Чтение онлайн

Единственное, что делало ситуацию терпимой — это облегчение моей Хозяйки от того, что внимания к ней стало меньше. Чувство вины, которое она испытывала из-за того, что я принял на себя удар всего этого безответного внимания, могло стать проблемой. Но вскоре оно сменилось почти злорадным удовольствием, когда она увидела, как я пресекаю любые чересчур кокетливые заигрывания других гостей. Это было достаточно очевидно, чтобы понять суть, но не настолько грубо, чтобы можно было открыто их в этом обвинить.

Спустя всего несколько мгновений после того, как меня представили всем присутствующим, Анжи пригласила всех пройти в её мастерскую для эксклюзивного предпоказа её коллекции. Я нахмурился, когда Корал мгновенно напряглась. Почему она так волновалась? Я не знал, что там могла состряпать Анжи, но коллекция моей Хозяйки была абсолютно звездной. К тому времени, как я закончу полировать то, что она уже создала, соперничать с ней будет крайне сложно.

Театральным жестом хозяйка широко распахнула двойные двери в другом конце пентхауса. Толпа двинулась вперед. Мы последовали за ними, немного отставая, пока я осматривался.

Место было безупречным — в очень клиническом и расчетливом смысле. Всё в оттенках темно-синего, черного, глубокого бордового и с легкими вкраплениями серебра. Последний цвет меня удивил — я бы скорее ожидал золота. Умелый баланс темных цветов с белыми потолками и светлой мебелью не давал помещению стать мрачным. Бесчисленные огромные окна также наполняли место светом. Днем здесь, должно быть, было чудесно. Да и вечер не подкачал — открывался захватывающий вид на ночные огни города.

Однако во всем этом месте не было души. Современная мебель с острыми краями и полированными поверхностями не приглашала присесть и расслабиться. Ты постоянно чувствовал, что должен следить за собой, чтобы ничего не сломать, как в шоуруме. С тем же успехом мы могли оказаться на страницах журнала по интерьеру. Скорее всего, именно оттуда и был взят этот дизайн.

В резком контрасте с этим дом моей Корал мог похвастаться теплыми земными тонами, обилием бежевого, кремового и яркими всплесками цвета, которые делали его уютным. Но прежде всего, её декор обладал индивидуальностью и говорил о ней. Будь то причудливая маска на стене, экзотическая скульптура на полке или разнообразная литература — от безумных комедий до серьезных энциклопедий, с вкраплениями детективов и даже комиксов — всё раскрывало одну из многочисленных завораживающих граней того, кем она была.

Как только мы вошли в мастерскую, в нос ударила вонь магии импов. Я не смог сдержать фырканья, приближаясь к довольно внушительной коллекции. Корал взглянула на меня с любопытством и той же бессмысленной неуверенностью. Глупая женщина подумала, что моя реакция вызвана тем, что я потрясен коллекцией её соперницы — хотя Анжелика явно не была конкуренткой.

Я одарил её ободряющей улыбкой, полной самодовольства, отчего её глаза округлились от удивления. Она не знала, какие мысли роятся у меня в голове, но то, как расслабились её плечи, говорило о том, что она хотя бы поняла — мои мысли в её пользу. Мне не терпелось вернуться в машину и объяснить ей, почему она должна гордиться собой.

Коллекция была исполнена столь же качественно, сколь и без воображения. Там, где моя Корал создала собственную историю о призраке, сеющем хаос в викторианском городе, Анжи прибегла к проверенной классике. Её коллекция строилась вокруг истории Дракулы. Каждое здание и уличная сцена изображали ключевые моменты повествования. И хотя у неё тоже было множество отдельных миниатюрных предметов, у неё не было мебели со встроенными миниатюрными вставками.

Я сильно сомневался, что они есть у кого-то еще, кроме, возможно, пары книжных уголков.

Хотя я не мог винить Анжи за отсутствие таланта рассказчика, которым обладала моя женщина, меня бесил тот факт, что она не приложила к этой работе собственных рук. Обладает ли она вообще хоть какими-то навыками ремесла? Ведь она явно ничего из этого не делала. Я видел остаточную магию, которая буквально «сплела» эти объекты из пустоты. Моя Корал сделала всё сама, а я лишь навел лоск. Конечно, правила не обязывали участников выполнять всю ручную работу лично, но это лишь подчеркивало, что моя женщина — куда более выдающийся миниатюрист.

Я едва сдерживался, чтобы не закатить глаза, пока Анжелика вышагивала павой и буквально расцветала под градом похвал. Мы тоже вежливо похвалили её коллекцию. Это даже не было ложью — работа была достойной. Она просто не шла ни в какое сравнение с трудом моей женщины (и дело тут вовсе не в моей предвзятости).

Но когда мы вернулись в гостиную, у других гостей постоянно находились причины, чтобы увести Корал в сторону для «приватного разговора». И — какая неожиданность! — Анжи всякий раз оказывалась поблизости, чтобы завести беседу со мной. Избегать её становилось всё более утомительной задачей.

В какой-то момент, когда Миртиль, верховная жрица ковена Анжелики, попросила мою женщину уделить ей минуту, я почти сорвался. На этот раз она не просто отвела её на пару шагов, а буквально вытащила Корал на огромную террасу и закрыла за ними стеклянные двери.

Мне не нужно было даже оборачиваться, чтобы почувствовать, как наша хозяйка несется ко мне со спины. Ликующие, хищные эмоции, исходящие от неё, громко заявляли о её намерениях. Притворившись, что не замечаю её приближения, я направился к бару, чтобы взять напиток себе и своей Хозяйке. Не успел я дотянуться до стакана, как Анжи врезалась в меня, делая вид, что оступилась.

— О боже! Прости меня, пожалуйста! — воскликнула она, вцепившись в меня как в спасательный круг. — Казалось бы, пора привыкнуть к этим шпилькам. Я ведь столько раз дефилировала по подиумам на каблуках и повыше этих.

Последнюю часть она добавила, выпрямляясь и приподнимая ногу, чтобы продемонстрировать её мне. Разумеется, это была именно та нога, со стороны которой на юбке красовался разрез до самого бедра. Шелковая ткань черного платья соскользнула, обнажая безупречную кожу стройного бедра до самой стопы.

— Возможно, тогда вам стоит переодеться во что-то менее травмоопасное, — произнес я нейтральным голосом, мягко, но решительно убирая её руки от себя.

— И испортить образ? — спросила она, округлив глаза с фальшивой невинностью. — Исключено. Эти туфли идеально подходят к наряду, — добавила она, проводя ладонями по своим бедрам, подчеркивая каждый изгиб тела.

— Тогда будьте осторожнее. Было бы досадно оказаться с вывихом лодыжки прямо перед важной выставкой, — ответил я с холодной улыбкой.