Чтение онлайн

– Что с ним случилось?

– Он погиб. Из-за меня, но… я не хочу говорить об этом. Слишком личное. Прости. Мы не так давно знакомы, чтобы…

– Не стоит извиняться. Это я немного пересёк твои границы, - Алекс сделал глоток вина, прохладная жидкость приятно потекла по пищеводу. У него было чувство, что идёт по минному полю, каждую секунду рискуя потерять… Нет, не жизнь. Что-то другое… Своим любопытством он мог отпугнуть Германа, и Гриневский решил придержать лошадей. Придёт время, и парень сам расскажет всё, что захочет. Необходимо просто подождать. Лет пять назад Алекс и не мечтал даже, что они будут вот так, в интимном полумраке огромной квартиры-студии пить вино и разговаривать.

– Вы с ним похожи в чём-то неуловимом. Оба надёжные, как скала. У тебя, так же как у Стаса, есть умение становиться нужным. К вам легко привязаться. Ты не только пересёк границы, ты забрался немного дальше, Алекс, и я, признаться, не знаю, что с этим делать, - тихо проговорил Герман, изучая с видом учёного содержимое своего бокала.

– Рискнуть? — предположил Алекс.

– А ты не боишься, что я не тот, кем кажусь? Что, если я маньяк? Или псих? — глядя поверх бокала, спросил Герман. В его взгляде сквозила напряжённость и ожидание ответа.

– Маньяк? Не думаю. Псих? Мы все в какой-то степени психи, Герман. Особенно, если нас достанут. А какой ты? Мне хотелось бы это узнать и почему-то мне кажется, что я не разочаруюсь, - решительно закончил Алекс и наклонился, чтобы поставить бокал на низкий стеклянный столик.

– Хм… Узнать ближе… Быть может… - Герман замолчал, погрузившись в какие-то свои размышления. Повисло молчание, наполненное звуками музыки и такой тоской, что Алекс готов был взвыть, понимая, что Герман всё также держит его на расстоянии и подпускать ближе не собирается. Ему показалось, что сейчас он лишний здесь и сделал движение, собираясь уйти, когда Герман ожил. Его глаза лихорадочно блестели. — Я не хочу…

– Я не навязываюсь. Если тебе так угодно, я уйду, - Алекс хотел сказать ещё что-то, но тонкий палец Германа быстро лёг на его губы, заставляя замолчать.

– Я не хочу сегодня оставаться один, - произнёс Герман, вставая с дивана. Шаг… и он перед Алексом. Быстрое неуловимое движение и футболка отлетела в сторону, оголяя красивый торс со слегка прорисованными кубиками пресса. Не атлет, но и не тростинка. Чистая гладкая кожа притянула взгляд Алекса, а решительные движения Германа заставили застыть в приятном трепетном удивлении. Тонкие пальцы расстегнули ремень светлых джинсов, и через миг перед Алексом был полностью обнажённый красивый молодой парень. Под обоими сосками шла какая-то татуировка, и Гриневский не сдержал любопытства.

– Повернись, пожалуйста, - попросил он, вставая и стягивая с плеч опостылевший за день пиджак. Герман не спеша выполнил просьбу, являя взгляду Алекса красивый, чёткий до малейших деталей и штрихов рисунок сокола, раскрывшего крылья, кончики которых он и заметил. Осторожно коснувшись птицы, Гриневский провёл вдоль правого крыла и восхищённо выдохнул. — Великолепно! Самый красивый хищник среди птиц. Почему он?

– Мне нравилась ещё с детства легенда о боге Горе. Он через многое прошёл и выжил. Меня в школе прозвали Гором, из-за инициалов. Когда я решил сделать тату, это показалось символичным, - Герман повернулся и начал расстёгивать пуговицы на рубашке Гриневского. Алекс же занялся ремнём на своих брюках. Вот так, в четыре руки они закончили с раздеванием, и Герман тут же толкнул его на диван. Он изящно-захватническим движением скользнул на колени Алекса и приник к его губам поцелуем. Не жадным, не слишком страстным, а изучающим, осторожным, потихоньку сводящим с ума своей медлительностью. Кончик языка прошёлся по контуру губ, нырнул в гостеприимно приоткрытый рот, осторожно коснулся нёба. Алекс не атаковал, хотя безумно хотелось перехватить инициативу и зацеловать исследователя до звёзд в глазах. Он почему-то был уверен, что не стоит этого делать. Не стоит торопить Германа. Алекс лишь позволил своим ладоням коснуться гладкой упругой кожи на бёдрах, подняться к упругому подтянутому животу парня и легонько скользнуть вверх, туда, где кончики крыльев сокола почти касались горошин затвердевших сосков. Его пальцы вдруг нащупали тонкие шрамы, которые он не заметил под тату. Он хотел было отстраниться, и рассмотреть свою находку, но в этот момент Герман запустил свои пальцы в его волосы и медленный чувственный поцелуй перетёк в яростную атаку, туманящую мозг и разжигающую огонь в крови. Алекс забыл обо всём, отвечая и выпуская на волю собственную, сдерживаемую до этого страсть. Его руки скользнули на спину Германа, притянули к себе. Они гладили, скользили вверх и вниз, опускаясь с каждым разом всё ниже. Наконец, пальцы коснулись сжатого колечка между упругих ягодиц, Герман на мгновение замер и попросил:

– Алекс, подожди. Дай мне немного времени, - смущённая улыбка появилась на припухших губах.

