Чтение онлайн

— Полиция, — махнул перед моими глазами документом старший оперуполномоченный Никитин А. С.

Мне хватило одной секунды, чтобы прочесть его имя и звание.

— Гражданин Камов Алексей Игоревич, вы арестованы по подозрению в убийстве гражданки Анцифировой Дины Сергеевны.

После чего мне была предъявлена ещё одна бумага с серьёзными гербовыми печатями.

«Постановление на арест», — гласил заголовок документа.

«Надо же, оказывается, я даже не знал её фамилию».

Я почему-то думал, что мне зачитают права, но, похоже, до местной глубинки «правило Миранды» ещё не дошло.

— Переодеться можно?

Я ожидал, что мне откажут в резкой форме и, вполне возможно, «забьют в кандалы», но старший оперуполномоченный Никитин просто кивнул.

Все трое спокойно поднялись ко мне в квартиру и терпеливо ждали, когда я соберу небольшой набор «командировочного». Не забыл и о документах.

Когда мы спустились, у самого подъезда нас уже ждал чёрный микроавтобус с надписью «Полиция» и баронскими гербами на лакированных бортах.

Уже в здании полиции меня обыскали, перетряхнули все мои вещи и, к моему изумлению, ничего не изъяли. Впрочем, ничего, что можно было даже условно назвать колюще-режущим, у меня не было.

Вернув мне сумку с вещами, изъяли только телефон, причём на руки мне выдали расписку о изъятии телефона для следственных процедур.

После чего меня сфотографировали в анфас и профиль, сняли отпечатки пальцев, измерили рост и вес и только после всех этих манипуляций допустили до следователя.

Мужчина с серой, ничем не примечательной внешностью невнятно представился и тусклым голосом начал допрос, но издалека. Сначала уточнил мою личность — благо, паспорт его устроил, — после чего долго и нудно записывал мою короткую биографию.

Покончив с прелюдиями, перешёл непосредственно к самому процессуальному акту.

Как оказалось, полиция успела выяснить даже больше, чем я рассчитывал. Они знали о моём романе с Диной, последующем расставании, а самое главное — у них была распечатка её ночных звонков на мой телефон. Нашёлся и таксист, что подвозил девушку до Фирсовой Грозди. Что любопытно, имелось и видео с камер уличного наблюдения.

— Таким образом получается, что вы последним видели гражданку Анцифирову живой, — произнёс следователь бесцветным голосом.

Я едва удержался, чтобы не спросить о покойном витязе Георгиевских, но вовремя заткнулся.

Отрицать, что я вчера ночью был в Фирсовой Грозди, я не стал: скорее всего, геолокацию моего телефона уже пробили. Также не стал спорить по поводу звонков Дины — это было просто глупо, — зато всячески отнекивался от встречи.

— Да она так и не смогла меня найти! Там же больше полутора сотен квадратных километров, а я и сам точно не знаю, где был.

О том, что я не знаю, где был, я соврал заранее, так как был уверен, что у меня это обязательно спросят. И, кстати, это могло быть опасно, так как на том месте скорее всего остались следы нашего боя.

Кстати, геолокация моего телефона тоже не слишком бы им помогла, так как определяла место сильно примерно — плюс-минус километр.

«Они точно знают, что с гриднем был Дина, но почему ничего у меня про него не спрашивают?»

Помурыжив меня ещё пару часов, меня отвели в камеру предварительного заключения.

— Завтра в СИЗО переведут, — поделился опытом пузатый дежурный. Пожав плечами, улёгся на прикрученную к полу лавку — к слову, единственную мебель в камере — и провалился в медитацию. Благо что в камере я был один.

Интерлюдия

— Ну что там с этим охотником? — начальник, как всегда, был энергичен и полон сил, несмотря на конец рабочей недели.

Игнатьев печально вздохнул и убрал последнюю папку в сейф.

— Не всё так просто с этим делом.

— Не понял! Что-то ты, Михалыч, мудришь. Того, что опера нарыли, уже хватит, чтобы мальчишку по сто пятой прикрыть. Смело возбуждай дело — материала для любого суда хватит.

Игнатьев опять вздохнул и, взглянув на своего начальника глазами, наполненными еврейской печалью, сообщил:

— Там гридни его сиятельства Игната Робертовича замешаны.

— Сука! — приподнятое настроение начальника следствия испарилось словно по волшебству. Несколько секунд он о чём-то мрачно размышлял, пока не решился: — Подробности!

— Есть показания двух свидетелей и видео с камеры уличного наблюдения, — начал Игнатьев. — Всё подтверждает, что гридень Андрей Степанович Георгиевских встретился с Анциферовой Диной Сергеевной возле общежития, где проживала Анциферова, и вместе поехали на такси к Фирсовой Грозди. Один из свидетелей подтверждает, что Анциферова получила деньги от Георгиевских, а также получала их от него ранее. Тот же свидетель утверждает, что она за деньги подставила под витязя на тот момент своего сожителя, Камова А. И.

— Чего он к пацану привязался? — глухим голосом спросил майор.

Игнатьев, покопавшись в одной из папок на своём столе, передал несколько скреплённых скрепкой листов. Быстро пробежав глазами написанное, начальник следствия вернул листы на стол и задумался.

— Интересно, что нужно Горчаковым от неодарённого охотника? — пробормотал майор.

— Так, может, вмешательство баронессы — случайность? — тихо спросил следователь.

— Ага, именно поэтому она уже девять раз за последние два месяца приезжала в Крылов, — с лёгким, едва уловимым сарказмом произнёс начальник. — А ничего, завтра пойду к Филипычу — он у нас генерал, пусть у него голова болит.

Через полчаса начальник следствия Сафинов Георгий Аристархович лёгким шагом сбежал с крыльца и, насвистывая прилипчивый мотивчик, пошёл к своей машине, крутя на пальце ключи. Возле его железного коня производства заводов графа Бенца стояли двое мрачных мужчин.

— Сафин? — с утвердительной интонацией спросил здоровяк с белым шрамом, пересекающим его лицо по диагонали.

— С кем имею честь? — Георгий Аристархович уже понял, кто перед ним, и сейчас с тоской думал, как ему вывернуться из этого капкана без потерь.

— Полусотник Ерофеев, — назвался шрамированный.

«Блядь!» — других мыслей у Сафина на тот момент в голове не появилось.

Несмотря на странное звание, стоящий перед ним человек был более чем весомой фигурой в провинциальном Крылове, так как ни много ни мало командовал личной гвардией барона Крылова и, соответственно, имел прямой доступ к телу своего сюзерена. Кстати, Сафин и сам служил барону, как, впрочем, и вся полиция, но вассалом его не был, а скорее являлся наёмным сотрудником.