Чтение онлайн

Если бы Пакистан полностью контролировал Кашмир, это усилило бы внешнеполитические возможности Исламабада и лишило бы Индию возможностей. Это также будет способствовать обеспечению водной безопасности Пакистана. Река Инд берет свое начало в гималайском Тибете, но проходит через контролируемую Индией часть Кашмира, попадает в Пакистан, затем протекает по всей территории страны и впадает в Аравийское море у Карачи.

Река Инд и ее притоки обеспечивают водой две трети территории страны: без нее хлопковая промышленность и многие другие основные отрасли экономики Пакистана потерпели бы крах. По договору, который соблюдался на протяжении всех войн, Индия и Пакистан договорились о совместном использовании водных ресурсов. Однако население обеих стран растет угрожающими темпами, и глобальное потепление может привести к сокращению водных потоков. Присоединение всего Кашмира обеспечит Пакистан водой. Учитывая ставки, ни одна из сторон не отступит, и пока они не договорятся по Кашмиру, ключ к разблокированию враждебности между ними не будет найден. Похоже, что Кашмир так и останется местом спорадической марионеточной войны между пакистанскими боевиками и индийской армией - конфликта, грозящего перерасти в полномасштабную войну с неизбежной опасностью применения ядерного оружия. Обе страны будут продолжать вести и другую марионеточную войну - в Афганистане, особенно сейчас, когда оттуда ушла большая часть войск НАТО.

Пакистану не хватает внутренней "стратегической глубины" - места, куда можно было бы отступить в случае наступления с востока - из Индии. Граница между Пакистаном и Индией включает в себя болотистую местность на юге, пустыню Тхар и горы на севере; все эти территории чрезвычайно сложны для пересечения армией. Однако это возможно, и у обеих сторон есть планы ведения боевых действий. План индийской армии предусматривает блокирование порта Карачи и складов с горючим по суше и морю, но более легкий маршрут вторжения лежит между югом и севером - в центре, в более гостеприимном Пенджабе, а в Пенджабе находится столица Пакистана - Исламабад.

Расстояние от индийской границы до Исламабада составляет менее 250 миль, причем большая его часть проходит по равнинной местности. В случае массированной, подавляющей, обычной атаки индийская армия может оказаться в столице в течение нескольких дней. То, что они не желают этого делать, не суть важно: с точки зрения Пакистана, они могут это сделать, и географической возможности достаточно, чтобы Пакистану потребовался план А и план Б для противодействия риску.

План "А" заключается в том, чтобы остановить продвижение индийских войск в Пенджабе и, возможно, контратаковать через границу, перерезав индийское шоссе 1А, которое является важнейшим маршрутом снабжения индийских вооруженных сил. Численность индийской армии составляет более 1 млн. человек, что вдвое превышает численность пакистанской армии, но если ее не снабжать, то она не сможет воевать. План "Б" заключается в том, чтобы в случае необходимости отступить через афганскую границу, а для этого необходимо сочувствующее правительство в Кабуле. Таким образом, география диктует, что Пакистан, как и Индия, будет вовлечен в Афганистан.

Чтобы помешать друг другу, каждая сторона стремится сформировать правительство Афганистана по своему вкусу - или, говоря иначе, каждая сторона хочет, чтобы Кабул был врагом ее врага.

Когда в 1979 г. Советский Союз вторгся в Афганистан, Индия оказала дипломатическую поддержку Москве, но Пакистан быстро помог американцам и саудовцам вооружить, обучить и оплатить моджахедов для борьбы с Красной армией. После победы над Советским Союзом пакистанская разведка ISI помогла создать, а затем поддержать афганское движение "Талибан", которое впоследствии захватило власть в стране.

Пакистан естественным образом "сросся" с афганскими талибами. Большинство из них - пуштуны, те же этнические группы, что и большинство пакистанцев, проживающих в Северо-Западной пограничной области (ныне известной как Хайбер-Пахтунхва). Они никогда не считали себя двумя народами и рассматривают границу между ними как западную выдумку, которой она в некотором смысле и является.

