Чтение онлайн

В период Октябрьской революции 1917 года бежецкие земцы от имени своего второго съезда выпустили воззвание за подписью председателя управы Толмачевского и секретаря управы Жукова с призывом противостоять Советам «как состоящим из кучки захватчиков-насильников, не отражающих воли народа». В своем втором воззвании Толмачевский призывал к неподчинению Советам и к разгону их там, где они есть. Получив это воззвание земской управы, 4 января 1918 года большевики А.Б. Шустров, П.Ф. Скворцов и Новиков отправились в земскую управу с требованием к Толмачевскому о прекращении агитации против Советской власти и об оставлении должности председателя управы. Толмачевский им заявил, что он является избранником населения, власти насильников не признает и всеми доступными средствами будет бороться с Советами. Тогда представители большевиков заявили, что он арестован. Толмачевский ответил, что аресту он не подчинится, можно только вынести его труп, но не вывести живого. Большевики приставили к нему охрану в кабинет. На второй день, 5 января 1918 года, собрание служащих Бежецкого земства из 450 человек потребовало освободить Толмачевского. Земцы предъявили ультиматум, что если он не будет освобожден, будет прекращена вся работа. Опасаясь приостановки работы больниц, медпунктов, попечительства по выдаче пособий семьям военнообязанных и призванных на войну, Толмачевского освободили.

На 20 января 1918 года одновременно был созван четвертый уездный съезд рабочих и крестьянских депутатов и собрание земских гласных. Первым вопросом большевистского съезда было постановление о роспуске собрания земских гласных, для чего избрана комиссия в составе Шустрова, Скворцова, Сигова, Рябова и Чернышева. В 7-ом часу вечера 20 января 1918 года комиссия с вооруженной силой в 12 человек направилась в земское собрание. Председатель комиссии Шустров попросил слова для оглашения резолюции съезда рабочих и крестьянских депутатов. В это время земские гласные стали кричать: «Насильники, шапки долой, вон отсюда». Оценив ситуацию, Шустров переговорил со Скворцовым, они решили вызвать по телефону остальных 70 солдат с пулеметами, находящимися в распоряжении исполкома. В это время раздался выстрел, кто стрелял первым, никто не знает. По одной версии выстрел произвел кто-то из земских гласных, по второй — выстрелил солдат по распоряжению Скворцова. После этого выстрела раздался залп сторонников большевиков. Земские гласные и публика стали разбегаться, началась свалка. Шустров увидел, что у Скворцова кровь течет по руке, он разрезал рукав пальто, увидел ранение в плечо. К этому времени прибыла воинская команда с пулеметами, вызванная по телефону. Большевики начали искать активистов земского движения, производить обходы, обыски на квартирах и чердаках, но изловить руководителей земской управы Толмачевского, Чекеева, Новосельцева, Шмелева и других не удалось. Поймали лишь Григорьева, Жукова, доктора Иванова. На второй день 21 января 1918 года в городе Бежецке было объявлено осадное положение, большевистским съездом была избрана комиссия из десяти человек для обыска, задержания и ареста всех лиц, которые, по их мнению, были причастны к убийству Скворцова — Толмачевского, Чекеева, Новосельцева, Шмелева и других. В.С. Чекеев, работавший в земской управе заведующим отделом народного образования, бежал из Бежецка в родную деревню Шуя под Рамешками. Затем уехал в Вышневолоцкий район, где стал работать учителем одной из школ. В.И. Толмачевский 20 января 1918 года ушел из Бежецка в родное село Толмачи, где скрывался до августа того же года. Затем уехал на юг и около четырех лет проживал в городе Геленджике Черноморской области под фамилией Петров Иван Иванович. Вернулся на родину в село Толмачи в декабре 1922 года, до своего ареста 15 марта 1925 года работал в пожарной команде. Доказать его вину в соучастии в убийстве Скворцова не удалось, однако 10 июля 1925 года Толмачевского заключили в концлагерь сроком на три года как члена партии эсеров. Чекеев В.С. был арестован по событиям 20 января 1918 года три раза: 19 марта 1919 года его арестовали, а через шесть суток освободили. Второй раз арестовали 3 ноября 1933 года, освободили 29 января 1934 года. Третий раз арестовали 10 августа 1937 года, 3 мая 1940 года осудили, а 29 ноября 1940 года он умер в заключении, причина и место смерти не установлены.

