Чтение онлайн

Отсюда третий, главный вывод этого раздела – не существует каких-то раз и навсегда определенных, застывших форм экономического, политического и социального государственного устройства, в нашем случае капитализма и социализма, подчиняющихся набору законов и установлений. Невозможно предписать конкретному государству и народу какие-то общие «правила игры», следуя которым это государство и народ получат совершенно определенный, желаемый результат. Нельзя, насильно вгоняя государственные структуры в рамки каких-то уже известных, отработанных форм, заранее быть уверенным в том, что в результате будет получена отливка в точности соответствующая форме, в которую она была залита. Каждое государство, в любой момент его существования, в каких-то своих чертах и может быть похоже на другие, но всегда имеет свои особенности и имеет только свой, единственный и неповторимый путь. Именно своим, неповторимым путем прошли народы России, создав в итоге могучее государство – СССР. При этом были изобретены, испытаны и успешно внедрены в жизнь совершенно новые способы организации производства, науки, здравоохранения, образования, позволившие в минимальные сроки решить грандиозные задачи построения высокоразвитого общества. Как и почему это общество было в одночасье уничтожено, пойдет речь в следующих частях, а пока для подтверждения этого вывода и в заключение этой части приведем два примера.

Первый пример – капиталистическая Германия – ФРГ. «Минимум государственного вмешательства, насколько это возможно, но максимум государственного вмешательства, насколько это необходимо» – под этим лозунгом создавалось немецкое экономическое чудо, а экономическая система получила название «социальное рыночное хозяйство». Чисто рыночная экономика интересуется только прибылью, тревоги, нужды и заботы большинства простого населения она полностью игнорирует. В условиях руинированного в буквальном смысле хозяйства, перед глазами собственного народа, влачившего жалкое существование на развалинах третьего рейха, руководство ФРГ не позволило себе снять с себя ответственность за его судьбу, всецело полагаясь на волшебную силу «саморегуляции» свободного рынка. Экономика должна служить людям и никак не наоборот, поэтому жизненно важные отрасли экономики, от которых во многом зависело благополучие простых людей – сельское хозяйство, транспорт, горнодобывающая индустрия, – были осознанно и целиком выведены правительством ФРГ из-под влияния рыночной конкурентной борьбы под государственный контроль, а финансовые планы федерации, земель и общин тесно координировались. Мудрость руководства и беззаветная любовь к родине немецкого народа, его страстное желание любой ценой возродить страну из руин сотворили «немецкое чудо», а вовсе не свободный рынок и тем более не план Маршалла, по которому Германия получила, в основном в кредитах, вдвое меньшую сумму, чем, например, почти не тронутая войной Франция. Впервые «немецкое экономическое чудо» дало осечку в середине 60-х годов, когда рост ВВП неожиданно ушел в минус и безработица возросла до 2,2 %. Немецкое правительство не стало дожидаться, пока заработают «рычаги саморегуляции» свободного рынка, и взяло инициативу в свои руки. Министром экономики Карлом Шиллером была провозглашена «концентрированная акция»; кабинет министров принял программу сокращения бюджетных расходов. И даже немецкий парламент не постеснялся в самой что ни на есть капиталистической стране принять закон о поддержке стабильности и роста экономики, по которому перед немецким рыночным, социальным хозяйством ставились четыре цели: стабильность цен; высокая занятость; внешнеэкономическое равновесие и размеренный, неуклонный экономический рост. После вмешательства в «свободное рыночное хозяйство» обыкновенных людей, а не мифической «невидимой руки» рынка, экономика Германии снова встала на все четыре колеса и уверенно покатила дальше.

Второй пример – коммунистический Китай и тоже экономическое чудо, созданное людьми. Своими успешными реформами китайцы опровергли целый ряд существовавших в обществе до того заблуждений и попутно перечеркнули кое-какие законы марксизма. Они на деле доказали, что основательное реформирование страны вполне возможно осуществлять с сохранением высокой социальной стабильности в обществе. Мало того, китайскому руководству при проведении радикальных реформ удалось обеспечивать непрерывный рост уровня жизни всего населения. Успех реформ в Китае «нарушил» закон марксизма о неизменной первичности «базиса» и вторичности «надстройки»: в китайском варианте реформ «надстройка» стала лепить «базис» по своему произволению. Китайцами был также успешно похоронен основополагающий закон вульгарного материализма— «бытие определяет сознание». Китайцы неопровержимо доказали, что на самом деле сознание руководителей определяет бытие народа.