Афгано-пакистанская граница известна как "линия Дюранда". Сэр Мортимер Дюран, министр иностранных дел колониального правительства Индии, провел ее в 1893 г., и тогдашний правитель Афганистана согласился с этим. Однако в 1949 году афганское правительство "аннулировало" это соглашение, посчитав его искусственным пережитком колониальной эпохи. С тех пор Пакистан пытается убедить Афганистан изменить свое решение, Афганистан отказывается, а пуштуны, живущие по обе стороны гор, стараются жить так, как жили веками, игнорируя границу и сохраняя свои древние связи.

Центральное место в этом регионе, который иногда называют Пуштунистаном, занимает пакистанский город Пешавар - своего рода городской военно-промышленный комплекс талибов. Из города стекаются поддельные автоматы Калашникова, технологии изготовления бомб и боевики, а также поддержка изнутри государства.

Это также перевалочный пункт для офицеров Межведомственной разведки, направляющихся в Афганистан с деньгами и инструкциями для талибанских группировок, действующих по ту сторону границы. Пакистан участвует в военных действиях в Афганистане уже несколько десятилетий, но он перестарался, и тигр, на котором он ехал, укусил его.

В 2001 году созданное в Пакистане движение "Талибан" в течение нескольких лет принимало у себя иностранных боевиков "Аль-Каиды". Затем, 11 сентября, "Аль-Каида" нанесла удар по США на их родной земле в ходе операции, организованной в Афганистане. В ответ на это военная мощь США вытеснила талибов и "Аль-Каиду" из города. Силы афганского Северного альянса, выступающие против талибов, перешли под контроль страны, за ними последовали стабилизационные силы НАТО.

Основные этнические группы афгано-пакистанского региона не вписались в границы, установленные в 1893 году по "линии Дюранда"; многие из них продолжают идентифицировать себя скорее со своими племенами за пределами границ, чем с остальной частью страны.

Через границу на следующий день после событий 11 сентября американцы начали дипломатический обстрел пакистанцев, требуя от них участия в "войне с террором" и прекращения поддержки терроризма. Тогдашний госсекретарь Колин Пауэлл позвонил президенту Мушаррафу и потребовал от него выйти с совещания, чтобы ответить на звонок, в котором он сказал ему: "Вы либо с нами, либо против нас".

Это никогда не подтверждалось американской стороной, но Мушарраф писал, что после этого звонка заместитель Пауэлла Ричард Армитедж позвонил главе Межведомственной разведки и сказал ему, что "если мы выбираем террористов, то должны быть готовы к тому, что нас разбомбят до каменного века". Пакистан согласился, и на этом все закончилось. За исключением того, что они не полностью сотрудничали, и это было не то.

Исламабад был вынужден действовать, и он действовал, но не все в пакистанской системе были согласны с этим. Правительство запретило несколько групп боевиков и попыталось обуздать религиозные группы, которые оно считало экстремистскими. К 2004 г. оно было вовлечено в военные действия против группировок в Северо-Западной границе и в частном порядке согласилось с американской политикой нанесения ударов беспилотниками по своей территории, хотя публично осуждало ее.

Это были трудные решения. Пакистанским военным и Межведомственной разведке пришлось обратиться против тех самых лидеров движения "Талибан", которых они обучали и с которыми дружили в 1990-е годы. Талибы отреагировали на это с яростью, захватив полный контроль над несколькими районами в племенных зонах. На Мушаррафа было совершено три неудачных покушения, его потенциальная преемница Беназир Бхутто была убита, а в хаосе бомбардировок и военных наступлений погибло до 50 тыс. мирных жителей Пакистана.

Операция США/НАТО в Афганистане и пакистанские меры по ту сторону границы помогли рассеять арабских, чеченских и других иностранных боевиков "Аль-Каиды" по разным уголкам земли, где их руководство было выслежено и убито; но талибам некуда было бежать - они были афганцами и пакистанцами, и, как они сказали этим новым технологически продвинутым иностранным захватчикам из Америки и Европы, "у вас могут быть часы - но у нас есть время". Они будут ждать иностранцев, что бы на них ни обрушилось, и в этом им помогут элементы в Пакистане.