Чтение онлайн

Черт бы его побрал.

Биф запрыгивает на кровать, как будто это его территория, плюхается рядом и тычется мокрым носом мне в руку. Я приоткрываю один глаз и вижу осуждающий взгляд.

— Я знаю, — бормочу я, заставляя себя подняться. — Я ходячая катастрофа.

Пес зевает в знак согласия.

Я босиком шлепаю на кухню, все еще в растянутой футболке и спортивных штанах, которые надела, сняв с себя это блестящее платье-ловушку. Волосы в беспорядке, макияж наполовину размазался, потому что вчера вечером я была слишком рассеянной, чтобы его смыть.

В этом я тоже виню Коула.

Кофе. Мне нужен кофе. Может быть, кофеин перезагрузит мой мозг. И все снова обретет смысл.

Пока кофеварка с фырканьем оживает, я беру поводок Бифа, и он рвется к входной двери.

Пока я жду пса на улице, мой мозг прокручивает каждую секунду вчерашнего вечера. Торжественный прием, аукцион, то, как Коул без колебаний сделал на меня ставку. Словно я была призом, который стоит выиграть.

И этот поцелуй.

Боже, этот поцелуй.

Мои пальцы подрагивают, словно помнят, как именно они вцепились в его рубашку, притягивая его ближе и желая большего.

Это плохо. Очень плохо.

Я так не делаю. Я не позволяю себе так увлекаться. Я не чувствую… что бы это ни было.

Особенно к парням, которые заявляются на гала-вечера в смокингах и крадут поцелуи на лестничных клетках так, словно ждали меня всю свою жизнь. Это похоже на какую-то сопливую романтическую комедию.

Только вот это моя реальная жизнь.

Биф заканчивает свои дела, и мы возвращаемся в дом. Я вешаю поводок как раз в тот момент, когда кофеварка издает звуковой сигнал. Дрожащими руками наливаю себе чашку.

Я не могу. Я не буду.

Это не я.

Я не успеваю сделать и глотка, как мой телефон вибрирует.

Шей.

Шей: НУ ИИИИИ???

Я стону; мой большой палец зависает над клавиатурой.

Я: Чего тебе?

Она отвечает мгновенно.

Шей:ПОДРОБНОСТИ. ЖИВО.

Я: Все прошло нормально.

Шей: Подруга. Попробуй еще раз.

Я смотрю на экран. С чего вообще начать объяснения?

Что я не просто поцеловала Коула, а я растаяла в его руках. Что я хотела большего. Что я не переставала думать о нем всю чертову ночь. Что я до сих пор не могу нормально соображать.

Прежде чем я успеваю что-либо напечатать, телефон снова вибрирует.

Шей: Он поцеловал тебя, не так ли?

Я швыряю телефон на диван так, словно он меня предал.

Биф наблюдает за этим без всякого сочувствием.

Я падаю рядом с ним, потягивая кофе под бешеный стук сердца.

Я не знаю, что это такое, но точно знаю одно: я влипла.

Потому что впервые за долгое время… я хочу большего.

Я игнорирую сообщения от Шэй, потягиваю кофе и пытаюсь сделать вид, что прошлая ночь не перевернула мою жизнь с ног на голову. Не получается.

Через несколько минут входная дверь с грохотом распахивается.

— Проснись и пой, дорогая!

Биф радостно гавкает один раз и срывается в коридор.

Я стону, роняя голову на руки.

— Шей, клянусь богом…

— Я принесла пончики, так что остынь, — кричит она, уже чувствуя себя как дома.

Хвост Бифа стучит по полу, как барабанное соло, и я слышу, как она с ним сюсюкается. Замечательно. Теперь они оба на взводе.

— Иди сюда! — кричит подруга. — Нам нужно кое-что обсудить.

Я плетусь на кухню, вцепившись в чашку кофе, как в спасательный круг.

— Тебе не занимать тактичности.

Шей уже за столом, бросает на него пакет из пекарни и ухмыляется как маньяк.

— А ты прямо сияешь.

— Ничего подобного.

— Ты вся сияешь после страстного поцелуя. Выкладывай. Все. Сейчас.

Я сажусь на стул напротив нее, нахмурившись.

— Я не хочу об этом говорить.

Подруга подается вперед с широко раскрытыми глазами.

— И тем не менее, я здесь.

Я разрываю пакет с пончиками, лишь бы не смотреть ей в лицо.

— Ничего особенного не произошло.

— Чушь собачья. — Шей ухмыляется. — Я видела твое лицо вчера вечером перед уходом. И это было не просто «ничего особенного».

Я откусываю от глазированного пончика и жую, словно надеясь, что сахар поможет мне сбежать.

Она терпеливо ждет, постукивая ногтями по столу.

Я вздыхаю с набитым ртом.

— Ладно. Мы поцеловались. Довольна?

Подруга издает оглушительный визг. Биф снова лает, полностью заразившись этой драмой. Предатель.

— Ты его поцеловала?! — Она уже наполовину вскочила со стула. — Маленькая лгунья. Ты же говорила, что он тебе не нравится!

— Я говорила, что не знаю, — стону я. — А теперь я запуталась еще больше.

Шей опускается обратно на стул, сияя так, будто только что выиграла приз.

— Рассказывай все. И не смей упускать ни единой детали.

Я бросаю на нее взгляд.

— Детали?

— Когда. Где. Его руки, его губы, все до малейших подробностей.

— Ты сумасшедшая.

— Нет, мне просто интересно, — ухмыляется она. — Это разные вещи.

Я качаю головой, но румянец, ползущий по шее, выдает меня с головой.

Шей ахает.

— О боже мой, это было так хорошо.

Я откусываю еще кусок от пончика, отказываясь подтверждать или отрицать ее слова.

Она хватает мой телефон со стола.

— Он тебе писал?

— Отдай! — кричу я.

— Он тебе ничего не написал? — Ее глаза расширяются. — О, черт возьми, нет.

Я выхватываю телефон, сверля ее взглядом. Но подруга права. Меня это задевает сильнее, чем должно было бы.