Чтение онлайн

Предлагаю на выбор, или только что процитированную версию переселения в Самарию, или то, что в Византии был земной рай за тройными стенами за счет торговых пошлин за проход через Босфор кораблей, то есть, фактически «манна небесная». Чтобы вам легче было выбрать, скажу, что евреи с древности не были дураками, терпящими безмозглых и жестоких царей, как вы. Или вы все–таки выберете причиной смешанные браки, нарушение субботы и запрет мясоедения? Тогда добавлю, что уехавшие из СССР евреи на 80 процентов в Израиль не поехали, где все в порядке с субботами, мясоедением и смешанными браками, а поехали в другие страны, где так же неплохо жить, но нет войны с арабами. Значит, на мясоедение, смешанные браки и субботы им плевать.

Я уже говорил, что в Иерусалиме евреев сроду не было, то их «переселяют», то они сами бегут оттуда. И на этот раз Иерусалим опустел, евреи сами оттуда убежали, до 1948 года, когда их вновь туда начали свозить и защищать от арабов на американские деньги. Но Ренан почему–то любит иерусалимцев, а самаритян не любит: «…самаритянство осталось навсегда чем–то довольно посредственным, как плагиат настоящего иудейства. Из него не вышло ничего плодотворного. Высшее его счастье было в том, что его любил Иисус. Иисус всегда имел склонность к еретикам, отлученным, опозоренным. В силу этого, ему иногда нравилось противополагать этих схизматиков ригористам Иерусалима».

Замечу, что если Иисус любил самаритян только за свою «склонность к еретикам», то считать его умным не приходится. Я считаю его более умным, поэтому объяснил бы его любовь к самаритянам не такой мелочью как Ренан, а единомыслием, не меньше. Подробно об этом смотрите в группе статей «Утраченное звено истории», а также в других моих работах. Именно Иисус для покоряемых без войны народов, на основе веры–идеологии придумал вернуться к Первозаконию, где намешана литургия и мораль, а нормальный человеческий, состязательный процесс правосудия, основанный на законе и отделенный от религии, отсутствует. Поэтому стал возможным произвол. В городе Византий, который до сих пор историки принимают за обширную империю, до самого Юстиниана закона тоже не было. Поэтому Христос и любил самаритян, там командовавших. В то время, когда в среде иудеев, живших между собой по истинному Второзаконию, с Моисея религия и правосудие были разделены. Поэтому истинные иудеи только делают вид, что не любят Христа. Христос сделал народы, среди которых они живут, послушными дураками. Как уж там разделили Христос и Магомет приоритет, я пока не знаю, но оба они дули, как говорится, в одну дуду. С вариациями.

С больной головы – на здоровую

Русские говорят, что танцевать надо от печки. Под этим подразумевается, что начинать что–то делать надо с одного старта, то есть в равных условиях. Тогда соревнование в танцах будет корректным. Вся наша история танцует сразу от двух печек, находящихся в противоположных углах. Две печки в маленькой русской избе не бывает, поэтому и говорят: от печки, совершенно однозначного места. Когда бред дурака кто–то приписывает умному человеку, то говорят: перекладывает с больной головы на здоровую. А тот умный человек, услышав об этом, восклицает: без меня меня женили! Вот эти поговорки я и буду интерпретировать в конкретные условия истории еврейства перед Рождеством Христовым, рассказанные нам Ренаном.

Прежде чем писать историю, надо решить для себя ряд вопросов: а) Может ли так быть, чтобы какой–то народ достиг больших высот в культуре, а потом в одночасье сделался круглым дураком, все забыв? б) Был ли в начале истории такой народ, который все остальные народы опередил в культуре и повел за собой, не отдав никому первенства до сегодняшнего дня? Были ли народы, равноценного развития, или более высокого? Традиционные историки на все эти три вопроса отвечают «да», «нет», «да». Поэтому история у них получилась такая идиотская.

Все мои труды показывают, что я на эти три вопроса отвечаю «нет», «да», «нет», то есть трижды наоборот. Правда, на первый вопрос – не так категорично, и то – только первоначально, так как он требует некоторого объяснения перед категоричным «нет». Инки и майя имели высокую культуру, а потом все забыли и вместо мельниц стали использовать собственные зубы. СССР чуть не всех победил или хотя бы запугал, а ныне по уровню жизни находится чуть ли не на самом последнем месте. Кажется, что на первый вопрос надо сказать «да», деградируют. Но я все же говорю «нет, не деградируют», ибо они такими и были изначально, и деградировать им было некуда. Особенно хорошо это видно на инках и майя. Натесать гигантских камней и выложить из них циклопические стены – особого ума и высокой культуры не надо. Нужно только очень много послушных рабов, они и зубами натешут этих глыб камня. И еще нужно, чтобы горсточка владельцев этих рабов сообразила от безделья и сытой жизни тесать и накладывать камни друг на друга. Высокая культура населения в целом, таким образом, тут и рядом не лежала.

