Чтение онлайн

— Хорошо, если оно действительно так, — вздохнул Ингвар.

Больше крупных собраний и не было. Какой смысл мусолить одно и тоже? Однако, однажды они собрались, и во время очередного такого обеда их обнаружили. И атаковали без всяких предупреждений. Вацлав тогда бродил неподалеку от кают-компании и четко ощутил грохот по другую сторону ворот. Удивительно, что те выдержали ударной волны. Капитан бросился на помощь выжившим, но, как только он оказался внутри, увидел лишь изуродованные тела, стоящие друг возле друга. Они о чем-то переговаривались, а капитан их не слышал. Стоило ему приблизиться, как Кристиан обернулся. Обернулись и остальные.

— Посмотри на лица своих бойцов, — Илья покачал головой, голос его звучал смертельно спокойным и в то же время смертельно осуждающим. — Все они погибли ради твоей прихоти. Никому из нас уже не вернуться домой.

С огромным трудом, но Флён разлепил глаза. Находясь в темноте, он озирался по сторонам, не понимая, где он.

— Кошмар, — с облегчением проговорил мужчина, сбросив с себя оцепенение.

Усевшись на кровать, Вацлав схватил себя за волосы. Внутри бушевала буря. Та самая, когда хотел что-то сделать, но получилось настолько не так, без возможности вернуть назад, что опускались руки. Так и сейчас. Все валилось наземь. Его мечта превращалась в пыль. Их жизни сыпались. И все ради желания оставить Йосолу. Омерзительно — именно это сейчас Вацлав почувствовал к себе в полной мере — полное и всепроникающее омерзение к себе. Он даже не удосужился оставить последнее письмо матери. Никакой весточки. А ложь сладким медом лилась из уст все это время, будто так и должно быть.

— Что же я делаю?! — вопросил капитан сам себя.

Посидев еще немного, он решил оставить всех на станции. Он оставит послание, где возьмет всю вину на себя, а сам же отправится дальше.

«А что если Йосола тоже захочет остаться?» — появился резонный вопрос. — «Почему ты решил все за нее?»

Мужчина бросился к небольшому холодильнику, вынул оттуда недопитую бутыль и принялся заливаться прямо с горла. Ему нельзя было оставаться наедине со своими мыслями. Все, что угодно, только не их груз, давящий душу все сильнее и сильнее.

Однако прежде, чем алкоголь срубил его, появился еще один вопрос, от которого все внутри похолодело: «а что если ДюГанд и впрямь под вещью имел ввиду вещь? Ту самую, что дала Фокс ранее?» От ощущения грандиозной ошибки, подкосило ноги.

«Нет, исключено», — постарался взять себя в руки капитан. — «Джоруд никак не мог знать, что артефакт здесь. Мы никогда не появлялись в стенах Фонда, никогда не знали, где хранится артефакт, у нас вообще не было никакой возможности и смысла украсть эту хреновину! Нет, ублюдок точно говорил о Йосоле. И назвал ее «вещью», сочтя за очередной объект своих исследований.»

А потом не было уже никаких мыслей. В пустоте его растворило, позволив на какое-то время передохнуть. Сны тоже не приходили, да и черт бы с ними, сейчас от всего стоило сделать перерыв.

Перерыв длился недолго. Сверившись с часами, Вацлав неспешно принялся одеваться. Еще раз глянул на бутыль и, махнув рукой, вышел наружу. А там все тот же коридор. Все оставалось таким, как и всегда. Флён слишком привык к этому месту. И скоро придет конец. Он совершенно не представлял будущее, скрывающееся за пеленой неизвестности. Но какое-то гиблое чувство подсказывало, что ничего хорошего не будет, да оно и без того было понятно.

— Аврора, что там у нас? — поинтересовался Вацлав.

— Мы пролетаем систему Ахен. Завтра мы прибудем к точке следующего гиперпрыжка.

