Чтение онлайн

— Ты слишком тяжело все воспринимаешь, и я не хочу, чтоб ты снова из-за меня плакал.

— О господи…

— Да ладно! Было же дело, чего тут такого.

— Ты должна была спать прошлой ночью, когда это случилось. Я не знал, что ты шпионишь за мной.

— Я не шпионила за тобой, я была на экскурсии по твоим чудесам.

— Ха-ха-ха. — изобразил он смех.

Сью рассмеялась в ответ по-настоящему, но очень тихо, и потерла его ногу.

— Знаешь, так-то вообще хорошие вещи у меня были. Но все сгорело. Все мои сувениры, вся одежда, собачка Искорка, сестра Бетти. И мои родители.

Нил повернулся к ней, слегка улыбаясь — она, должно быть, разыгрывала его.

Он видел, что она пыталась выглядеть веселой, но в ее глазах было отчаяние.

— О, Боже, — пробормотал он.

— Да нормально все, — сказала она ему.

— Вся твоя… семья?

— Кот Трусишка выжил. Но потом, пару недель спустя, его задавила машина на автостраде между штатами. Он… Он и я, мы отправились в путь вместе. Только он не продержался долго. Наверное, потому, что кошки, они так вообще не очень смышленые? Это малоизвестный факт. Им нравится притворяться, что они маленькие гении, но в основном они тупые как пробка. Вот почему они застревают на деревьях, попадают в ловушки и под машины.

Нил, с мокрыми глазами и комом в горле, услышав о Трусишке, несколько взбодрился после осуждения Сью кошек. Он сделал глубокий вдох.

— Ты в порядке? — спросила его Сью.

— Да. Просто…

— Бывает же говно в жизни. Слышал это высказывание?

— Да, — сказал Нил. — Наверное, и сам так говорил.

— Ну, в любом случае, теперь я в порядке. Более-менее. Ну то есть, а что мне делать оставалось? Лечь и помереть? Не дождутся.

— И ты отправилась неизвестно куда, одна?

— Ага. Я и Трусишка. Только он не протянул долго, а я — пока жива, как видишь.

— Сколько тебе тогда было лет?

— Пятнадцать.

— Пятнадцать? Боже, ты… Ты так рано осталась одна.

— Ну, меня собирались отдать в приют. А оно мне нафиг не надо.

— А школа?

— Я туда так и не вернулась после пожара. — Ухмыльнувшись, она добавила: — Не думаю, что это сильно заметно.

— Только когда ты открываешь рот.

— Хо! — выпалила она и шлепнула его по ноге. — Я уже говорю правильнее, и ты это знаешь.

— Знаю.

— Я правда очень стараюсь. — Она сузила глаза, глядя на него. — Спорим, ты даже не заметил, что я перестала жевать жвачку.

Она была права.

— И когда же?

— Со вчерашнего дня. С тех пор как ты позвонил Марте, я не брала в рот ни одной резинки.

— Неужели?

— Когда ты назвал меня «тупой малолеткой со жвачкой вместо мозгов».

Нил поморщился.

— На самом деле я не имел в виду…

— Да не парься. Я знаю, ты просто пытался сбить ее с толку. Но в каком-то смысле, ты и правда так думал. Так что я исправляюсь.

— Ты не обязана…

— Я хочу сделать тебя счастливым.

— Я не буду счастливым, зная, что заставил тебя бросить жевать резинку.

— Ну… — она пожала плечами. — Может, когда-нибудь я и вернусь к ней.

— Давай лучше вернемся к тебе, — сказал Нил. — Сколько ты жила в Мохаве?

— Почти год.

— И нет ничего такого, что бы ты хотела забрать оттуда?

— Не-а.

— Ни денег, ни драгоценностей, ни…?

— Наличные и чековая книжка у меня с собой. Никаких драгоценностей у меня нет.

— А телевизор, радиоприемник, книги?

— Телевизор принадлежит Санни. У меня есть радиоприемник, но я им больше не пользуюсь. — Она постучала костяшками пальцев по приборной панели Нила. — У тебя тут есть радио. А уж книг, поди, у тебя завались.

— Угадала.

— Еще бы. Ты же писатель.

— У тебя есть друзья? — спросил Нил.

— Ты подкалываешь опять?

— Я имею в виду в Мохаве. Хочешь кого-нибудь навестить?

— Эй, знаешь что. Я еду в Лос-Анджелес, а не помираю. Мне не нужно прощаться с каждым Томом, Диком и Гарри, с которыми я хоть раз в жизни словом обмолвилась. Если мне будет кого-то не хватать, я просто позвоню им или съезжу в гости. Лос-Анджелес не Марс. В любом случае, я, возможно, сама двинусь обратно, если ты меня бросишь.

— С чего ты взяла? Я не собираюсь тебя бросать.

— Кто может это гарантировать?

— Я могу. Я люблю тебя.

— Это я знаю. Но все меняется. Увидишь Марту, когда мы туда доедем, и можешь решить, что я не очень хорошо вписываюсь…

— Ты все прекрасно знаешь, ты была в моем сознании.

— Твое мнение может измениться. Ты думал, что Марта — настоящая любовь всей твоей жизни, пока не встретил меня. Так что, возможно, ты вернешься к ней, ну или встретишь какую-нибудь новую девчонку… Тогда я, скорее всего, вернусь в Мохаве.

— Этого не случится, — сказал ей Нил.

— Ну, я надеюсь, что нет.

— Этого не будет.

Сью некоторое время молчала, затем сказала:

— Надо думать, Марта не исчезнет перед нами как по волшебству.

— Полагаю, нет.

— Что будем с ней делать? — спросила Сью.

— Не знаю. Хотя я не думаю, что мы доберемся до Лос-Анджелеса раньше десяти или одиннадцати вечера. Она не знает, когда мы возвращаемся, и ей нужно быть на работе к полуночи, так что мы, вероятно, не увидим ее до завтра.

— Куда мы поедем, к тебе домой?

— Сомневаюсь. Там может быть небезопасно.

— Может, тот парень, которого ты называешь Распутиным, будет нас там ждать, и мы его сцапаем.

— Он может быть там. Точно нельзя сказать.

— Я тебе кое-что скажу.

— Что? — спросил Нил.

— Получив вознаграждение, мы должны разделить его с Мартой. Чисто по справедливости, так будет правильно. Я имею в виду, даже если ты бросишь ее, она должна получить свою долю. Половину.

— Почему ты так решила? — спросил Нил. Несмотря на то, что он был согласен со Сью, ему было любопытно услышать ее доводы.

— Прежде всего, она мне нравится. Она милая. Я не хочу видеть, как ее обманывают. Кроме того, она была рядом с тобой после убийства. Она тебя поддержала и помогла.

— Да, это уж точно.

— И надо думать, она тебя любит.

— Полагаю, что да.

— Кроме того, она довольно сообразительная девушка. У меня такое чувство, что она умнее любого из нас.

— Возможно, ты и здесь права.

— Поэтому нам надо работать вместе, втроем.

Нил кивнул.

— Из нас получится отличная команда, — сказал он. — Ум Марты, твое чутье и мой пистолет.