Чтение онлайн

Эта женщина, наверное, покинула на остановке один из тех микроавтобусов, догадался Сергей, и ей повезло. Ей сильно повезло.

И все-таки еще раз встретившись с взглядом этой женщины, Сергей прочитал в ее глазах обреченность. В страну двигалась орда варваров и вся ее жизнь рассыпалась в прах. Очевидно, обреченность виднелась и в его глазах. В такие минуты надо вспоминать всю свою жизнь, но это не получается, поскольку на воспоминания остается слишком мало времени…

— Да они нас тут всех перебьют! — кричал Игорь. — Полезли под машину.

Все еще не отрывая руку с тряпкой ото лба, он второй ухватил Сергея за плечо, потянул следом за собой — под высокое днище «Сабурбана». Места там было много, даже можно было чуть приподнять голову, не опасаясь удариться затылком о карданный вал. Громов подумал, что под танком во время обстрела отлежаться можно, а под машиной — не получится, хотя если ей даже в бензобак попадет пуля, то как в голливудских поделках, она не взорвется. Пусть даже бак загорится, а это тоже не всегда происходит, бензин в нем всего лишь выгорит. Сергей буквально перед поездкой смотрел передачу, где как раз такие опыты и проводились. Для того, чтобы машина взорвалась эффектно, надо к бензобаку приладить немного взрывчатки. Хотя, у американцев, занявших перекресток, есть для этого танк…

Под машиной было тесно. Все-таки под нее забилось пять человек.

Громов лежал возле колеса. Покрышки пахли горячей резиной. Сергей посмотрел на часы и удивился. Время слишком сжалось. С начала обстрела прошло около минуты, а ему показалось, что не меньше получаса. Он вдруг понял, что выстрелы прекратились. Или он уже просто от них оглох и теперь не различает никаких звуков? Тогда Громов выполз из-под машины.

— Ты куда? — спросил Игорь, но Сергей его не слушал.

Так уж вышло, что их «Сабурбан» при перестроении остановился как раз за головной машиной. Ее водитель сидел на асфальте, прислонившись спиной к борту. Майка на его груди в двух местах была порвана, а ткань вокруг аккуратных дырок пропиталась кровью. Такие дырки выбитые стекла не оставляют, они бывают только от пуль. Одна дырка виднелась в районе диафрагмы, другая с левого бока напротив пуповины. Глаза водителя были раскрыты, но он вряд ли что-то видел или чувствовал, находясь уже наполовину в беспамятстве.

Можно его спасти или не стоит пытаться — Громов не знал. Однако не мог он вот так просто лежать под машиной и смотреть, как из человека медленно уходит жизнь. Сергей пополз к водителю.

— Да куда ты? — схватил его за ногу Игорь.

— Раненый там, — повернувшись к нему, зашептал Громов, словно скажи он это громче, его могли бы услышать американцы и вновь открыть огонь.

В эту секунду их отвлек кто-то с левого края колонны и автоматчики, укрывшиеся за броней танка, выпустили по нему короткую очередь.

Эта жестокость объяснялась очень просто. Еще во времена вьетнамской войны американцы испытывали на своих солдатах психостимуляторы и амфетамины, пробуя сделать из них универсальных солдат, похожих на безмозглых идиотов, о которых снял культовый фильм Роланд Эммерих. Эти солдаты переставали чувствовать боль, усталость и становились очень агрессивными. Испытания продолжились и во время операции «Буря в пустыне». Наверняка на стимуляторах сидят и солдаты, что сейчас обстреливали дипломатическую колонну. Вот только к этим препаратам быстро привыкаешь. Эти солдаты — потенциальные наркоманы.

— Блин, ты же видишь, что они делают, каждый раз, когда кто-то рыпается, — сказал Игорь

— Вижу, — согласился Громов. До него вдруг дошло, что если сейчас Игорь задержит его еще на секунду, то он потеряет решимость, никогда из-под машины не вылезет. Ничего в этом позорного, конечно, не было, потому что под машинами прятался весь караван.

