Чтение онлайн

Нелл невольно отступила. Разум велел ей держаться на расстоянии, но глупое тело тянулось к Саймону. У нее забилось сердце.

— Нет. Только после свадьбы, — выдохнула она.

— Всего несколько прикосновений, — пробормотал он, поглаживая мочку ее уха. — Никакого секса, обещаю.

Его рука скользнула по ее шее.

Даже простого прикосновения оказалось достаточно, чтобы заставить ее сердце бешено колотиться. У Нелл закружилась голова, и она почувствовала, что теряет способность разумно мыслить.

— Уберите руки, — хрипло сказала она.

— Но ты просто неотразима. Такая правильная, строгая…

Она решительно оттолкнула его руку и сделала еще один шаг назад.

— Я вовсе не собиралась вас соблазнять.

Их взгляды встретились.

— Ты меня боишься? — спросил Сент‑Мор.

Разумеется, она его боялась. Надо было совершенно не иметь мозгов, чтобы не бояться его, пэра Англии. Разве он не понимал, что все эти разговоры насчет ее знатного происхождения и богатого наследства не стоили ни гроша, пока он оставался единственным, кто знал об этом? Он может сколько угодно рассказывать ей сказки о том, как хорошо быть графиней. Они ничего не значат, пока она не получит реальные деньги.

— Вы себе льстите, — ответила она Сент‑Мору.

— Да мне это просто не нужно.

Он продолжал смотреть на нее своими умными, проницательными глазами, которые, казалось, видели ее насквозь. Она его явно недооценила или же просто забыла о его сообразительности.

— Так случилось, что ваши интересы совпадают с моими, — сказал он. — Уже одно это должно вас успокоить.

— Вы правы, я совершенно спокойна. Не могли бы вы показать мне других членов моей семьи?

Он не поддался на уловку.

— Да, через минуту, — кивнул он, но не тронулся с места и продолжил пристально смотреть на нее. Что его так заинтересовало? В ней не было ничего, что могло бы привлечь такого мужчину, как он. Если ему нужна такая девушка, как она, стоило только выйти на улицу — там он мог купить себе на ночь десять, двадцать подобных девушек.

Но не ее. Она не будет его игрушкой. Или она станет его супругой, или останется для него никем.

Саймон снова шагнул к Нелл, и она тут же поспешно отступила.

— Ну вот, — огорченно покачал он головой, все понимая, — но это же не имеет смысла. Почему вы так пугливы? Ведь вы вовсе не из робкого десятка.

— Я вовсе не пуглива, — возразила Нелл, но прерывистое дыхание выдало ее с головой.

Его взгляд лениво скользнул по ее шее вниз и остановился на груди с нескрываемым сексуальным интересом. Потом, без тени стыда, переместился на бедра и снова поднялся к губам, мгновенно пересохшим под его откровенным взглядом. Девушке с минимальным чувством собственного достоинства не понравился бы подобный оценивающий осмотр, которому мужчина обычно подвергает купленную им проститутку.

Но Нелл не могла себе лгать. Перед ней стоял мужчина, который вызывал в ней искреннее восхищение. Будь он животным, он бы выиграл все конкурсы на лучший экстерьер, поскольку являл собой великолепнейший экземпляр своего вида. Люди тоже в некотором смысле животные, но никогда прежде она не осознавала этого так остро, как сейчас, когда по всему ее телу разливалась горячая волна желания.

Ее прерывистое дыхание не осталось незамеченным. Он посмотрел ей в глаза и неожиданно игривым тоном спросил:

— Неужели так страшно стать моей женой?

Нелл мучительно покраснела, поняв подтекст. «Стать женой» означало «заняться любовью».

— Я совсем вас не знаю, — сквозь зубы процедила она. — Может, и не страшно. Откуда мне знать?

— Для вас я открытая книга. — Он снова шагнул к ней, и на этот раз Нелл не двинулась с места. К черту его откровенные взгляды и запугивание!

Это не укрылось от его внимания.

— Нет, вы все‑таки боитесь, — тихо сказал он. — Обещаю, прелестная Нелл, не соблазнять вас… до ужина.

С этими словами он протянул руку, чтобы погладить ее шею. Нелл следила за его движениями, с трудом сдерживаясь, чтобы не отстраниться. Тогда ее нерасположенность к такому тесному общению станет очевидной.

«Все нормально, — мысленно говорила она себе, пытаясь успокоить бьющееся сердце. — Графу хочется всего лишь прикоснуться к девушке, на которой он собирается жениться, и в этом нет ничего страшного».

Однако его касания, казалось, обжигали ей кожу сквозь шерстяную ткань. В глубине души Нелл чувствовала себя ужасной грешницей и распутницей. Она хотела мужчину, во власти которого было стереть ее в порошок, но он прикасался к ней с непривычной нежностью. Из этого не могло выйти ничего хорошего.

Тем временем его ладонь медленно двинулась вдоль ее руки от плеча к запястью, и ей нестерпимо захотелось прильнуть к нему всем телом.

Его чувства тоже были разбужены. На шее явственно бился пульс, дыхание было горячим и прерывистым. Их взгляды встретились.

— Скажи, — пробормотал он, — что ты сейчас чувствуешь?

У нее перехватило дыхание, но она все же пролепетала:

— Чувствую вашу руку.

— Как глупо! — с тихим укором в голосе проговорил он. — Я бы мог многое сделать для тебя. Я не собираюсь учить тебя аристократическим манерам, но что касается остального… я отличный преподаватель всего, что касается удовольствий, красоты, искусства и шарма. Могу давать уроки скандала, — тихо засмеялся он, — и… власти.

Его пальцы переплелись с ее пальцами.

— Тебе нужны деньги, — продолжил он, — это мне хорошо известно. Но нужна ли тебе власть, Нелл?

Власть! От этого слова у нее по спине побежали мурашки. Именно своей властью пользовался сейчас Сент‑Мор, пригвоздив ее к месту только словами и легким прикосновением пальцев. Причем это была страшная власть, равно как и сама ситуация, в которой обнаружилось существование такой власти. Ей было бы гораздо проще, если бы он применил более жесткие формы власти — физическую силу, окрики. Как противостоять грубой силе, она хорошо знала.

Но с Сент‑Мором все обстояло не так просто, как ей бы хотелось. Сама идея власти предполагала новые измерения, когда ее высказывал человек, владеющий этим роскошным домом, купивший ей всю одежду, вошедший в здание городской тюрьмы и за четверть часа сумевший освободить Ханну, даже не повысив голоса. Вот и теперь он выглядел совершенно невозмутимым и уверенным в себе, в то время как ее кожа вспыхивала жарким огнем там, где к ней прикасались его пальцы. Он чародействовал всего одним пальцем, медленно поглаживая середину ее ладони.