Возьмем Северную Корею. Народ заставили есть одну траву и все, что он добывает, направили на покупку у развитых народов всего, что им продают, и всем этим владеет один человек, точно так же как царь инков и майя владел циклопическими грудами камней. Что не продают ему, то он ворует, тратя на воровство больше денег, чем на покупку. Возьмем Советский Союз. Жизненный уровень народа в целом остался на уровне позапрошлого века. Все заработанное им направлено на две вещи: оружие и личную жизнь правителей. Самых умных людей собрали в КГБ и институты. Первые воруют за границей новшества, которые свои ученые не могут выдумать. Вторые, запертые в секретных городках как в тюрьме, выдумывают бомбы. Что не выдумают, то им поднесут из КГБ. Остальной народ бесплатно клепает то, что выдумано и украдено. Деградировать дальше некуда, так как и роста культуры никакого нет уже 200 лет. Не с чего деградировать, на высоту прогресса не забирались. Как и инки с майя. А если скажут мне о космосе и ракетах, то я отвечу, что если бы правители наши были чуть умнее, то 300 миллионов человек, впроголодь и голые, могли бы и на Луну послать двух–трех человек. Вы посмотрите только на пустые деревни, избы, крытые сразу и шифером, и рубероидом, и железом, и досками, и даже клеенкой со стола, и аккуратно пристроенным корытом. И все это вперемешку. Какой уж тут прогресс, от которого регресс надо отсчитывать?

Ответив сам себе на три вопроса «нет», «да», «нет», я задумался и пришел к выводу: евреи – и источник прогресса и двигатель его во всех других народах. И нигде они, расчесывая народы вроде расчески, не встретили культуры, которая бы превышала их культуру. То есть это единственный народ, и нет ему равных. (Подробности в других моих работах). Никто из народов не деградировал, они только с разной скоростью двигаются по шкале прогресса. И евреи в этом частично виноваты тоже, повторяю, частично (ислам и христианство). Так как к Древнему Китаю и Японии, Древней Индии они не прикасались, а они не очень сильно прогрессировали, в основном каменные громады сооружали как инки или майя. Поэтому Древний Вавилон, Древняя Персия, Древний Египет, Древняя Греция, не говоря уже о Древнем Риме – это сказки для маленьких детей. Не было бы евреев, не было бы и их. Именно евреи их сделали. Они не делали только Древнего Иерусалима, вообще никакого Иерусалима не делали. Его сделали совсем недавно, и не евреи, а христиане, чтобы ездить сперва «завоевывать гроб господень», потом – просто кланяться, и еще – ООН.

Вот на этой основе и почитаем, что пишет Ренан «еврейском заимствовании у Ирана» (с.581 и далее). Например: «Гений израильского народа спал. В эпоху своего высшего расцвета в Вавилонии он был до известной степени закрыт для всякого влияния извне; к тому же халдейская религия была гораздо ниже его, а халдейская наука гораздо выше. Теперь могло проникнуть много обычаев и суеверий. Из всех влияний, которым подвергался израильский народ, наиболее глубоким было влияние Персии. Оно продолжалось даже после падения персидского царства. Греческое влияние, бывшее столь сильным, не помешало персидскому влиянию сказываться даже в III и II столетиях».

Прокомментирую. Во–первых, гений никогда не спит, если его применяют к народу, а не к человеку. Во–вторых, сколько можно учить евреев, если они до сих пор всех сами учат? В третьих, в те далекие времена наука не могла отставать от религии и наоборот, так как наука была составной частью религии. А простейшая наука, например, как сделать колесо, ведро и ножик – это не наука, а ремесло, передающееся от папы с мамой, как и у животных. Высокая наука тех дней, например, звездочетство, непременно являлось составной частью религии. В четвертых, давайте–ка посчитаем влияния на евреев по порядку: египтяне, эфиопы египетские, ханаанцы, филистимляне, ассирийцы, тирияне, вавилоняне, персы, греки, римляне. Кое–кого я упустил, но все равно уже 10, притом практически почти все их завоевывали, везли к себе и учили. И почти после каждого «влияния–учения» Ренан восхищен – какое оно «глубокое»! Тирияне мореплаванию учили, египтяне – в ковчеге каменные скрижали возить. Видите, какая получается ерунда, когда танцуешь не от печки, а от чего попало. И зачем все эти народы без них самих их же и женить? Гораздо логичнее представить дело в виде расчески, которая, прочесывая волосы, собирает на себя с них жир, и так обрастает, что ее саму чистить надо. Вот она и чистится об них же. То есть расческа и собирает, и отдает. И без всяких войн и пленений, из одного только желания жить лучше, торгуя и собирая барыши. Я уже устал об этом говорить.

И, наконец, как у Ренана одновременно «влияли» и Греция, и Персия? Они что, евреями обменивались?

Отступление ради фюрера и тамады

Знаменательная фраза у Ренана, еще не знавшего про настоящего немецкого фюрера австрийских кровей: «Символы Ирана величественны и поразительны. Feruer, нечто вроде апофеоза, идеального изображения протеста против действительности, находился, как и диск Агурамазды, в тайной гармонии с Ягве. Если когда–либо Ягве было дано правильное изображение, то он мог бы быть представлен только в таком виде. Монета, на которой один сатрап еврейских или самаритянских земель велел выбить изображение, которое, по–видимому, было изображением Ягве, несомненно, относится к этому времени, и на ней ясно чувствуется персидское влияние. Самый культ страдал от господствующих вкусов. Алтарь tamida или постоянного жертвоприношения во втором храме чрезвычайно похож на pyree, и легенда хотела видеть в этом неугасимом огне подобие вечного огня, брата горящим источникам нефти в Баку».