Он стянул с себя майку. Лежа делать это было не очень удобно, приходилось изворачиваться, словно змея, но даже приподниматься не стоило, не то что пытаться встать на ноги. Сергей чуть надкусил края майки зубами, чтобы она лучше рвалась, разодрал ее на несколько длинных полос, шириной схожих с бинтами. Его чуть закрывали борта машин, и американцы не увидели, как он подобрался к раненному водителю. Игорь тем временем, дернул дверь багажника, но она была закрыта. Он поискал глазами своего водителя, чтобы взять у того ключи, но его и след простыл. Куда он подевался в этой суматохе — Игорь не заметил. Тогда оператор вытащил из сумок арабские платки, которые они везли в качестве сувениров, чтобы использовать их вместо бинтов. Его майка была уже использована.

Сергей перемотал кусками своей майки раны водителю. Все, кто лежал под машиной, тоже стянули майки, порвали их и побросали Сергею, так что недостатка в перевязочных средствах у него не было. Больше ничем раненому он помочь не мог. Американцы наконец заметили какое-то движение возле головной машины и дали очередной залп. Пули забарабанили по капоту, пробивая металл. На асфальт что-то натекло, кажется, охладительная жидкость.

Громов уткнулся лицом в асфальт, прикрывая затылок руками, сомкнутыми в замок.

По дороге, подходы к которой охраняли американцы, загрохотали танки, немилосердно уродуя траками асфальт. Сергей чуть повернул голову, чтобы было лучше видно. Танков было много, десятки, может сотни. Сколько их там должно быть в американской дивизии? Сергей сбился со счета, считая их, да и видно ему было не очень хорошо.

Шея в неудобном положении вскоре затекла, стала болеть. Громов вновь положил голову на асфальт, закрыл глаза, и слушал, как сотрясается под ним земля от многотонных бронированных монстров, которые шли в обход Багдада в клубах едкого дыма, сильно смахивающие на исчадия зла.

Следом за танками проехало несколько огромных бульдозеров, которые в случае необходимости, прокладывали дорогу посреди бездорожья. Размерами своими они даже превосходили танки. А следующими уже ехала бесчисленная орда грузовиков, отдаленно очертаниями своими напоминающие «Уралы» с солдатами в кузовах закрытых брезентовыми тентами.

Эта колонна являлась отличной целью, будь у иракцев хоть один штурмовик, способный здесь оказаться. Сергей видел, что солдаты в кузовах иногда что-то кричат автоматчикам, стоящим за бортами танка — охранения. Те что-то радостно кричали в ответ. Ну да, они ведь выполнили поставленную задачу и смогли обеспечить беспрепятственное движение колонны, отправив на тот свет десяток-другой мирных жителей. Может еще за этот подвиг каждый из них получит медаль конгресса. А если станет известно, что они на самом деле тут натворили, то американские СМИ придумают, как обелить своих военных, сделают репортаж о том, что, отступая части, верные Саддаму Хусейну, уничтожили мирных жителей, решивших встретить американцев цветами. И вновь отыщется работа для Голливуда, где явно испытывают творческий кризис. Там после «Бури в пустыне» наснимали много клюквы о том, как злые иракские солдаты пытали обывателей, воровали в их домах столовое серебро и применяли мины с отравляющими веществами, но доблестные американские спецназовцы их прогнали. В этих фильмах конечно ни слова не говорилось о том, что сами американцы применяли запрещенные снаряды с обедненным ураном, как в Югославии и что из-за этого множество людей заболело разными видами рака. После нынешней операции Голливуду тоже придется сочинять разные сказки, хотя бы о том, что в Ираке нашли-таки оружие массового поражения.

Впоследствии, Сергей узнал, что эта колонна шла по заранее условленному с продажными иракскими генералами, пути. Дорога была разминирована, а генералы за свое предательство после войны получили виллы во Флориде. Потом они еще и возмущались, что дома и поместья им дали меньших размеров, чем обещали. Дескать, американцы их накололи.

Военная армада двигалась по дороге больше полутора часов.

Все это время пришлось лежать на асфальте. Хорошо еще, что он был теплым, а то и простуду можно было подцепить.

Наконец хвост колонны скрылся вдали. На танк охранения забрались автоматчики, напоследок выпустив несколько очередей в воздух, поверх застывших посольских автомобилей. «Абрамс» двинулся с места и отправился догонять колонну.

Земля все еще сотрясалась, но звуки работающих моторов затихли.

Громов услышал, как кто-то громко сказал: «На нас напали». Он узнал голос посла.

Сергей приподнял голову, огляделся, потом сел на корточки. Решиться подняться в полный рост — было очень страшно. Ноги дрожали. Пригибаясь, он высунулся из-за автомобиля, посмотрел на перекресток. Там никого не было.