Мужчина остановился у панорамного окна. Вдалеке виднелась местная звезда, перечеркнутая тонкой линией пояса астероидов. Простояв так некоторое время, Вацлав решительно направился в каюту к своему доброму другу. Чувство вины сдавливало нутро, но сейчас хотелось побеседовать именно с ним.

Дверь Юхельссона не была запертой, а сам он чем-то занимался за своим терминалом. Кинув короткий взгляд на дверной проем, он приветственно кивнул, потом продолжив заниматься своим делом.

— Как ты? — скромно поинтересовался Вац.

— Глупый вопрос. Сам-то как думаешь? — Илья поморщился, как если бы почуял что-то мерзкое. — Мне тошно, что Мария не с нами. Клянусь, вероятность больше ее не увидеть подавляет меня сильней всего.

— Мне очень жаль, что так вышло.

«Если бы ты только знал, друг, насколько жаль», — подумалось, глядя на Кристиана, который измотал себя дурными мыслями не меньше, чем капитана.

— Ты пытался с ней связаться?

— Да, еще на Закстаноре. Правда, тогда все думали, что мы летим к Аракктуру, и если она летит, то именно туда. Проклятье, почему ты не сказал сразу? — процедил Илья вопрос сквозь зубы.

— У меня было стойкое ощущение, что за нами следил. Я раздумывал над тем, чтобы подобрать Марию, но мы бы потеряли драгоценное время, да и нас бы засекли.

— Вац, скажи как есть, — друзья встретились взглядами. — Почему мы летим именно туда?

— Это единственное место, где мы можем спастись. Но я подумал обо всем, и принял решение, — капитан вздохнул. — Желающие останутся на станции.

— Ну ох**ть теперь, чтобы мы там погибли с голодухи или разгерметизации, или другого дерьма. Выбор, м-м-м, десять из десяти.

— Хорошо-хорошо, какие твои предложения? Как мы можем хоть как-то выправить ситуацию, по твоему мнению?

— Уже никак, — обреченно ответил друг. — Все возможности мы упустили. А то, что есть, — артиллерист лениво махнул рукой. — Это выбор из двух стульев с пиками. Плохо будет везде.

— Давай действовать исходя из насущных проблем, а? Сейчас бы нам долететь, а там, может, Край и не работает уже.

Илья грустно усмехнулся, а затем спрятал лицо в ладонях и помотал головой.

— Что же мы наделали? Как же мы так вляпались? — он взглянул на капитана. — Когда все пошло не так? — они оба знали ответ. Илья прочел это в глазах рыжеволосого мужчины. — Будь проклята эта станция. Будь проклят этот Джоруд. Клянусь, когда у меня будет возможность, я оставлю ему дыру промеж глаз.

— Да уж, — покивал Флён. — Илюх, пойми вот что. Время сейчас нелегкое. Тяжело всем. Но мы должны бороться дальше. Мы выберемся. Как это обычно бывало.

В очередной раз вздохнув, Кристиан посмотрел на Вацлава, без осуждения, без интереса, а просто принимая слова, но не слыша их. На этом они простились.

— Регистрирую корабль в сто восемьдесят семи километрах от нас, — как будто между прочим заявила Аврора, когда капитан вновь проходил мимо панорамного окна.

— Что? — нахмурился Флён, попытавшись что-то разглядеть в космосе. — Можешь опознать?

— Корабль не подходит ни под один из существующих классов кораблей. Также нет никаких опознавательных знаков или маячков.

— Мы получаем от них какой-то сигнал?

— Никак нет.

Еще раз глянув в окно, Вацлав широкими шагами направился на капитанский мостик.

— Если корабль сохранит текущую траекторию полета, то мы столкнемся через шесть часов, — добавила Аврора.

— Поднимай всех по тревоге, — приказал Флён.

Грохот сирены тут же прокатился по всему кораблю. Возможно, это было излишним лишним. Из кают тут же начали валить люди. Илья на ходу застегивал ворот, София приглаживала волосы, а Ингвар, стоило ему только оказаться в коридоре, принялся страшно ругаться.