Чтение онлайн

Придать международным отношениям более системный и управляемый характер призвал министр иностранных дел России С. В. Лавров. Он подчеркнул необходимость «ускорить затянувшийся переход от прежней, двухполюсной системы международных отношений к новому, более безопасному и стабильному мировому порядку» [6, с. 16].

Стабильный мировой демократический порядок, основанный на международном праве и Организации Объединенных Наций, принципах ее Устава, – основная цель российской внешней политики в XXI в. Только на этой основе возможно создание единого пространства мира и безопасности. Такая стабильность не может основываться просто на балансе экономических и военных сил и на влиянии идеологий. Последние склонны увядать, терять свою силу, а то и просто исчезать. Политический строй государства – это временный фактор политики, и только для правящей элиты он выглядит незыблемым.

Стабильным мировой порядок становится при условии решающего влияния на мировые дела постоянных базовых факторов, соблюдения политическими элитами классических норм международного права. Это помогает даже в сложных ситуациях понять друг друга, учитывать интересы партнеров по переговорам. Только в таких цивилизованных условиях мировое сообщество может сохранять, искать и укреплять свое равновесие, а не скатываться на тропу войны и самоуничтожения. Миру людей достаточно двух мировых войн первой половины XX столетия и «холодной войны» второй его половины. Тогда локальные и региональные силовые конфликты, случалось, подводили к опасной черте мирового пожара.

Чтобы этого не допустить, дипломатия Москвы уделяет значительное внимание международно-правовому обеспечению приоритетных направлений российской внешней политики. Ее позитивная дипломатия работает над тем, чтобы конфронтационная парадигма ушла в прошлое. К сожалению, в умах политиков, ослепленных «военными победами» над слабыми странами (распавшейся Югославией, отсталыми в военном отношении Ираком и Ливией), эта накачанная отнюдь не доблестными деяниями парадигма все еще существует, и было бы опасно ее не видеть. Эта работа не для одного поколения политиков, дипломатов и ученых. Скорее всего, создание и наладка механизмов мирового правопорядка и глобального управления займет весь XXI в. [6]

Проблема создания глобального управления в стенах ООН уже решается, правда, находится она еще на самой ранней стадии. Ею занимаются и на других международных форумах и уровнях. Именно ООН остается базой для поиска общих знаменателей как основы для совместных действий в международных делах. Тем более когда налицо финансово-экономический кризис, который никуда уходить не собирается и может с новой силой накрыть всю мировую экономику уже не только неопределенностью, в условиях которой и мудрецы бывают слепы, но и бессилием [2, 13]. Могут быть, например, поставлены под угрозу невыполнения многие планы ООН, в том числе принятая в 2000 г. в Нью-Йорке Декларация тысячелетия, где намечены восемь основных целей в области улучшения условий жизни 7 млрд землян. На первом месте в ней поставлена цель – ликвидация крайней нищеты подавляющего числа людей.

Многие проблемы, стоящие перед народами, носят столь острый характер, что если к середине XXI в. их не решить, мир содрогнется от новых социальных революций и войн. Эти вызовы реальны. Отбросив в сторону политкорректность, следует о них не просто рассуждать, надо бить в набат.

Что несет человечеству угроза духовной и физической деградации? Что за меч занесен над его головой, сработает ли гильотина конца человеческой цивилизации? Меч опустится в страшном ударе, гильотина сработает, и люди очутятся в ситуации, которой еще нет определения. У многих все чаще возникает ощущение бесплодности усилий по предотвращению непрерывной череды кризисов и силовых конфликтов.

Сегодня политики и ученые к месту и не к месту оценивают новую моду – глобализацию. Одни воспевают ее как «неизбежную реальность», которая обещает превратить человечество в единый организм. Английский исследователь Энтони Гидденс с тревогой отмечает, что процесс глобализации не только не становится управляемым, но и выходит из-под контроля, и мировое сообщество как бы живет в «ускользающем мире» [3].

Глобализация, в основном на Западе, рассматривается с позиции экономики, интенсивности финансовых потоков и движения капиталов. Политические и особенно военные факторы часто обходятся стороной [7] .

Отмечается, что «электронные деньги» находятся во власти владельцев фондов, банков, корпораций и многих миллионов индивидуальных инвесторов. В соответствии с их настроениями стоимость денег непрерывно меняется, валютные рынки лихорадит, риски очень велики. При таких условиях стабильного мирового порядка быть просто не может. Напротив, растут противоречия в политике, технологической и культурной сферах. Назревает социальная напряженность, подогреваемая «электронной революцией», облегчением доступа к информации.

Глобализация, отмечает другой видный американский исследователь Пол Кеннеди, весьма противоречива. Ее будущее как системы обеспечения высоких доходов выглядит привлекательным. Нельзя, однако, не видеть, что государства под влиянием радикальных изменений в мировой экономике, как он считает, входят в состояние коллапса [6] [8] .

Нацеленность либеральных глобалистских идей на формирование наднациональных институтов, которые действовали бы в интересах капитализма, ни для кого не секрет. Вот только встает вопрос, где тот механизм, те рычаги, с помощью которых только и можно решать острые проблемы человечества. Когда обращаешься к этим проблемам, становится ясно, что частный собственник не будет всерьез ими заниматься. Ему не до этого, главное для него – прибыль, обогащение, а не мировая стабильность и тем более социальная справедливость.

Среди острых проблем, которые мировому сообществу надо решать, можно назвать следующие:

– глобальная нищета и бедность;

– голод и дефицит продовольствия;

– дефицит питьевой воды;

– эпидемии;

– распространение оружия массового уничтожения;

– наркотрафик;

– сохранение пригодной для человека окружающей среды;

– готовность к климатическим переменам;

– опасность из космоса.

Эти проблемы нельзя решить с помощью военной силы – бомбардировок, оккупации, использования военной техники. Постоянный представитель России при ООН Виталий Чуркин во время встречи в июле 2009 г. в Нью-Йорке говорил мне, что международное сообщество извлекло уроки из драматических событий последних десятилетий и осознало, что попытки разрубить гордиевы узлы с помощью применения силы в нарушение Хартии ООН ведут в тупик. Альтернативы решению политических, экономических и прочих проблем совместными усилиями на основе международного права просто нет.

Если любой из вас, уважаемый читатель, кто имеет отношение к международным делам или хотя бы изучает их, возьмет в руки Устав ООН и внимательно его прочитает, он обязательно обратит внимание на преамбулу к этому историческому документу, где говорится о необходимости избавить грядущие поколения от бедствий войны, дважды в нашей жизни принесшей человечеству невыразимое горе, и вновь утвердить веру в основные права человека, в достоинство и ценность человеческой личности.

Слова об исключении войны из жизни человечества стоят рядом со словами об утверждении веры в основные права человека, и это не случайно. Основное право человека – это право на жизнь, оно самое важное из всех прав. Если люди погибают, то зачем им все остальные права [1, с. 123]? Пора положить конец утвердившейся практике истребления людьми друг друга.

В Уставе прямо говорится о том, что государства – члены ООН действуют в соответствии с принципами, указанными в статье 2, которые, несмотря на все испытания, выдержали проверку временем. На первом месте стоит принцип – ООН состоит из суверенных равноправных государств, и все члены Организации разрешают свои международные споры мирными средствами, не подвергая угрозе международный мир, безопасность и справедливость.