По своему социально-экономическому устройству Китай был более близок к классическому пониманию социализма, чем СССР, и тем не менее, проводя в жизнь новую экономическую политику, мудрые китайцы вовсе не спешили предавать анафеме свое недавнее прошлое, разрушать до основания имевшиеся государственные структуры и существующее государственное устройство. Более того, реформы осуществлялись под знаменем коммунизма и торжественно сопровождались традиционной марксистско-ленинской фразеологией. Но для их успеха это было неважно. Самым важнейшим фактором, сделавшим китайские реформы максимально успешными, оказалось высокое чувство ответственности его руководителей, их нешаблонный, творческий стиль работы. Только в 2003 году, на 25-м году реформ, когда ошеломляющие экономические достижения Китая изумили весь мир, руководство КПК осмелилось наконец-то внести в Основной закон статью о защите частной собственности.

Китайские реформы вывели Китай в ведущие страны мира, в том числе и в высокотехнологичных и наукоемких отраслях, в разы увеличили ВВП, значительно повысили уровень жизни миллиардного населения, поставили науку и образование на высший современный уровень. «Реформы» в России вышвырнули когда-то вторую державу мира в ряд стран третьего мира, уничтожили науку, образование, наукоемкие отрасли, наполовину сократили ВВП, посадив при этом страну на «сырьевую иглу», сделав сырьевым придатком высокоразвитых стран, опустили большую часть населения в бесправную, беспросветную нищету.

В следующих главах мы постараемся выяснить вопрос, почему проводимые «реформы» привели к катастрофическим провалам практически во всех сферах жизнедеятельности российского населения, и попытаемся определить степень вины в этом отдельных активных участников их проведения.

Заканчивая эту часть, приведем высказывание Л. Абалкина, еще раз подтверждающее мысль об относительности «антагонистских» различий между социалистической и капиталистической социально-экономическими системами:

«Видимо, следует признать, что общественное развитие в принципе многовариантно и альтернативно. Причем возможность изменить ход общественного развития находится в намного большей зависимости от того, что принято называть субъективным фактором, чем от жесткой технологической детерминированности этих процессов».

Происхождение революций и бунтов, несмотря на горы посвященных этой теме исследований, остается все же необъясненным до конца и загадочным явлением, в особенности загадочным в России. Почему собравшаяся толпа вечно чем-то недовольных граждан послушно расходится по свистку городового в девяти случаях, а в десятом, внешне точно таком же, как и все предыдущие, неожиданно остается неподвижно стоять. Потом, после непродолжительного замешательства, вдруг срывается со своего места и решительно движется прямо на продолжающего громко свистеть стража порядка. И вот уже из задних рядов летит первый булыжник; и эта толпа, минуту назад состоявшая из нормальных людей, в секунду, по неведомым причинам, превращается в остервеневшего зверя и рвет свою жертву на куски, потом, опьяненная видом первой невинно пролитой крови, несется дальше в поисках новых жертв, оставляя лежать на мостовой неподвижное, искореженное тело. Почему на нормальных людей, наших современников (в особенности на тех, мозг которых отягощен высшим образованием), в массовом порядке находит иногда такое дикое помутнение ума, что они не только теряют элементарную логику в рассуждениях, но и перестают напрочь замечать откровенную, наглую ложь?

Второе критическое отступление. Во время разгула «перестройки» среди народа была очень популярна телевизионная программа «Взгляд». Резвые мальчики – ведущие этой программы формально, на «первый взгляд», занимались в веселой и непринужденной тусовочной манере критикой существующих в стране недостатков. В качестве «буревестника» грядущего капитализма выступал в то время некий молодой успешный предприниматель Артем Тарасов. Новоявленный миллионер радостно протрубил о своих миллионах на всю страну и стал знаменит. На этой волне он въехал в Верховный Совет депутатом, где позже ему удалось добиться для его кооператива «Исток» неслыханных льгот на осуществление внешнеэкономической деятельности, чем он воспользовался в полной мере, переведя полученные деньги на зарубежные счета своей фирмы и «отъехав» вслед за ними. Давая интервью программе «Взгляд», еще до его «истечения» из страны, Тарасов гордо заявил, что если бы не было удушающего давления государственной системы, то он моментально и с выгодой решил бы, например, экологические проблемы (передача была посвящена экологии) города Усть-Каменогорска, построив на тамошнем комбинате такие очистительные сооружения, которые собирали бы из сточных вод частички всех цветных и редкоземельных металлов, а он бы их тщательно отсеивал и с прибылью продавал за рубеж. Потрясенный гениальной простотой и легкостью решения сложнейшей технической и организационной проблемы, обычно ехидный и недоверчивый ведущий сразу и безоговорочно поверил этому утверждению Тарасова и даже не спросил, сколько такие сооружения могли бы стоить и каков возможный процент выхода из них чистого металла. Вопреки своей обычной развязанной манере перебивать говорящего на полуслове, вставляя свои реплики, в этот раз ведущий был застенчив, как красная девица, и нем, как рыба. Он умело поддерживал диалог одними только подобострастными кивками головой, особенно частыми, когда собеседник гневно клеймил чиновников и всю «административно-командную систему», обвиняя ее в неразворотливости и непроходимой тупости. А спросить новоявленного «изобретателя» о сути его «изобретения» надо было, поскольку очистные сооружения для подобных предприятий могут составлять до 20 % стоимости всех основных фондов, а что и сколько удалось бы «наковырять» из загрязненных фильтров, вообще неизвестно.

