ЖАНРЫ

Упрямый классик. Собрание стихотворений (1889–1934)
Шрифт:

192. Грани

Не покушайся на чужое, Не порывайся из границ! Оно твое, оно живое, И солнца полное, и птиц. Оно, как купол драгоценный, Твои раздумья осенит И красотою несравненной Сосуды неги напоит. 20 марта 1932

193. Праматерь

У ней глубокие морщины В прозрачной желтизне лица, Как перезрелые лощины, Не подождавшие жнеца. И глаз поблеклых цвет свинцовый, И кос серебряный венок, — Как за работою суровой Сведенный медленно итог. 20 марта 1932

194. «Есть чувства – не огня и неги…»

Есть чувства – не огня и неги, Лишь ласка смутная и грусть, И стих задумчивых элегий Я точно вторю наизусть. Как будто всё, что в жизни было, И точно всё, что в мире есть, Не острой боли, но унылой И тайных слез приносит весть. 27 марта 1932

195. «Довольно дня! Довольно света!..»

Довольно дня! Довольно света! Я так хочу уснуть, уснуть! О эти грезы без рассвета! О тишина немых минут! Чтоб только призраки печали, Еще живые, в полусне, Устало сердцу допевали И догорали в тишине. 27 марта 1932

196. «Сасе»

Хорошо весною ранней И былинкам, и цветам. Прилетай и ты, голубка, Поскорее к старикам. Уж снега в овраг сбежали, Дали тихи и легки. Засмеялись, заболтали И ручьи, и ручейки. И тепло так станет сердцу С гостьей нашей золотой, И отрадно нам вздохнется Детством милым и весной. Станет Сашенька глазенки Открывать навстречу дню, Станет слушать утром алым Пенье птичек и возню. 29 марта 1932

197. Пухом земля

В затишье вечного приюта, Так мирно грезят те гроба; Им скорбь минувшая – минута, И беспечальна их судьба. Единым вздохом не встревожим Их завоеванный покой И легким шагом не умножим Им ноши сброшенной земной. 7 апреля 1932

198. Альфа и омега

Они легки, поэт усталый, Твои начала и концы: И свежим утром отблеск алый, И гор вечерние венцы, И чуждых вод простор, угроза, И грусть и даль чужих отчизн, — И потухающая греза, И убывающая жизнь. 12 апреля 1932

199. Виденья

Виденья дня, виденья света, Виденья – горы и моря, Виденья – скорбного поэта, Как сон, потухшая заря, В краю чудес, безумец, где-то Бесценный клад, забытый зря; Виденья дня, виденья света, Виденья – юность и заря. 12 апреля 1932

200. В красном уголке

Я сегодня чутко грезил В красном нашем уголке, Как катился ясный месяц Сном вечерним вдалеке. И катился, и смеялся, И нашептывал мне сны В час раздумья, в час молчанья, В час лукавой тишины. 18 апреля 1932

201. Митра

Бледнеет пышная палитра, Пунцовый луг еще зовет, И юный бог, красавец Митра Нисходит вниз за небосвод. О, подари ж бессмертным светом Мою задумчивую сень! Я так хочу кончать поэтом Поэтом пережитый день. 26 апреля 1932

202. Жизнь

Оставь мне жизнь в ее смятеньи, Чтобы сковалась и сплелась В огне тревог, в огне сомнений Со всем живым живая связь, Чтобы искать не разучилась Моя мятежная душа, И все рвалась, и все томилась, Бродя, сбиваясь и спеша. 17 мая 1932

203. Мечта

Люблю, когда ты рано встанешь, Моя весенняя мечта, И широко и зорко глянешь На все окрестные места. И всё, с чем ночью грудь боролась, Вместе с мраком прогонит свет, И шелк небес, и птичий гомон, И сонных яблонь зыбкий цвет. 17 мая 1932

204. Вечность

Мгновенна жизнь. Сверкнуть звездою И закатиться вдалеке И понестись зараз с волною К иной, неведомой реке, И за томительною гранью Всю вечность с болью посвятить, Как вечность, смутному желанью Единый миг еще пожить. 27 августа 1932

205. Романс («Мне больно, чуть твой голос нежный…»)

Мне больно, чуть твой голос нежный Коснется слуха моего, Чтобы открыть весь мир безбрежный Мечте поэта твоего. Каким же должен стать поэтом Счастливец, избранный судьбой, Чтоб вознести тебя над светом Недостижимою звездой. 29 августа 1932

206. Незнакомый мертвец

Куда ты шел, отшедший брат, И где твой путь влачится дольный В борьбе бесчисленных утрат, Неотвратимый и безвольный? Прости и помни про меня, Пока бреду я без дороги, В пыли безжизненного дня, В бреду безволья и тревоги. 29 августа 1932

207. Ноктюрн

Во всем свету забор, и мирен Соседа дремлющего двор, И так высок, и так эфирен Ночного полога шатер. Всё ясно. Тайная забота Просторов легких не мрачит, И всю-то ночь бессонный кто-то Обитель мира сторожит. 16 сентября 1932

208. Скрипка

Ты – моя греза осенняя, Призрачный мир под луной, Тонкая боль примирения Перед последней зарей. Ты – моя скрипка вечерняя, Смутно влекущая вдаль, Ты – и прощальные терния, И золотая печаль… 21 сентября 1932

209. Сказки

Хорошо, когда под вечер Нам часок удастся быть И про всё, что сердцу любо, По душе поговорить. Я люблю очистить сердце Тайной сказок и чудес, И над нами наклонится Невидимкой темный лес. А потом какие ночи, И в ночах какие сны, И глаза у звезд какою Детской сказкою полны. 9 октября 1932

210. Дорога

Как хорошо, когда не надо Душе скитаний и борьбы, И сердцу вольному отрада Стезе последовать судьбы, Там дремлют призрачные ели, Как схимницы при входе в скит, И меж стволов к незримой цели Дорога праздная сквозит. 12 февраля 1933

211. Владивостокский вечер

Нет ничего, что мне не мило, И всё мне мило, что живет: И луч прощального светила, И вечер у равнины вод; И сердца кроткое смиренье, И парусов безмолвный ряд, И тишина, и усыпленье, И погасающий закат. 12 февраля 1933

212. Парки

Как широко звучат и тают Ночные длинные часы, И Парки вечные сжимают Над ними вечные весы, Чтобы, когда уж нечем верить, И рада б боль без утра спать, — Измерить раз и вновь измерить И разом с болью жизнь прервать. 1 марта 1933
Поделиться с друзьями: