В чужом теле
Шрифт:
— Вы добрались, — сказала она.
— Без проблем.
— Слава Богу. Я боялась, что он может… ну, подстеречь тебя по дороге к машине.
— Пока никаких признаков его присутствия.
— Слава Богу, — сказала она внезапно дрогнувшим голосом.
Нил вдруг почувствовал горячий прилив вины.
— Все нормально, — ответил он ей.
Все еще не пришедшим в норму голосом Марта сказала:
— Ладно. Все равно будь осторожен. Нет никакой гарантии, что он не появится у меня дома. Ну то есть, кто знает? Так что держи ухо востро.
— Я так и сделаю.
— Я вернусь около девяти утра.
— Прекрасно.
— Ребят, вы там… — Она шмыгнула носом. — Чувствуйте себя как дома. Поесть и выпить вам более чем хватит. Устройте себе вечеринку что ли, ну или как хотите.
— Думаю, мы ляжем спать. День был не из легких.
Марта снова шмыгнула носом, затем сказала:
— Хорошо. Хорошо. В шкафу для белья есть чистые полотенца и мочалки. Одеяла, — добавила она. — Простыни.
— Спасибо. И не волнуйся, ладно? Ни о чем.
— Легче сказать, чем сделать, приятель.
— До встречи.
— Спокойной ночи. — Она повесила трубку.
Нил повесил трубку и посмотрел на Сью.
— Она до смерти боялась, что мы не доберемся сюда целыми и невредимыми.
— Понятное дело. Она же любит тебя.
— Знаю. — Он сел на диван. — Я не хочу причинять ей боль, Сью.
— Ну, может, тебе удастся заполучить нас обеих.
Он одарил ее ухмылкой, которую она, казалось, ожидала.
— Ну, короче, — сказала она, — Меня ты больше не получишь. Пока мы остаемся здесь, в смысле. Это было бы как-то неправильно.
Нил вздохнул, затем кивнул и пробормотал:
— Возможно, это и к лучшему.
— Да. Я займу диван. Ты можешь лечь на ее кровати.
— Лучше тебе спать на кровати, — запротестовал Нил.
— Ни за что. Это кровать Марты, и она не захочет, чтобы в нее ложился кто-то посторонний. Ты займешь кровать, а я буду спать здесь, на диване.
— Мы будем в разных комнатах.
— Ты хочешь, чтобы она вошла и обнаружила нас в одной комнате?
— А если появится Распутин?
Сью ухмыльнулась.
— Я закричу. Ты прибежишь и пристрелишь в него.
— Я серьезно.
— Я тоже.
— У меня есть идея получше, — сказал он. — Ты спишь на диване, а я в кресле. — Он кивнул в сторону большого мягкого кресла Марты.
Сью нахмурилась от такого заявления. Затем улыбнулась и сказала:
— Тут тебе самое место.
— И я буду спать в одежде, — сказал он. — На всякий случай.
— Из-за Распутина или Марты?
— Из-за них обоих.
Когда он вышел из ванной, в гостиной горела только тусклая лампа рядом с креслом. Сью растянулась на диване, ее голова покоилась на подушке, светло-голубое одеяло укрывало ее почти до плеч.
— Можно я поцелую тебя перед сном? — спросил Нил. — Марта не узнает.
— Подойди сюда.
Он подошел к ней. В неясном свете лампы он увидел, что ее плечи обнажены. Нил опустился на колени рядом с диваном.
— Во что ты одета? — спросил он.
— В то, что на мне.
— И что это?
— Одеяло.
— И все?
— А что еще мне нужно?
— А как же Марта?
— Ты же не снимаешь свои шмотки. Тогда не обязательно нам обоим спать одетыми.
Улыбаясь, она высунула обнаженную руку из-под одеяла и погладила его по щеке.
— А как насчет Распутина?
— А он что, ревнивый?
— Хочешь быть голой, если он сюда вломится?
— Какая разница? Ты же собираешься застрелить его.
— А как же я?
— О чем это ты?
— Как я смогу заснуть, если буду знать, что ты голая?
— Да просто выкинь это из головы, — сказала она. — Ее улыбка померкла. — Дело в том, что я не могу спать в одежде.
— Ты шутишь.
— Не-а. Я слишком много ворочаюсь. Если на мне есть какие-то шмотки, они все перекручиваются, в кожу врезаются ужасно. Терпеть этого не могу.
— В самом деле?
— Ага.
— По-моему, ты это только что выдумала.
— Нет. Ну так что, целовать меня собираешься?
— Угу. — Наклонившись, он поцеловал ее в губы. Ее рука легла ему на затылок и погладила по волосам.
Сью не протестовала, когда его рука залезла под одеяло. Она скользнула по выпуклостям ее грудей, вниз по ребрам и животу. Всей рукой он почувствовал ее обнаженную кожу. Гладкую, мягкую и теплую. Сью слегка застонала и заерзала.
Оторвавшись от его рта, она прошептала:
— Что ты пытаешься сделать?
— Ничего.
— Да? А то мне показалось!
Он поднял руку и вытащил ее из-под одеяла.
— Хотя, конечно, было приятно, — сказала Сью и снова поцеловала его.
После поцелуя Нил прошептал:
— Думаю, мне лучше вернуться в свой угол.
— Полагаю, да.
Он оставил ее и подошел к креслу. Стоя в свете лампы, разулся и вынул все из карманов брюк. Положил браслет и пистолет на столик с лампой, затем выключил свет и сел. Накрывшись одеялом, он откинулся на спинку кресла. Выдвинулась подставка для ног, оторвав его ступни от ковра.
— Как тебе в кресле? — спросила Сью из темноты.
— Удобно. А тебе на диване?
— Одиноко. Только не вздумай приходить, ладно? Я бы с радостью пустила тебя, но это будет неправильно.
— Я знаю. Согласен.
— Спокойной ночи, — сказала она.
— Спокойной ночи.
Он закрыл глаза, глубоко вздохнул и попытался расслабиться. Но не мог выбросить Сью из головы. Он думал о том, как она растянулась под одеялом, вся обнаженная и теплая. И каково было бы оказаться с ней рядом.
Забудь об этом.
«Нам следовало остаться у меня, — подумал он. Тогда все было бы по-другому».
Но мы бы боялись, что к нам ворвется Распутин.
«Так будет лучше», — сказал он себе.
Не потому, что Марта о нас узнает…
— Нил? — спросила Сью с другого конца комнаты.
Звук ее голоса заставил его сердце забиться быстрее.
Она передумала. Собирается пригласить меня к себе.