Чтение онлайн

Руки, безвольно лежавшие на коленях, сжались в кулаки.

– Если бы ты меня не выгнал, ты бы знал, чего я хочу, – сказала она зло.

– Клэр, пожалуйста. Не здесь, не сейчас.

Он сжал ее локоть, наверное, пытаясь утешить. Но прикосновения Дугана – это не объятия Лилы или Фреда. Они всегда значили для нее слишком много. До сих пор значат.

– Я… я была бы тебе благодарна, если бы ты не прикасался ко мне, – сказала она дрожащим голосом.

– Я не имел в виду ничего такого… Просто ты сидела здесь такая несчастная, печальная. Я подумал, что ты нуждаешься в участии… друга.

– Друга? – Кончики губ Клэр опустились. – Шутка, я полагаю.

– Я хотел бы быть твоим другом.

– Не уверена, что это возможно.

– Может быть, со временем, – сказал Дуган и поднялся. – Послушай, я оставлю тебя одну. Чувствуй себя свободно и приходи, когда хочешь.

– Да, спасибо, я приду.

Клэр еще раз коснулась пальцами плиты и тоже поднялась, направилась к машине. Дуган провожал ее.

– У тебя хорошо идут дела, – сказала она.

– Это наша общая заслуга.

– Я здесь ни при чем. Но как тебе удалось превратить запущенную ферму, – Клэр провела рукой вокруг, – во все это?

– Много трудился. К тому же мне просто повезло.

– Каким образом?

– Через полгода после твоего отъезда однажды ночью позвонил Орвил.

– Что еще он хотел?

– Ты помнишь Джона, его сына?

– Да, конечно, помню.

– Джон тогда только вышел из наркологической клиники.

– Джон? Никогда бы не подумала, что он попытается излечиться от алкоголизма.

– У него не было выбора. Какое-то время Орвил все улаживал, если Джон напивался и выворачивал чей-нибудь почтовый ящик. Но однажды утром он врезался в парфюмерный магазин Мэрибэл, пьяный как свинья. Все там разгромил, выехал в потеках одеколона и шампуня. Мэрибэл вызвала полицию. У Джона было два выхода – отправиться либо в тюрьму, либо на лечение.

– Должно быть, Орвилу трудно было пережить это.

– Да, очень. И когда Джон вышел из клиники, отец искал место, куда бы его пристроить подальше от старых дружков. Вот он и попросил меня взять Джона в работники за жилье и еду.

– И ты это сделал, – кивнула Клэр. – А чем в ответ тебя отблагодарил Орвил?

– Какое-то время ничем.

– Потом?

– Джон, должно быть, порассказал ему о моем печальном положении. А потом Джозеф Виткобс объявил, что будет давать своего племенного быка-победителя для развода местным фермерам. Я бы мог создать свое стадо, но не было денег.

– И?..

– Орвил помог.

– Как? – спросила Клэр подозрительно.

Дуган замолчал, а затем нехотя добавил:

– Он дал мне денег взаймы.

– Подожди минуточку. Ты хочешь сказать, что после того, как я уехала, он дал взаймы тебе денег, в которых мы отчаянно нуждались? Денег, которых он не дал нам?

Дуган какое-то время смущенно рассматривал свои ботинки, потом поднял голову и посмотрел на Клэр.

– Да. Я расплатился с ним меньше чем за год.

Клэр потрясла головой: ей трудно было поверить в то, что она услышала.

– Я хочу, чтобы ты понял меня правильно. – Она говорила медленно и раздельно. – Я не завидую твоему успеху. Но тебе не приходило в голову, что Орвил выбрал время для того, чтобы оказать тебе помощь? Что он, наконец, добился того, чего хотел, – отомстил мне.

– Орвил не святой. Но он изменился. И Джон помогал мне на ферме…

– Чего я никогда толком не могла.

– Клэр, пожалуйста. Давай оставим это.

– Ну, нет. Я не могу забыть, как рыдала по ночам в пансионе тетушки Софии. Я не могу забыть, что человек, которого я любила, выгнал меня, когда я в нем очень нуждалась. – Клэр оглянулась и посмотрела на могилу дочери. – Я не могу забыть, что ты лишил меня даже могилы дочери.

– Я отправил тебя, но не удерживал от возвращения домой. – Разве? – зло переспросила Клэр.

Она была готова осыпать его множеством обвинений.

– Клэр, – сказал Дуган мягко, примирительно, – Анжела умерла. Но она здесь, – он прикоснулся одной рукой к своей груди, а другой коснулся чуть ниже ее плеча, – и здесь…

Он снова дотрагивался до нее. И снова она почувствовала сумятицу желаний – броситься к нему и бежать от него.

– Не прикасайся ко мне, Дуган! Ты не имеешь права. Больше не имеешь.

– Я не хотел обидеть тебя.

Клэр искала повод уехать.

– Мне нужно вернуться в город. Я должна сделать несколько звонков.

– Лила сказала тебе, что совет выбрал тебя и доктора из Чикаго?

Этот разговор Клэр могла продолжать, не боясь, что голос подведет ее.

– Да, хотя после допроса с пристрастием, который вы устроили мне, кажется, у меня не так много шансов получить эту работу.

– Если бы это было так, тебя бы не выделили из других пяти претендентов.

– Скажи мне только одно, Дуган: кого поддерживает Орвил?

– Я не имею права говорить.

– Да и не требуется, – усмехнулась Клэр. – Понятно, он никогда не простит, что мой отец провалил Джона. Но я не жалею, что подала заявление. Иначе, – она закусила губу, – неизвестно, сколько бы еще времени я не увидела могилу Анжелы.

«И тебя», – добавила Клэр мысленно. Какое бы зло он ей ни причинил, она не могла вырвать его из своего сердца, не могла быть равнодушной к нему.

Дуган не двинулся с места, пока белый седан не скрылся на дороге. Клэр не понимает, представить себе не может, что услать ее из города было для него самым трудным поступком в жизни. Сможет ли она поверить в это?

Когда он усаживал Клэр в автобус, глаза ее были тусклыми и печальными, словно она потеряла веру в мир. А сейчас они снова блестели, и иногда в них вспыхивали искорки. Сегодня глаза Клэр даже сверкали от злости и негодования. Словом, жили.

Вдали от тяжелой фермерской работы Клэр поправилась, похорошела. Прежде она была худенькой и хрупкой. А теперь – красивая, взрослая женщина, с изумительной фигурой. И грудь у нее увеличилась, налилась дурманящей полнотой.

Как ему хочется приклонить голову на грудь Клэр, погрузить пальцы в ее пушистые волосы!

Но что-то в Клэр изменилось. И это «что-то» тревожило Дугана. Она уже совсем не та доверчивая и наивная голубоглазая девушка, которую он любил. В Клэр появился некий цинизм, резкость, и это задевало Дугана.