– Не могу, - горячо прошептал Гриневский, лаская губами шею Германа. Он закрыл глаза и повернул голову, ещё больше открываясь для ласки.

– Поверь, я тоже не хочу от тебя отрываться, но кое-что необходимое нам лежит у меня в спальне. Я не рассчитывал сегодня оказаться снизу, точнее, вообще не планировал быть с кем-то. Мне нужно, пусти. Я быстро, - Герман подарил крепкий поцелуй и выскользнул из объятий Гриневского.

– Надеюсь, что быстро, - прошептал Алекс, глядя на свой донельзя возбуждённый член. Он откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Казалось, что он весь горел от макушки до кончиков пальцев на ногах, до такой степени у него была острая реакция на горячее тело Германа, на его осторожные прикосновения, на то медленные, то стремительно-жаркие ласки. Он не услышал тихих шагов, зато почувствовал горячее дыхание на своих губах.

– Я здесь. Ты всё ещё меня хочешь? — прошептал склонившийся к его уху Герман. Алекс открыл глаза и засмеялся, притягивая парня вновь к себе на колени.

– Ты шутишь? У меня яйца уже звенят от перевозбуждения!

– То-то я слышу, что к гитарным переборам прибавился странный звон, - задумчиво произнёс Герман, запуская руку между ног любовника и касаясь упомянутого «музыкального инструмента». Покатал в руке, слегка потянул вниз. Следя за реакцией Алекса, усмехнулся и провёл рукой вдоль напряжённого ствола до головки, аккуратно размазывая выступившую смазку. В другой руки мелькнул маленький пакетик, звук разрываемой зубами фольги и вот уже член Алекса готов к действию.

Герман встал, быстро развернулся к любовнику спиной и, широко расставив ноги и оперевшись рукой на бедро Алекса, осторожно насадился до самого конца. Выдохнул, и сделал первое движение. Заскользил вверх, плавно опустился вниз. Гриневский провёл рукой по его позвоночнику, погладил сокола. Его ладони легли на бёдра Германа, придерживая и помогая двигаться. Ему нравилось смотреть на натянутые мышцы спины, откинутую назад голову. Слышать тихие, едва слышные стоны и чувствовать тугую тесноту внутри горячего тела. Гриневский всегда спокойно относился к тому, что у его любовников был опыт. Ему неважно было, сколько перебывало в постели до него и уж тем более после, но с Германом было иначе. Алекс был счастлив от того, что попал в мизерное число мужчин, с которыми этот парень позволил себе близость. Теперь для него это было ценно. Алекс, двигаясь в теле парня, наслаждаясь его чувственностью и эротичностью, не хотел, чтобы был после кто-то ещё. Он хотел остаться навсегда рядом, вместе. Алекс хотел приручить эту свободную птицу. Ни в коем случае не посадить в клетку, а заставить возвращаться к нему всегда по собственной воле.

Герман упёрся одной рукой в диван и Алекс, крепче ухватившись за его стройные бёдра, резко ускорился, с удовольствием слушая прерывистое дыхание любовника, перемешанное со сладкими стонами. Он сбросил темп, позволил Герману откинуться на свою грудь и медленно насаживаться, растягивая их общее удовольствие. Алекс повернул голову парня к себе, насладился возбуждённым блеском его глаз, прилипшими к вискам влажными завитками волос. Он накрыл искусанные губы своими, продолжая размеренно двигаться. Насладившись поцелуями, он заставил Германа привстать и аккуратно уложил его грудью на спинку дивана. Вновь проник внутрь и начал быстро и энергично вбиваться, доводя их до яркого сумасшедшего финала. Он кончил вслед за Германом, опоздав лишь на пару мгновений, поцеловал затылок, прошёлся дорожкой поцелуев по плечам. Аккуратно вышел и помог парню лечь.

– Ванная там, - сонный и расслабленный Герман указал рукой направление и прикрыл глаза, устраиваясь удобнее.

– Не засыпай без меня, - попросил Алекс и ушёл. Когда он вернулся, парень тихо сопел, отодвинувшись к спинке дивана. Гриневский вытер кожаную обивку прихваченным из ванной влажным полотенцем, отбросил его подальше. Он заметил на кресле тёплый плед и укрыл им Германа, устроившись рядом. Алекс притянул к себе спящего парня, обнял его и вскоре уснул, прислушиваясь к тихому дыханию рядом.