Люблю я медленные тениВысоких наших берегов,И замирание волнений,И поздний зов, вечерний зов.О, лишь бы сердце схоронилоСвой ярко-огненный закат,И снова мысль не поманилоПривычкой нежною назад.20 мая 1934
233. Путникам
Вы отозвались. Вы далеко,Но к нам сбираетесь домой.От бурь мятежного востокаВас вновь манит очаг родной.Да будет же ваш путь спокоенОт непогод и здесь и там.Будь бег ладьи крылат и строенК родным бегущей берегам.5 июня 1934
234. Отставному
Пускай вечна с тобой разлука,Но верю, мальчик, и с тобойНе надо слез и боли звукаИз груди матери родной.Там, где гудит и мечет чуднойО камень берега волной,Ты спишь, безгрешный и безлюдный,На лоне матери земной…5 июня 1934
235. К Сашенькиной карточке
Вступая в тень аллеи длинной,Ты вспомни тех, кто далеко,Кто ждет усталый и пустынный,Чье сердце любит глубоко,Кто ожидание свиданьяНадеждой встречи сократитИ грусть разлуки в упованьеНа слезы счастья превратит.5 июня 1934
236. Родина
О. Ю. Шмидту
– Откуда ты, я знать желаю.– Оттуда, где сквозь бурь и мглыГудят от краю и до краюМорей немолчные валы.Из края стуж и вьюг протяжных,Из края укрощенных льдов,С отчизны земляков отважныхИ несравненных моряков.8 июня 1934
237. «Не говори, что ты забыта…»
Не говори, что ты забыта,Что ты обижена судьбой.Каким сиянием облитоТвое виденье предо мной!И крепнет вера: не случайно,Все просветляясь вновь и вновь,Оно задумчиво, как тайна,И лучезарно, как любовь.17 июля 1934
238. Сестры
Лирика с музыкой, обе сестры,Обе в преддверье роскошного садаНегою дышат от знойной игры,И золотиста их кисть винограда.Музыка с лирикой, обе сестры,Обе в загаре румяного летаДышат устало от знойной порыИ, улыбаяся, манят поэта.16 декабря 1934Казань
Стихотворения неизвестных лет
239. «Ты как родник в лесу таинственный…»
Ты как родник в лесу таинственный,Пока струя ясна до дна,Под гомон призрачно столиственныйНеуловима и звучна.Ты сказка ночи, поздней вьюгоюСквозь хлопья брошенная вдаль,Чтоб с ней, с загадочной подругою,Делить и сумрак и печаль.
240. «И покаяния немые…»
И покаяния немые,И скудный дар безмолвных слезВо дни страстей Твоих святыеПрими, страдающий Христос.От бурь греховных нет возврата,Но к милосердию КрестаЯ в час усталого закатаПрижму сожженные уста.Прижму в смирении и в вере,И в смертный миг – любви ТвоейПрольется благостный без мерыИ утоляющий ручей.27 апреля
241. Клад
Мир, отрекшись от Христа,Закружился в пляске дикой,Без вождя и без владыки,Без любви и без креста.Только здесь, на дне душиСпит великое былоеВ неразгаданном покое,В недостигнутой тиши.И нетленна и чистаТа высокая поэмаОт вертепа ВифлеемаДо Голгофского креста.2 мая
242. «Хорошо, покуда мгла…»
Гаснет вечер трепетный и алый,Так безбрежно голубеет даль…Отчего ж душа твоя усталаИ в очах безмолвная печаль?Или всё, что бурей угрожало,Что в груди пришлося схоронить,Даже вечер трепетный и алый,Даже он не в силах погасить.
243. «Гаснет вечер трепетный и алый…»
Сядем здесь на берег тихий.Ты послушай, как полнаТочно вздохов, точно звуковЭта свежая волна.Говорливая, живая,То нахлынет, то сбежит,И каких нам сказок чудныхНапоет и нажурчит.
244. «Сядем здесь на берег тихий…»
Хорошо, покуда мглаСвежей грезою светла.Не дохнет, не прошумит,Только сердце знай стучит,Только сердце знай одноВидит: светлое окно,А в окне плывет луна,И повсюду тишина.Хорошо, покуда мглаЛунным сумраком светла…2 апреля
245. «Хороши лишь контрасты: угрюмое море…»
Хороши лишь контрасты: угрюмое мореИ твоя, о мой друг, лучезарная нежность.Хорошо, когда в белую позднюю вьюгуТы даришь меня свежим, как май, поцелуем.И тогда хорошо, когда хмурою ночью,На пороге грозящего вечности мракаСердце вспомнит твою молодую улыбкуТам, под яблонью белой, над сонной рекою.29 мая
246. Рококо
Упрямый классик и старинный,Люблю, пока в груди легко,В твоей разглядывать гостинойПанно и кресла рококо.Вот люди: легкие печали,Точь-в-точь пролитое вино,Они безбольно растворяли,Чуть кинут взор на полотно.
Приложение
А. А. Фет. Письма к Д. П. Шестакову
I
Москва
Плющиха, соб. дом. 18 6/ХII 91
Любезнейший Дмитрий Петрович,
Несмотря на нездоровье, упорно удерживающее меня дома, я успел и последние стихотворения Ваши, из которых первое нахожу весьма красивым, передать Вл. С. Соловьеву, приятелю Цертелева, который, по моему мнению, спустя рукава относится к своему редакторству, так как только на несколько дней приезжает из Тамбова в Москву (1).
Преданный Вам А. Шеншин
II
Москва
Плющиха, соб дом. 18 2/1 92
Любезнейший Дмитрий Петрович,
Благодаря Вас за память и желая Вам в Новом году искренних и сосредоточенных стихотворений, я не желал бы явиться перед Вами безучастным к Вашим стремлениям. Но Вы легко поймете, как бессильна моя помощь по двум главным причинам: 1) я никого не вижу из издателей журналов и потому лично с ними беседовать не могу; а всё, как я уже Вам писал, Вами мне сообщенное, я передал Вл. Соловьеву, на днях снова уезжающему в Питер. 2) Ваша муза столь плодовита, что если бы Цертелев печатал все Ваши стихотворения, то последние явились бы в журнале в небывалом количестве, исключающем все сторонние стихи.
Из вновь присланных стихотворений наиболее нравится мне обращенное ко мне (2).