Чтение онлайн

Через пару дней после отъезда своих сыновей Жестокая Мадам вызвала меня к себе.

— Прадип и Пракаш говорили со мной о тебе. Они считают, что я плохо обращаюсь с тобой. Они считают, что ты должна ходить в школу. Что ты думаешь по этому поводу? — строго спросила она меня.

Я кусала себе губы и лихорадочно соображала, что я должна ей ответить, чтобы она тут же не стала снова орать на меня.

— Я, я… — заикаясь, начала я.

— Ты посмотри, ты же такая дура, что даже не можешь дать правильный ответ. Как же ты будешь ходить в школу?

— Нет, ваше превосходительство, пожалуйста, отпустите меня в школу. Я докажу вам, что я не такая уж глупая. Вы увидите, что я учусь очень быстро. Я могу выполнять работу по дому после занятий в школе. Я вам это обещаю! — Я почувствовала, как кровь прилила к моим щекам.

— Нет, из дома и в обычную школу я тебя не отпущу, а то там тебе в голову будут лишь приходить глупые мысли. У меня достаточно денег, чтобы оплатить одного или даже нескольких частных преподавателей для тебя. — Она испытывающе посмотрела на меня.

Я не сразу решилась ответить.

— Это было бы очень хорошо, я с большим удовольствием училась бы и дома, — ответила я.

— Но я передумала. Я не хочу, чтобы в доме бывали посторонние мужчины. Известно, чем такое кончается! Когда-то я один раз уже пыталась обучить свою служанку. И уже через пару недель она влюбилась в учителя и удрала вместе с ним, оставив меня в беде, неблагодарная дрянь! И это при том, что она была даже намного уродливее тебя — у нее были кривые, торчащие вперед зубы и очень темная кожа. Ну, и что же мне с тобой делать? Ты слишком красивая, чтобы ходить в школу. У тебя светлая кожа, правильные черты лица, белые зубы. Ты запросто вскружишь голову любому учителю и удерешь вместе с ним, — сказала она.

— Нет, нет, — умоляла я.

Как только человек может быть таким недоверчивым!

— Пусть будет учительница, — осторожно, но настойчиво сказала я.

— Учительница! Фу! Я вообще очень невысокого мнения о женщинах, посвятивших себя профессии учителя. Все они лишь болтливые, ни на что не способные дуры. Нет, если уж учитель, так мужчина.

— Ну, хорошо, пусть это будет пожилой человек, — упрашивала я ее. — Пожалуйста, махарани, дайте мне хоть немного поучиться. Я ничего больше для себя не желаю так, как учиться!

— Нет, — резко ответила она. — Я приняла решение, что учителей в моем доме не будет. Кто знает, что из этого получится. Однако я обещала своим сыновьям, что выполню одно твое желание, так что можешь загадать что-нибудь другое. Что ты хочешь? Одежду, серьги, кроссовки или солнцезащитные очки?

Я не могла скрыть своего разочарования. Кроссовки вместо школьного образования? Я никогда не научусь правильно писать, читать и считать. Я навсегда останусь необразованной.

И снова моя мечта пойти в школу и учиться была жестоко разрушена. Я почувствовала бессилие и усталость. Но одновременно я почувствовала, как у меня в душе нарастает ярость.

— Если так, тогда я хочу получить удостоверение водителя, — выпалила я.

— Водительское удостоверение? А зачем оно тебе нужно? — удивленно спросила она.

— Я всегда хотела, чтобы у меня было удостоверение водителя. Я была бы одной из первых женщин в Данге, у которой бы оно появилось.

— О'кей, — сказала Жестокая Мадам. — Если таково твое желание, я разрешу тебе получить права водителя. Я спрошу нашего шофера, может ли он научить тебя.

На этом тема для нее была закрыта. Она встала и вышла из комнаты, оставив меня одну.

Каждый раз, когда ее сыновья звонили из Америки и я подходила к телефону, они спрашивали, как мои дела. Я рассказала им о водительском удостоверении.

— Хорошо, ну, по крайней мере, хотя бы это, — сказал Пракаш.

Я ничего не ответила. А что он мог сделать?

Водитель, спокойный коренастый пожилой мужчина из Покхара, был хорошим человеком. Я уже пару раз тайно приносила ему еду. Со мной он обращался очень любезно. В конце концов, Жестокая Мадам давала ему за уроки вождения достаточно денег. Я видела, как она дала ему несколько купюр по 10 000 рупий [17] сразу же за первый урок вождения.

В одно прекрасное мартовское утро водитель показал мне руль, переключатель скоростей, педаль сцепления и все другие рычаги.

— О'кей, теперь садись за руль и попробуй все, — предложил он.

Я села в новый белоснежный джип Жестокой Мадам. Машине было всего лишь несколько месяцев, и она стояла перед гаражом. Я почувствовала себя за рулем словно королева. Даже в стоящей машине я чувствовала себя великолепно. Я вертела руль влево и вправо, включала повороты и свет, нажимала на педали и пыталась переключать передачи.

— Это у тебя уже хорошо получается, — сказал водитель. — Но педаль сцепления нужно выжимать до конца и лишь потом медленно отпускать ее. Так, переводим рычаг вправо и вперед — это будет первая передача.

Я старалась нажимать на педаль как можно сильнее. Однако со сцеплением у меня опять не получалось.

— Подожди, подожди, я передвину тебе сиденье подальше вперед.

Кряхтя, с красным лицом, водитель снова выпрямился. Я опять села за руль, вытянула ноги подальше вперед и нажала на педаль сцепления. В этот раз мне удалось выжать ее полностью и переключить передачу без проблем. Я гордо посмотрела на водителя.

— Прекрасно, — похвалил он меня.

Я, счастливая, сидела в машине, включала и выключала радио, пробовала нажимать на все кнопки, включала стеклоочистители, вентиляцию, кондиционер. Это было просто прекрасно. Водитель позволил упражняться, а сам уселся на пластиковый стул рядом с гаражом на солнце и спокойно курил сигарету.

Но, к сожалению, через полчаса из дома вышла Жестокая Мадам и на этом мое счастье закончилось.

— Урмила, хватит, в конце концов, у тебя еще есть работа по дому, и она ждет тебя! Ты уже достаточно посидела в машине в свое удовольствие! — закричала она.

На следующий день я едва могла дождаться, когда мне снова будет позволено сесть в джип. В этот раз мне разрешили завести машину и проехать пару метров от гаража до ворот. А затем снова, но уже задним ходом — и снова вперед и назад. Вперед и назад. Это было так здорово! Я бы занималась этим целый день!

Когда мне впервые разрешили проехаться по улице — квартал, где жила Жестокая Мадам, был очень спокойным, там ездило довольно мало машин, — она настояла на том, чтобы поехать со мной.