Чтение онлайн

Выскочив из комнаты в коридор, словно тень, заскользил в сторону бетонной лестницы, ведущей на второй этаж. Поклонник национал-социализма стоял на лестничной площадке с ружьём, нацеленным в мою сторону, и вглядывался в темноту первого этажа.

Обрез звонко грохнул, сверкнув снопом пламени.

— Сука! Меня подстрелили! — заголосил свалившийся на площадку ариец.

Стоя за углом, зарядил в обрез последний патрон, но выходить на открытое пространство не торопился. Уверенности, что «ариец» сидел на этаже в одиночестве, не было.

Через минуту вопли уберменша стихли, деградировав до болезненных стонов. Я даже рискнул на мгновение высунуться. Представитель высшей расы продолжал лежать на месте, быстро «вытекая». Небольшой ручеёк крови, стекающий по ступенькам, подсказал мне, что ему осталось недолго. Так и вышло: спустя десять минут он умер.

+ 115 ОП.

Улыбнувшись в темноту, остался неподвижен. Минута текла за минутой, а я по-прежнему терпеливо изображал статую, пока в какой-то момент не услышал, как кто-то спрыгнул со второго этажа на землю, тихо матернувшись.

Улыбаясь, бесшумно взбежал на площадку, подхватил ружьё «арийца», поднялся на второй этаж и подошёл к окну. В двух десятках метров со скоростью молодой черепахи ковылял долговязый мужик в рваном бушлате с ватой, торчащей из рукавов. Похоже, при приземлении он то ли подвернул ногу, то ли просто отбил ступни. Словно что-то почувствовав, бандит оглянулся и увидел меня, свободно стоящего в окне с ружьём, нацеленным в его сторону. На небритом лице долговязого отразился ужас. Треснул выстрел, и бандит, сложившись пополам, рухнул на землю.

+ 125 ОП.

— Ого, наповал! А то я уж как-то начал разочаровываться в охотничьем оружии.

Вернувшись к телу «арийца», добыл у него из карманов десяток патронов и приступил к планомерному мародёрству. Первым делом спустился вниз и затащил в здание долговязого. Привлекать запахом крови тварей к своему новому логову было последним, что я хотел.

Полчаса спустя я стал богаче на два охотничьих ружья, один обрез и один пистолет имени оружейника Токарева. К ружьям и обрезу имелось два десятка патронов, снаряжённых картечью и крупной дробью, — благо, все были одного калибра, — а к ТТ — одна полная обойма и ещё десяток патронов россыпью.

Кстати его я взял с тела «благородного».

Кроме огнестрельного оружия, «граждане-бандиты» оставили мне два неплохих топорика, самодельный клевец и пять охотничьих ножей. Также при них было немного наличности — всего пятнадцать тысяч рублей — и немного дешёвых золотых украшений.

Последним я инспектировал запас продуктов: на мой взгляд, хватало примерно на месяц — это, конечно, если считать на меня одного. Гору грязного, а местами и окровавленного шмотья в список «богатства» вносить не стал.

Кстати, вся гоп-компания оказалась беглыми каторжниками, о чём молчаливо свидетельствовали выжженные у них на лбах клейма-печати с латинской литерой B. Насколько я знал, такие ставили только тем, кто уже сбегал с каторги.

Остаток дня провёл за уборкой и чисткой оружия, которое, судя по всему, каторжники вообще ни разу не чистили. Полураздетые трупы перенёс в дальнюю комнату, так как тупо не знал, как в Окаянке утилизируют тела.

Интерлюдия.

Санкт-Петербург.

Резиденция императора.

— … Таким образом, войны с Турцией и, как следствие, с её сателлитами не избежать, — монотонным, лишённым даже проблесков эмоций голосом докладывал министр иностранных дел князь Юсупов.

— По-вашему, сколько у нас есть времени? — перебил император Юсупова.

Ни на йоту не изменившись в лице, всё таким же машинным голосом князь ответил:

— Полгода.

Дмитрий Александрович откинулся в кресле, о чём-то задумавшись. Начальник МИДа, сидящий напротив, терпеливо ждал.

— А что там за шум с этими святошами из Святого Порога?

— Пытались выбить себе привилегии силового ведомства для действий на территории Российской империи.

— С какой это стати? — удивился император.

— Они ссылаются на древние договоры, вот только на текущий момент юридической силы они не имеют — скорее, это уже историческая реликвия.

Дмитрий Александрович нахмурился.

— Теперь они просят аудиенции у вас.

— Отказать! Ещё не хватало, чтобы у меня италийцы тут воду мутили. Пусть на общих основаниях работают.

Проснулся неожиданно. Несколько мгновений лежал, вслушиваясь в ночные звуки Окаянки, пытаясь сообразить, что или кто меня разбудил. Но кругом было тихо: под стенами моего убежища никто не бродил, а в забаррикадированную дверь никто не скрёбся.

Автоматически взял телефон с ящика, заменяющего мне прикроватную тумбочку.

— Два часа ночи! — только после своего почти беззвучного вопля я сообразил, что проснулся от звука системного сообщения.

— Ну что там ещё? — с ворчанием полез во вкладки.

— Установить Аукцион. Да/Нет?

— Что за ботва?! — естественно, на мой эмоциональный посыл так никто и не ответил.

— А чего я дёргаюсь? Мне же предлагают Аукцион установить, а не сифилис, — больше не колеблясь, мысленно нажал «Да».

Установка заняла буквально одно мгновение, и у меня появилась вкладка «Аукцион». Первое, что я увидел, открыв страницу «Аукцион», — это длинный список игроков. Причём все, как и я, под номерами.

— Хм, от одного до ста. Получается, таких, как я, сотня.

Пробормотал я, разглядывая безликие номера. Попытка нажать на первый подвернувшийся номер перевела меня на скудную страницу игрока под номером сорок три.

Кроме номера был доступен его уровень — между прочим, девятый — и возможность ему написать.

— Интересно, но пока преждевременно, — пробормотал я, закрывая страницу.

Под списком имён-номеров располагалась много объясняющая надпись:

— В связи с гибелью игрока двадцать семь его накопленное имущество будет выставлено на аукцион.