не только членов его партии, но и обычных людей, строивших новую жизнь. Грандиозное строительство социализма в СССР оказало огромное влияние на весь мир, поэтому Ленин является выдающейся фигурой не только российской, но и мировой истории.

В отчаянных поисках неведомых путей построения коммунизма, предпринимавшихся большевиками, находившимися к тому же постоянно в жестком цейтноте, при полном отсутствии опыта и ресурсов, никаких признаков существования заранее разработанного проекта строительства СССР обнаружить нельзя. И лучшее тому подтверждение слова самого Ленина, заимствованные им у Наполеона: «Сначала нужно ввязаться в бой, а там посмотрим». Так или иначе, своей жизнью он доказал право на произнесение этих слов.

В последние годы жизни Ленин лихорадочно пытался успеть разработать какой-то план или хотя бы практические рекомендации для реализации вековой мечты человечества в отдельно взятой стране, но это ему не удалось. Жизнь приносила каждый день новые, большей частью неприятные сюрпризы, а состояние его здоровья не позволяло ему работать с прежней интенсивностью. После его смерти его партия хотя и осталась у власти, но фактически она осталась у разбитого корыта, т. к. большинство коммунистов не поняло и не приняло НЭПа и, уступив напору Ленина, продолжало считать в глубине души НЭП предательством Октября и возвратом к капитализму. В отсутствие единого лидера монолит большевистской партии сразу дал трещины, в стройных рядах партийцев образовалось замешательство. Сразу после смерти вождя в некогда едином отряде большевиков образовались фракции, жестко подавляемые ранее ленинским авторитетом. У фракций появились свои лидеры со своим видением дальнейшего пути развития дела революции. Началась ожесточенная внутрипартийная борьба, которая в какой-то степени даже отодвинула на второй план заботы о социалистическом строительстве.

Каждая фракция стремилась доказать, что именно она единственная законная наследница дела Ленина. Для этой цели все ринулись искать подтверждения своей правоты в работах Ленина. Сделать это было одновременно и просто и очень сложно. Ленин умер, оставив много теоретических работ и обширное эпистолярное наследие. Трудность его преемников заключалась в том, что в этой массе статей, писем и книжек, написанных им в разное время, обычно на актуальные текущие темы, нет практических указаний на будущее, но зато внимательный читатель сплошь и рядом натыкается на неясности, двусмысленности и прямые противоречия. Порой кажется, что из его работ можно «надергать» подходящих цитат для любых когда-либо существовавших экономических теорий и политических движений. Одна фраза: «НЭП – это всерьез и надолго, но не навсегда» может повредить мозги любому, кто попытается разгадать ее смысл. С другой стороны, такая «универсальность» наследия Ленина, отсутствие конкретных указаний давали широкий простор для выбора дальнейшего пути развития страны, и каждая фракция, подобрав подходящее высказывание Ленина, имела возможность утверждать, что только она является верным продолжателем его дела. Из-за имевшихся огромных пробелов в «единственно верном учении» простор для выбора направления и разработки планов строительства социализма был слишком широк, пожалуй, все 360°. Так, например, в теоретических работах классиков марксизма-ленинизма напрочь отсутствовало сколько-нибудь точное определение важнейших экономических понятий, установленных самим же марксизмом, например, производительных сил и производственных отношений. Этот крупный теоретический изъян послужил причиной полной неразберихи и совершенного ступора экономической теории социализма в 20-х годах. Страстные и бесплодные дискуссии по этому поводу вспыхивали постоянно на страницах газет и журналов, разгорались в кабинетах ЦК партии вплоть до 30-х годов. Главный экономист и теоретик партии Бухарин, вдохновленный, по-видимому, заразительным примером Александра Македонского, взмахом меча разрубившего гордиев узел, решил также, разом, покончить со всеми разногласиями. Он объявил, что конец капиталистического товарного общества будет концом и политической экономии. Поэтому не нужно ломать копья и пытаться создавать новую науку – политэкономию социализма, потому как при его наступлении эта новая наука тут же благополучно скончается. Такая точка зрения была преобладающей в стране до появления в 30-х годах работ Н. А. Вознесенского, в которых он одним из первых начал реальную разработку теории социалистической экономики и ее основного начала – планового народного хозяйства. Под тяжким давлением идеологического пресса догматиков марксизма-ленинизма процесс создания теоретических основ экономической системы советского государства был растянут на долгие годы, и только в 1954 году(!) первый учебник политэкономии социализма увидел свет.

Таким образом, мы можем утверждать, что в теоретическом плане «Ленинский проект» построения социализма никогда не существовал.

Нам остается лишь выяснить – имелась ли у большевиков под рукой какая-либо руководящая линия, канва, в соответствии с которой можно было бы вести практическое осуществление проекта? И для окончательного ответа на поставленный в этой главе вопрос воспользуемся хорошей книжкой – учебником «Отечественная история», разработанным историческим отделением РЭА им. Плеханова под руководством Ш. М. Мунчаева. Авторам этой, сравнительно небольшой по объему книги удалось достаточно глубоко, точно и непредвзято изложить все ключевые моменты истории нашего Отечества. Вот несколько выдержек из описания интересующего нас периода – 20-х годов.

«К концу 1921 года были заметны успехи НЭПа… В 1921–1922 году было заготовлено более 38 миллионов центнеров хлеба, в 1925 – 26 году – более 89 миллионов. Поголовье крупного рогатого скота, овец, коз, свиней превысило довоенный уровень/…/ За период 1921–1924 гг. валовая продукция крупной государственной промышленности возросла более чем в 2 раза…»

Однако «в 1923 году страна столкнулась с серьезным кризисом, связанным с расхождением цен на промышленные и сельскохозяйственные товары («ножницы» цен), с недовольством крестьян складывавшимися экономическими отношениями с промышленностью/…/ Покупательная способность крестьян снизилась/…/ Если в 1913 г. крестьянин мог за один пуд ржи приобрести около 6 аршин ситца, то в 1923 г. – только 1,5 аршина…»

Очередной «исторический» XIV съезд ВКП(б) (декабрь 1925) стал съездом индустриализации.

«На XIV съезде Сталин впервые говорил о курсе на индустриализацию как о генеральной линии партии. Тогда же была сформулирована главная задача индустриализации: превратить страну из ввозящей машины и оборудование в страну, производящую машины и оборудование, чтобы в обстановке капиталистического окружения страна представляла собой экономически самостоятельное государство/…/

Однако ситуация складывалась неблагополучно. Переоценив успехи восстановления экономики, правительство наметило на 1925/26 гг. большой экспорт зерна и закупку на этой основе значительного количества иностранного оборудования. Однако объем заготовок оказался меньше намеченного. Сказались не только погодные условия, но и негибкая практика кредитования хлебозаготовок. Деревня вновь ощутила нехватку промышленных товаров. Ухудшению положения на рынке способствовал быстрый рост зарплаты и расширение масштабов капитального строительства.