Чтение онлайн

Когда первое оцепенение прошло, я закричала:

— Бандиты, бандиты!

Мужчина грубо схватил меня и закрыл мне рот рукой. И тут я увидела, что по лестнице вверх поднимаются другие люди. У них у всех были черные маски, закрывающие рот и нос. Почти такие, как носят люди на улицах Катманду для защиты от смога и выхлопных газов.

— Кто еще есть в доме? Где? — крикнул мне снова один из этих людей.

В этот момент Жестокая Мадам из своей комнаты закричала:

— У меня тут пистолет! Пошли вон, сволочи, иначе я начну стрелять! Полицию я уже вызвала, она уже едет сюда!

Мужчины что-то крикнули друг другу, повернулись и бросились удирать. В тот раз они прихватили с собой только DVD-плеер и пару каких-то мелочей из гостиной комнаты. Нам повезло, что они не были вооружены и что они испугались угроз Жестокой Мадам. Стекло в окне гостиной было выбито — наверное, они залезли через него. Жестокая Мадам сделала вид, что ничего не произошло.

— Ах, окно стекольщик сможет вставить сразу же, ничего страшного не случилось.

Ее семья и друзья советовали ей обратиться в полицию. Но она этого не делала. Может быть, она боялась, что пресса узнает об этом случае и поднимет шум, а она не хотела, чтобы об этом стало известно общественности. Насчет того, кто это мог быть, у нее была своя версия: или соседи-воры, или беженцы из Тибета.

Она несколько раз пробежалась по саду с мобильным телефоном в руках, делая вид, что звонит в полицию.

— Да, офицер, я знаю, кто это был, пожалуйста, приезжайте!

При этом она специально говорила очень громко, чтобы соседи, которых она подозревала, слышали это. Совсем недавно прямо рядом с ее виллой были построены многоэтажные апартаменты. С самого начала это здание было для Жестокой Мадам бельмом на глазу.

— Теперь сюда, в этот квартал, вселяются плебеи! Какой скандал! — регулярно возмущалась она.

Может быть, она просто боялась обращаться в полицию, потому что за последние месяцы ее уже дважды вызывали туда. Она находилась под следствием по делу о мошенничестве.

Жестокая Мадам владела фирмой по подбору персонала, которая была одной из первых в Непале. Она создала свою фирму в середине девяностых годов. Сейчас ее обвиняли в том, что она заманивала людей ложными обещаниями. Фирма предлагала людям найти для них за границей привлекательную работу, которую они, однако, никогда не получали. Но деньги за посредничество и регистрацию с людей взимались, а желающие получить хорошую работу готовы были платить. Зная характер махарани, я этому нисколько не удивилась.

Жестокая Мадам тогда использовала свои связи с министром полиции, и обвинения были сняты. Но у нее не было ни малейшего желания снова быть втянутой в полицейские разборки.

При втором ограблении дома нам повезло меньше.

После первого нападения Жестокая Мадам уже не чувствовала себя такой уверенной и в полной безопасности, когда мы с ней оставались в доме одни. Но, естественно, открыто она этого признавать не хотела. Когда я иной раз решалась сказать вслух, что боюсь целыми днями оставаться одна в огромном доме, она лишь отмахивалась от меня:

— Что тебе еще надо? Сторож ведь находится рядом, а бандиты не посмеют вернуться сюда. Тем более среди бела дня. Так что, не притворяйся.

Но, тем не менее, теперь почти всегда слуги ее дочери спали в комнате для персонала внизу в подвале.

Осенью дочь Жестокой Мадам уехала с мужем в Канаду на несколько недель. Дочь предложила матери, чтобы мы на это время переселились в ее дом. Однако Жестокая Мадам настояла на том, что останется в своем собственном доме:

— Нет, я не хочу нигде больше жить. Мне нужны мои телефоны, мои вещи, моя одежда.

Поэтому они договорились, что дети Сьюзи вместе с их няней будут ночевать у нас в доме. Один из внуков был еще совсем маленьким, он появился на свет всего лишь несколько недель назад, а второму было два года. Поскольку по соседству тоже были случаи нападения на дома, мы спали все вместе в спальне Жестокой Мадам на втором этаже. И даже я.

Однажды ночью я проснулась, потому что услышала какой-то шум. И всего лишь через несколько секунд дверь спальни медленно открылась и в образовавшейся щели я увидела свет карманного фонаря. Несколько мужчин в масках вошли в помещение. В этот раз они были вооружены. У них с собой были винтовки и пистолеты.

— Вставайте! — закричали они.

Мадам и нянька подскочили от испуга, а дети начали плакать.

— Кто вы такие? Ты хозяйка дома? Кто еще тут живет? — спрашивали они Жестокую Мадам, которая сидела на кровати с широко раскрытыми от ужаса глазами.

Она натянула на себя одеяло до подбородка и затряслась всем телом, когда один из бандитов направил на нее свою винтовку.

— Нет, я не хозяйка, хозяева уехали, я всего лишь старая женщина, мы тут домашние слуги и ничего не знаем!

В этот раз у нее не было времени, чтобы вытащить свой пистолет из ящика стола. Она была бледна как мел. Такой испуганной Жестокую Мадам я еще никогда не видела.

Я тоже испугалась до смерти. Мужчина повернулся ко мне и к няньке:

— А вы кто такие? Правда ли то, что говорит эта старуха? Что это за дети? Кому принадлежит дом?

Нянька не могла сказать ни слова, она тщетно пыталась успокоить кричащего младенца.

— Да, это правда, — заикаясь, выдавила я, — мы просто домашние слуги. Женщина, которой принадлежит этот дом, уехала. А дети — вот этой женщины, — я показала пальцем на няньку.

Но мужчины не отставали от нас. Они хотели знать, кому принадлежат машины в гараже и чей это дом.

— Давай, отвечай, иначе мы вас убьем! — орали они, а один из них приставил мне пистолет ко лбу. Нянька начала плакать и умоляла их не убивать нас.

Жестокая Мадам потеряла сознание. Она лежала на своей постели как мертвая.

Мужчины забрали мобильный телефон Жестокой Мадам, лежавший у нее на ночном столике. Кроме того, они обрезали все телефонные провода в комнате.

— Ложитесь на пол, — приказал один из мужчин.

Он накрыл нас подушками и одеялами, так что мы

ничего больше не могли видеть. Нянька рыдала, мальчик постарше кричал от страха, но младенец, к счастью, снова уснул.

— Тихо! Я сказал — тихо, и горе вам, если я услышу, что вы разговариваете друг с другом! Тогда я вас застрелю.

Я слышала, как они бегают по дому. Они бегали по лестницам вверх и вниз, с нижнего этажа до нас доносились команды и какой-то грохот, как будто они распахивали все двери, ящики и что-то искали. Сколько их было? Что они искали? Были ли им нужны только деньги и ценные вещи?