Урожайный год
Шрифт:
Ровно в эту минуту в кабинете раздался сухой треск, а в воздухе появилась светящаяся точка. Она увеличилась в размерах и превратилась в магический портал, а из портала вылез леший. Он был в клочковатой зелёной шубе, к которой прилипли сухие прошлогодние листья.
— Здравствуйте, — гулким басом сказал леший и застенчиво кашлянул в кулак.
Вслед за лешим из портала посыпались кладовики.
— Ведан отпустил нас пораньше, — радостно сообщил мне Рипей. — Давай делить клад, Тайновидец!
— Вообще-то, сначала его нужно найти, — напомнил я.
— Это пустяки, — пренебрежительно ответил кладовик. — Найдётся, куда он денется? А поделить обязательно нужно заранее, чтобы потом не было споров. Давай пополам, а?
Дивень с восторгом посмотрел на нахального брата, а Тиша сердито нахмурился и толкнул Репея локтем в бок.
— Ну, я должен был попробовать, — обиженно сказал Репей. — Ладно, Тайновидец, нам хватит и четверти. А три четверти тебе, что скажешь?
— Это не мой клад, — огорчил я кладовика. — Он принадлежит этому зданию. А кому принадлежит здание, я точно не знаю. Тихон Дмитриевич, может быть, вы подскажете?
Старший целитель ответил не сразу — он ошарашенно уставился на кладовиков, которые взялись неизвестно откуда. Ну, пусть привыкает к тому, что магия бывает разной.
— Здание числится за Имперским казначейством, — наконец ответил Трутов. — Но они даже ремонт делать не хотят.
— Казначейство вряд ли откажется от своей доли, — сказал я Репею. — А ведь есть ещё наследники графа Шувалова, они тоже могут заявить права на сокровища. Похоже, без грамотного юриста нам не обойтись, значит, придётся обращаться за помощью к Игорю Владимировичу.
Я тут же послал зов деду и коротко посвятил его в суть дела.
— Я кое-что слышал об этом, — ответил Игорь Владимирович. — Ходили слухи, что старый граф Шувалов припрятал немалую долю своих богатств, чтобы они не достались мятежникам, а потом забыл об этом. Сыновья так донимали старого графа расспросами и скандалами, что он рассорился с ними и заперся в своём доме на Рыбном острове, да и просидел там до конца своих дней. И даже дом завещал казне, чтобы насолить наследникам. Я выясню подробности и пришлю тебе зов.
— Дело в надёжных руках, — улыбнулся я, закончив разговор с дедом. — Пора искать сокровища. Тихон Дмитриевич, покажите нам лестницу в подвал.
Лестница выглядела точно так, как в моём видении. Когда мы спускались по крутым ступеням, я почувствовал, как воздух вокруг едва заметно вибрирует. Дому не терпелось показать нам, где спрятаны сокровища. Я улыбнулся — старое здание испытывало совершенно человеческие чувства.
Темнота в подвале была густой, словно черничный кисель, но мы предусмотрительно захватили с собой магические лампы. Мягкий свет упал на кирпичные стены, покрытые толстым слоем пыли и на гранитные валуны, из которых был сложен фундамент.
Репей непочтительно дёрнул меня за рукав:
— Видишь, Тайновидец?
Он показал пальцем на один из валунов, который ничем не отличался от других.
— Вижу старый камень, — согласился я.
— Смотри внимательнее и постарайся не моргать, — не унимался кладовик. — Это же иллюзия!
Я послушно уставился на камень и смотрел, пока на глазах не выступили слёзы. И у меня получилось! Камень, который казался совершенно настоящим, вдруг расплылся в воздухе, и сквозь него проступили угловатые очертания старого сундука.
— Вижу! — хрипло сказал я.
Иллюзия была сделана мастерски. Когда я протянул руку к сундуку, мои пальцы уткнулись в холодный камень. Но против кладовиков она не устояла.
Репей хлопнул в ладоши. Хлопок громким эхом отразился от кирпичных стен, и фальшивый камень исчез. На его месте стоял вместительный сундучок, собранный из сухих досок и перетянутый стальными полосами.
Репей небрежно хлопнул ладонью по крышке сундука, и она приоткрылась с протестующим скрипом. Кладовик откинул крышку, и мы заглянули внутрь.
Несколько секунд мы молчали — даже забыли дышать. Потом дружно вздохнули.
— Вот это да! — сказал Репей.
Сундук был полон золота. Мы увидели старинные золотые монеты, слитки, тяжёлые украшения с тускло мерцающими драгоценными камнями, кинжалы в ножнах, украшенных золотом и серебром.
— Глазам своим не верю, — тихо сказал Трутов и осторожно дотронулся до сундука.
— Не сомневайся, целитель, это всё настоящее, — успокоил его Репей. — Уж я-то разбираюсь в золоте.
Он захлопнул крышку сундука и кивнул братьям:
— Несите наверх, там будем делить.
К моему удивлению Дивень и Тиша легко подняли сундук. Наверное, они владели какой-то магией, которая позволяла им без труда таскать любое количество золота. Без особых усилий кладовики подняли сундук по крутой лестнице, дотащили его до кабинета старшего целителя и опустили на стол. Стол жалобно скрипнул.
— Ты узнал, кому принадлежат эти сокровища? — требовательно спросил меня Репей.
— Наберись терпения, — посоветовал я ему.
И тут в дверь кабинета постучали.
— Господин Тайновидец, посыльный принёс ваш заказ, — послышался из-за двери голос Голощёкова.
— Входите, Лаврентий Алексеевич, — пригласил я.
Голощёков держал в руках большую картонную коробку, перевязанную тонкой бечёвкой. Когда он увидел сундук, то замер от удивления и чуть не выронил коробку:
— Что это?
— Те самые сокровища, о которых вы говорили, — улыбнулся я. — Мы их нашли.
— Значит, это всё правда? — счастливо улыбнулся Голощёков. — Это были вещие сны?
— Что-то вроде того, — улыбнулся я. — Господин Трутов вам всё объяснит, а я потом дополню его рассказ.
Я забрал у Голощёкова коробку и поставил её на стол рядом с сундуком.
— Господа кладовики, не желаете ли подкрепиться?
С этими словами я развязал узел и открыл коробку. В ней лежал изумительный бисквитный торт. Тонкие коржи были щедро пропитаны кремом и мёдом — я понял это по сладкому запаху.
Репей тоже принюхался и потрясённо уставился на меня:
— Ты чувствуешь этот запах, Тайновидец? Это же подземный магический мёд, его делают только пещерные пчёлы! Где ты его достал?