Чтение онлайн

Список был отправлен к принцессе, а еще одно письмо к Артимию Петра-Нову. Приглашение поужинать. Не самое разумное решение в моей жизни, но для светских визитов и дружеских бесед у меня нет времени вообще. Завтракать мне могут и не дать. За обед тоже не поручусь. Потому остается пользоваться тем временем, что пока у меня есть. Остаток ночи все еще мой. Надо обрадовать парня нашим дальнейшим сотрудничеством. Уверена, принцесса не станет возражать против моего списка. А маркиз попытается пририсовать кого-то от себя в нашу компанию. И я была не против. Пускай.

В дверь постучали. А он быстро.

— Войдите.

В дверях топталась горничная, старательно избегая зевков.

— Вас спрашивают.

— Арт?

— Кто такой Арт?

Да будь ты проклят, Марсен номер два.

— Давно не виделись, маркиз. У Вас ко мне дело?

— Разумеется. — С таким видом, будто я ему интим предложила. Фу. — Мы так и не поговорили после того, как Вы прислали мне некую записку.

Это он намекает на выписку от моего врача о том, что герцогиня здорова и не ждет ребенка.

— А о чем нам разговаривать еще, маркиз?

— Не знаю. Но я желаю услышать от Вас, почему мой брат хотел на Вас жениться.

Да. Люблю топтаться на одном месте. Ходить кругами. Метать бисер перед свиньями.

— Может, любил меня? — Надоел. Безумно надоел.

— Вы не в его вкусе.

То есть я, конечно же, должна была быть влюблена в него. Так, что ли? Боги, вы придумали Марсенов мне в наказание?

— Не Вы ли утверждали, что поняли, почему Ваш брат на меня внимание обратил?

— Это понял. Но где желание затащить в постель, а где женитьба. Или Вы, словно юные романтичные девы, тоже верите в то, что секс и любовь взаимосвязаны?

Я посмотрела на мужчину. После на чернильницу. Красивая. Тяжелая. Такой и череп проломить можно.

Я поднялась и, выглянув из гостиной, позвала Алиту. Горничная сразу же прибежала, в этот раз зевая чуть ли не нарочно. Тонкий намек, чтобы ее отпустили.

— Подай нам кофе, коньяк и можешь быть свободна.

— Как скажете, герцогиня. — Заулыбалась, и побежала выполнять приказ. Забыв, что только что зевала с одним открытым глазом. Как людей отдых-то бодрит.

— Так о чем Вы? Ах да! Я слишком старая и страшная для Вашего брата. И на таких, как я, не женятся. Все верно? Я ничего не спутала?

Мужчина закашлялся. А мог бы поперхнуться кофе. И я бы похлопала его по спине. Вон той подставкой под зонтики. Или лучше вешалкой для шляп и пальто? Последняя выглядела опаснее и тяжелее.

— Вы нарочно перевираете мои слова?

— Так я ошиблась? Прошу прощения. — Я спокойно уселась, чинно сложив руки, как и учили в школе мисс Тимсон, тоже старой девы, только девы не только по статусу.

— Ведьма. Вы околдовали моего брата, да?

— Помилуй Всевидящий, — я расхохоталась. Не ожидала. Хорошо образованный аристократ верит в любовную магию? Не то, чтобы ее не существовало. То, что пользовалось успехом у дам моего, нашего круга, это обращения ко всякого рода ведьмам — необученным магам из бедных семей, которые промышляли полуцелительством, полунелегальной магией. Привороты, опаивания, всякая ерунда. Совсем не то, что применил ко мне Трулс. Та магия была и древней, и мертвой, и еще и личным даром, которого у меня даже рядом не было в семейном древе. И что из этого списка предположил Эвадо де Марсен? — Как Вы себе это представляете? И почему это я его? Может, это он меня?

Стало еще смешнее. Ведь, если подумать, то именно Сильвий был менталистом и внушал мне то, что я его хочу, то, что ничего не было.

— Слушайте, хватит уже, Эвадо. Нам незачем воевать друг с другом. Подумайте об этом на досуге. Пока меня не будет в столице. И еще, раз уж Вам не верится, что у нас с Вашим братом были какие-то чувства, отношения, запросите личное дело и Сильвия, и мое.

— Их нет. Или Вы думаете, что я не сделал этого первым делом? Ваши дела чисты, как душа младенца.

— Что?

— Кто-то постарался, чтобы о Вас не было никакой информации, Анрика, герцогиня Ива-Нова. И это не дает мне покоя.

Арт? Заговорщики? Кто? Но заговорщикам зачем было бы трогать Сильвия? Разве только из-за меня. Трулсы много чего сделали. Могли и это. Моя репутация была важна. А там был компромат. Но все же мысль об Арте так и сверлила мозг. Тот, кто проник в мои воспоминания, несмотря на закрытость, что ему могло помешать подчистить дела? Разумеется, ради меня. Он мне второй раз в жизни в душу плюет и все ради меня.

— Тогда сделаем по-другому. У Вашего брата ментальный дар, свойства дара всегда таковы, что и в других членах семьи дар проявляется в той или иной степени. Насколько вы сильны, Эвадо?

— Не очень. Только у брата акценты [69] . Но я понял, о чем Вы. Вы действительно это сделаете?

— Даже больше. Я это сделаю прямо сейчас. Тут. С Вами и без свидетелей. Оцените мое безрассудство, маркиз. И приступим.

Только Марсен меня взял за руки, для усиления контакта и настройки, как в дверь постучались. Я бы хотела ответить, но не могла. Оставалось надеяться, что посетитель поймет, что меня нет, или решит, что я занята. И уйдет. Может, так и было бы. Если бы это не был Артимий. В дверь еще раз постучались. Потом еще. И еще. Я уже была готова покрыть визитера крепким словцом, но дверь распахнулась.

— И что это вы тут делаете?

И я все же ругнулась. Так хорошо, что даже будущий принц пришел в себя, злобно шипя. Еще бы, при контакте эмоции проникающего блокируются, а мысли и чувства того, кто проникает, заменяются на чувства и эмоции того, в кого проникли [70] . В особо неудачных, как наш, случаях, еще и усиливаются оные в надцать раз.

А я посмотрела на наши с Эвадо руки и снова рассмеялась.

— Знакомьтесь, господа, Эвадо де Марсен, маркиз Марсии, и Артимий Петра-Нов, ты кто сейчас, кстати, Арт?

— Еще один Марсен?! — И дверь закрыли с такой силой, что на потолке звякнула люстра. Упадет, или нет? Посмотрела, подумала. Вряд ли. И принцесса наверняка не оценит. Все-таки люстра висела над головой нашего жениха.

Сиятельный Эвадо из кресла не встал навстречу новому действующему лицу. Он вырос из кресла, как тьма из небес иль пламя из недр земли.

— Лорд Артимий, если не ошибаюсь? — После приветственного кивка.