Удивительный факт того времени – видавшие виды, умудренные жизненным опытом, вполне нормальные люди с ходу верили любой, самой грубой и беззастенчивой лжи, если она была негативной и бросала хотя бы малейшую тень на нашу прошлую советскую жизнь. Какая-то беспричинная истерия лютой звериной ненависти к СССР охватила большинство, во всяком случае, городских жителей при одновременном массовом провале памяти. По какому-то массовому поветрию люди напрочь забыли, что всего лишь 20 с небольшим лет назад они жили в бараках и для того, чтобы, например, искупать ребенка, вынуждены были выходить на мороз, отдолбить от замерзшей кучи полведра угля и подсыпать его в печку, чтобы приготовить воду для ванночки и хоть немного разогреть остывающее жилье. Еще 20 лет назад они понятия не имели, что такое горячая вода, доступная в любом количестве в любое время дня и ночи, центральное отопление, теплый туалет со сливным бачком и чистая газовая плита, на которой в любой момент можно нагреть чайку и сварить кашу. Они тогда и представить себе не могли, что в летнюю жару можно из собственного холодильника достать запотевшую бутылочку холодного пивка, а белье стирать удобнее в стиральной машине. И все это было обеспечено их государством, их трудом за рекордные сроки и стало доступным каждому жителю страны.

Второе трагикомическое отступление. Захожу как-то в наш цех в комнату мастеров – все сидят и угрюмо молчат. Обычно веселые и бойкие на язык мужики заметно крепко приуныли, кое-как поздоровались. Спрашиваю, в чем дело, что случилось? Старший мастер, не сразу, а выдержав паузу, выдает для начала с яростной злобой несколько очередей отборного мата по адресу родной партии и правительства, затем сообщает мне сенсацию, что наша краса и гордость Юрий Гагарин вовсе не был первым человеком в космосе, а был на самом деле вторым после американца. И как доказательство протягивает мне замусоленную газету, где об этом черным по белому написано. Тут уже пришла моя очередь изумляться. «Какже это может быть, – спрашиваю, – ведь он весь мир объездил именно как первый космонавт! Это невозможно инсценировать!» Они посмотрели на меня со слабой надеждой, но так до конца мне не поверили.

Лживое печатное слово дешевой газетенки для них было непоколебимой истиной, вопреки всякой логике.

Очень подробно этот феномен массового помутнения умов при одновременном провале памяти описал в своих книгах С. Г. Кара-Мурза, но вразумительного объяснения ему он тоже не нашел. Всегда, во все времена граждане любой страны регулярно поругивают свое правительство, традиционно подозревают его во всех грехах, но все-таки руководствуются здравым смыслом, предпочитая зажигательным призывам к революционным скачкам консервативное благоразумие – «не навреди». Да, спецслужбами США истрачены многие миллиарды долларов на разрушение СССР, но даже они не могли предвидеть такого оглушительного успеха, такой обвальной цепной реакции самоуничтожения, которая смела в одночасье все важнейшие и величайшие достижения и завоевания советского народа. Слепо повинуясь шаманским заклинаниям быстро перекрасившихся старых агитаторов и массово народившихся новых, с жаром пропагандировавших «волшебную силу» свободного рынка и частной инициативы, народ с легкостью безумца лишил себя и собственных детей реального бесплатного образования, медицины, путевок, курсовок, профессионального обучения, гарантированной работы, достойной пенсии по старости, бесплатных квартир и многого другого, достигнутого ценой огромного напряжения нескольких поколений советских людей в обмен на «счастье» лицезреть на прилавках фешенебельных магазинов роскошное заморское барахло по заоблачным ценам и бесплатно вдыхать сладкие выхлопные газы роскошных заморских лимузинов.