Усатый-полосатый, бедный и богатый
Шрифт:
— Олега приехал повидать, — ага, а теперь вот стою и просто курю у входа. Типа передумал.
— Надо же какое совпадение! — светская хищница оскалилась самой лучшей своей белозубой улыбкой и закашлялась тут же. — Фу, что за дрянь?
— Решил бросить курить. Вот взял химозу, чтобы наверняка, — не без сожалению покрутил сигаретку среднего класса и бросил в урну. — И ты бросай, от курения цвет лица портится.
Хелен подозрительно покосилась на зеркальные панорамные окна, чтобы проверить не нанёс ли никотин непоправимый урон.
— Ты идёшь? — бросила Ленка через плечо, сделав первый шаг к вратам райской кухни. Это не я придумал, а их дебил-маркетолог.
— Иду.
Вместе с представительной дамой, признавшей меня за своего, меня пропустили легко и без вопросов. Лишь один из верзил многозначительно хмыкнул, дескать как мне повезло с такой цыпой. Бедолага, ещё не знает, что большинство красивых цып с утра выглядят как куры общипанные.
— О, дружище, я уже думал, тебя сожрали в твоём зверинце! — поразительное дружелюбие от человека, который кинул меня здесь одного.
— Сожрали, а потом подавились и выплюнули, — без церемоний я плюхнулся на диванчик напротив.
— По тебе видно, — Олег заржал, попутно целуя ладошку Хелен. Выглядело нелепо.
— Что с ущербом? — спросил я прямо, не желая тянуть кота за яйца.
— Всё плохо с ущербом. Сто косариков бы надо. — Я приподнял одну бровь и Олег тут же добавил: — Возмещение морального ущерба не забывай, я почти месяц без тачки.
— Можно подумать, ты на метро сюда добрался.
— Было бы в этой дыре метро, может и добрался.
— Ясно всё.
Громкий шлепок за соседним столиком привлёк моё внимание и кажется ещё половины гостей в этом зале. Мигом покрасневшая официантка, молоденькая девчонка лет двадцати, стояла рядом с гостем. Жирный хряк обнимал её за талию, а она послушно смотрела в пол. Вот тебе и райский уголок со своими райскими птичками.
Я почти ощутимо почувствовал разочарование, когда она села за столик хряка. Вмешаться? А какой прок. Всё добровольно, никакого принуждения или похабщины. Боится увольнения? Нужен папик или деньги? Хрен их поймёшь, а потом поют о любви и чести.
А моя Надя не села бы… Такая простая мысль даже заставила улыбнуться. Нет, точно бы не села, скорее бы тарелку бы борову на голову надела.
— Ну так что? Разойдёмся полюбовно? — в мои мысли ворвался голос Олега, плеск конька, а образ Нади упорхнул как пугливая бабочка.
— Спасибо, я пить не буду.
— За рулём? — веселился Олег, но дважды предлагать не стал. Мол ему же больше достанется.
— Если бы. А за твой ремонт я заплачу. Найду деньги.
Олег тихо присвистнул и откинулся на спинку дивана.
— Неужели не дала? Ну ты-то не раскисай… Ленка, ты ж дашь?
“Тыждашь” презрительно скривила губы в ответ на такое предложение. Будто терминал между ног держит, без первоначального взноса и не влезть. Но я лезть и не собирался. Без меня найдутся желающие акционеры.
— Может рванём ко мне? — взбодрился Олег. — Я привёз вам подарочек из Москвы, м?
Знаю я эти подарочки. Ничего хорошего от них не жди.
— Я пас, на работу рано вставать, — продолжения так и не начавшегося для меня банкета не хотелось.
— Да уж, сто кусков найти та ещё работа, — шутку бывшего друга активно поддержала Хелен. Её смех разнёсся на весь ресторан. — Малышка, ты на тачке?
Малышка успевшая уже принять на грудь довольно кивнула. Замечательно…
— И вы собираетесь ехать в таком состоянии?
Оба посмотрели на меня как на последнего идиота.
— Я вас довезу.
— Я личным водителям долги не прощаю.
Может и ну их к чертям? Пусть себе едут. С такими как они точно ничего плохого не случится. А вот как быть с теми, кто попадётся им на пути? Уговаривая себя, что я делаю благое дело, я молча терпел несмешные шутки выпивших товарищей.
— Не передумал? Может заглянешь на огонёк?
— Нет, — и дело не только в работе. Точнее совсем не в работе.
Шальная парочка навострила лыжи к отелю, даже не подумав прощаться. Нисколько не обидевшись на уход по-английски, я развернулся и пошёл прочь. К Наде отсюда путь неблизкий. Но к ней навстречу и ноги сами несут.
— Слава Богу, — Надя показалась мне взволнованной, когда открыла дверь. — А я тебе звонила.
Пошарил по пустым по карманам, уже после того как расцеловал свою хрупкую девочку, изумлённо моргающую глазами. Блин, неужели телефон потерял?
Признаваться в потере телефона было страшно неловко. Словно в страшном сне виделись картины, как Надя становится в позу, смотрит на меня своим фирменным, уничижительным взглядом и произносит что-то в духе, что мне нельзя доверить даже кошачий лоток без риска потерять содержимое. Что поделать? Вот такой вот я шарик, то есть балбес.
— Да разрядился как всегда, — махнул я рукой, зная, что такая как Надя точно не полезет по моим карманам проверять сказанное.
Пусть это будет ложь во спасение. У меня часто так: сначала сделал, потом подумал, сначала сделал, потом пожалел. Но о том, что я собирался сделать дальше, уверен, не буду сожалеть и дня. Я был готов зацеловать Кнопку от макушки до пяточек просто за то, что она такая, какая есть.
— Так, этому столику больше не наливать, — засмеялась Надя на мои попытки быть нежным, хотя у самой глаза лучились счастьем не меньше моего.
— Столику? Столик — это хорошо, — изобразив мимолётное удивление, подхватил Надюшку на руки, ища тот самый предмет мебели. А что? Я только за разнообразие в личной жизни и, судя по довольному личику Нади, она разделяла мою точку зрения.
— Перестань, он же сломается. Этому столу триста лет в обед будет.
— Вот именно, малыш, он и не такое видел.
Ножки стола жалобно скрипнули, а столешница прогнулась, когда я опустил на неё Надю, но выдержала.
— Эй, Димон, там к тебе посетитель.
— Сейчас подойду, — ответил я Маше, немало удивившись.
Посетитель у меня? В парке с утра пораньше? Больше было похоже на то, что кому-то солнышко припекло макушку. Не дойдя до двери вольера нескольких метров, помахал Чибе и пошел обратно по аккуратной дорожке. И как работать эту работу спрашивается, если то какие-то посетители шастают, то Синицын подходит к Наде слишком близко. Последнее в свою очередь неминуемо активирует режим пещерного мужика, вынуждая топтаться рядом с Кнопой, помечая территорию и мозоля глаза сопернику.