В эльфийской резервации
Шрифт:
– Подождет твоя телеграмма, - грубо оттеснила мужчину от окна Глафира Дормидонтовна. – Эй, соседушка! Ты что это вчерась учудила? Что за перестрелки среди ночи? У меня, между прочим, ребенок маленький. Ты хоть знаешь, как это трудно: грудничков спать укладывать? Да она до сих пор в испуге вздрагивает и плачет. Я вот тебе сейчас дитёнка оставлю, водиться будешь! И где опять моего сына сутками носит? Соседка говорит, он у тебя уже которую ночь зависает. Объясниться не желаешь? Я бабушкой быть пока не готова, у меня еще своя из подгузников не вылезла.
Тобик, растревоженный разнообразными настроениями, тоже вдруг подорвался и зашелся лаем, толком не понимая, кого облаивает, но делая это старательно, с чувством и силой молодого собачьего тела.
– Вы что, сговорились все?! – рявкнула на них Аня, не выдержав. – Да я вообще сейчас соберу вещи и уеду. Обратно, в Москву, где тишь и благодать человеческого безразличия. Дайте уже сдохнуть спокойно, ироды!
Но этой ее мечте не суждено было сбыться. Слишком большое хозяйство и никаких выходных, одни будни.