Чтение онлайн

Что он хотел объединить? Силу тысячи богов в одном теле? Или намеревался сжечь тысячи алтарей-марионеток Системы в пламени одного единственного ритуала вознесения? Каковы истинные цели столь могучей сущности, чьё настоящее тело и душу не видели уже не менее десяти тысяч лет?

Может, его истинное «Я» давно отринуло физическую форму, став чистым сознанием, распределённым по тысячам тел?

На этом фоне предложение Лорда Афета о взаимовыгодном сотрудничестве и обмене выглядело невероятно притягательно, почти неотразимо.

Кто, как не я, мог понять простую истину? На просторах радуги миров и бесчисленных планов Бездны уникальные одноразовые карты навыков приходится собирать столетиями, иногда тысячелетиями. Ожидая момента, когда вот именно она тебе пригодится, собственно эта конкретная карта станет ключом к успеху. Не продавая, не обменивая, ожидая того самого судьбоносного мгновения.

И я его дождался. Терпение вознаграждено.

Сочетание одноразовой карты навыка Порабощение астральной сущности павшего Бога и самого факта обнаружения подобной сущности в конкретном месте и времени, одномоментная вероятность этих событий стремится к нулю. Возможность такого столь мизерна, столь статистически незначительна, что кто-то другой отбросил бы шанс наступления подобного события как невозможный.

Но не Лорд Афет. Он просчитал, нашёл, создал условия для этой встречи.

«Не сочтите за наглость, — во время нашего мысленного диалога прозвучал осторожный вопрос с моей стороны, — но отчего же Вы не желаете сами отправиться в материнский мир Древлей?».

Задал я его лишь тогда, когда окончательно понял важную вещь: часть легенд о Лорде Афете абсолютно вымышлена, преувеличена страхом и слухами. Он не всемогущ. У него есть ограничения, цели, приоритеты. Он не демон Хаоса, попусту бездумно уничтожающий всё на своём пути, он стратег, играющий в длинную, невероятно длинную игру.

Я до сих пор корил себя за несдержанность в начале встречи. Сделка, возможно, всей моей жизни чуть не закончилась, даже не начавшись. Исключительно по моей вине, из-за недостаточного контроля демонической природы и ярости, бурлящей в крови.

— Мне попросту нечего там делать, — ответ был прямым, без намёков и двусмысленностей. — Учитывая специфику самого мира паразитов-древлей, без легионов собрать хоть сколько-нибудь приличное количество трофеев невозможно. Материнский мир защищён роем, триллионами существ, готовых умереть за каждый локоть территории.

Лорд Афет делился информацией обстоятельно, без излишних украшательств и гордыни. Как равный с равным.

— Тогда как мне это сейчас совершенно не нужно, — продолжил он. — В отличие от тебя, острой необходимости ни в душах, ни в презренных очках Системы я не испытываю. Моё развитие пошло иным путём. К тому же, сердце Прародителя древлей В ранга получить мне не удастся физически, оно предназначено не для меня.

Логика была железной, безупречной. Лорд Афет не лгал, ему действительно не нужна была массовая жатва душ. Его цели лежали в иных плоскостях существования, требовали иных ресурсов.

— Вы правы, Лорд Афет, — мгновенно мысленно ответил я, подкрепляя слова образами возможных тактик опустошения материнского мира древлей. — Без должной подготовки, без заманивания Прародителя в ловушку, подобное сражение закончится лишь потерей драгоценных ресурсов и воинов.

В моём разуме разворачивались картины будущей кампании. Легионы, вторгающиеся через порталы. Ритуальные круги, ослабляющие защиту мира. Жертвоприношения в масштабах, способных изменить течение астральных рек.

— Более чем достойный план, — в интонациях Лорда Афета прозвучало одобрение. — Я рад, что не ошибся в тебе, Иор. Рад, что мыслишь разумно, не как типичный демон, и это похвально, достойно уважения.

Похвала от Лорда Афета стоила больше, чем завоевание десятка миров!

— Любые ограничения, — продолжил он менторским тоном, — будь то физические или заложенные в разуме. Пусть даже присутствующие испокон веков, от рождения расы, или же от самого Создателя. Всё это именно изъяны, не дающие двигаться дальше, прогрессировать и становиться сильнее. Нужно смотреть на возможности с широко открытыми глазами, без предубеждений.

Он делал паузу, позволяя осмыслить каждое слово, затем продолжил:

— Как отказ большинства Владык и Правителей Бездны пользоваться благами Системы. Что это, если не фундаментальная ошибка, обрекающая их на стагнацию?.

— Но ведь истинная сила не в Системе? — не столько утверждая, сколько задавая вопрос, произнёс я мысленно.

В какой-то мере надеялся почерпнуть уникальных знаний от одного из древнейших демонов, продолжающих активно двигаться между мирами и планами Бездны. Тогда как иные, достигшие схожего уровня могущества существа, реальный слой пространства уже не посещают, беспокоясь о своих бессмертных жизнях куда больше, чем о чём-либо другом.

Возможность прикоснуться к живой легенде, лично, воочию, пусть всего несколько минут, это позволяло почувствовать себя моложе на пару тысяч лет. Когда происходящее перед глазами ещё будоражило кровь, когда поглощённые души и принесённые в жертву существа всё ещё радовали.

Встретить кого-то равного или превосходящего, готового к диалогу, выгодному для обеих сторон, редкость на планах Бездны, где обычно побеждает сильнейший без разговоров.

— Нет единого проторённого пути к настоящей силе, — ответ Лорда Афета был глубок и многослоен. — Этот путь для каждого уникален, индивидуален. И не Системой единой следует прокладывать эту дорогу. Слишком её возможности ограничены определёнными рамками, она лишь инструмент — удобный, но не более того.

Он продолжал, и каждое слово впитывалось в мой разум как драгоценное знание:

— Система даёт преимущества над теми, кто ею пренебрегает — об этом нельзя забывать. Но ограничения накладывает не менее серьёзные. Один лишь факт, что начинаешь на неё полагаться полностью, может стоить всех данных ей преимуществ. К тому же на В ранге ограничения становятся слишком серьёзными, почти непреодолимыми…

Лорд Афет поделился ещё многими мыслями. Не скажу, что сделал революционные открытия для себя — это выглядело бы слишком наивно. Бескорыстно делиться ценнейшими знаниями не стал бы никто, ни он, ни я сам.