После разгона земской управы в городе Бежецке была создана чрезвычайная комиссия. Сначала в ЧК было большинство представителей партии эсеров и анархистов. После объявления большевиками красного террора в период с 12 сентября по 27 октября 1918 года произошла большевизация комиссии. На местах стали проводиться усиленные аресты, ссылаясь на контрреволюционеров. Когда арестованных привозили в Бежецк на комиссию, в материалах дел ничего антисоветского не обнаруживалось. Обычно на второй день деревенские комитеты бедноты высылали своих поручителей с протоколами об освобождении из-под ареста.

Так произошла социалистическая революция в городе Бежецке, чтобы через 74 года в 1992 году вернуться на круги свои. Правление тверских карел Толмачевского, Чекеева и других Бежецким земством было недолгим — несколько месяцев. Других случаев нахождения карел во властных структурах Бежецкого уезда не было. [64]

Российское многонациональное государство складывалось и развивалось веками. Оно всегда отличалось многообразием национальных культур и традиций.

Особенности языка, культуры, промыслов и земледелия народа оставались неприкосновенными. В арсенале национальной политики царской России имелись: наказы царя воеводам уездов проявлять гибкость в отношении местного населения, стремление государства к охране промысловых угодий, что было вызвано интересами казны, пресечение проявлений межнациональной розни. Нужно отметить, что до 1917 года в России никогда не ставилась задача истребления какого-либо народа. До того периода сохранились особенности уклада жизни, быта, традиционные местные производства. За все время существования Российского государства с его этнической карты не исчез ни один народ.

Основное население России, особенно русские, относились инертно к вопросу национальностей, отличались национальной терпимостью. Поэтому национальный вопрос не был важным фактором свершения Октябрьской революции 1917 года, хотя советские историки заявляли, что революция спасла народы от угнетения царизма и установила между ними отношения дружбы и сотрудничества.

В программах политических партий накануне Октябрьской революции 1917 года национальному вопросу было уделено незначительное внимание. Более конкретно эти вопросы освещались в программе эсеров. В материалах Третьего съезда, прошедшего в мае-июне 1917 года, говорилось о развитии в России «автономизма и федерации». Акцент делался на единство и централизацию страны. Одновременно заявлялось о создании в России автономных национальных образований, в которых можно развивать язык, пропорционально отчисляя от бюджета деньги на нужды национальных меньшинств. [65]

В.И. Ленин еще в июле 1903 года писал, что требования национального самоопределения должны подчинить интересам классовой борьбы пролетариата. Он заявлял, что национальный вопрос — это не стратегический, а тактический. [66] Такой подход в дальнейшем привел к бедам и несчастиям, так как последователи вождя, ссылаясь на него, повели страну к «безнациональному» будущему. В 1913 году В.И. Ленин писал, что социализм стоит на первом месте, а национальная борьба на девятом. [67]

В преддверии Первой мировой войны национальный вопрос обострился и в России. В.И. Ленин в эти годы написал ряд работ по национальному вопросу: «Тезисы по национальному вопросу»; «О праве наций на самоопределение»; «Критические заметки по национальному вопросу». На основании обсуждения этих работ в отличие от других партий, предлагавших национально-культурные или национально-территориальные автономии, большевики выдвинули лозунг самоопределения народов вплоть до отделения. Этот лозунг звучал эффектно и революционно. В.И. Ленин неоднократно говорил, что нельзя путать «право» на отделение с «целесообразностью отделения». [68] С этим лозунгом большевики пришли к революции 25 октября (7 ноября) 1917 года, большевистская партия стала правящей.

Нормы межнациональных отношений из партийных документов и теоретических работ лидеров партии стали переноситься в реальную жизнь. На Десятом съезде РКП(б) 8-16 марта 1921 года было принято постановление «Об очередных задачах партии в национальном вопросе». В разделе втором постановления «Советский строй и национальная свобода» сказано, что шовинизм и национальная борьба неизбежны, неотвратимы, пока крестьянство (и вообще мелкая буржуазия), в первую голову державных наций, полное националистических предрассудков, идет за буржуазией. Наоборот, национальный мир и национальную свободу можно считать обеспеченными, если крестьянство идет за пролетариатом, то есть обеспечение диктатуры пролетариата. [69] Поэтому, сказано в постановлении, победа Советов и установление диктатуры пролетариата являются основным условием уничтожения национального гнета, установления национального равенства, обеспечения прав национальных меньшинств. Говорилось, что политика царизма, политика помещиков и буржуазии по отношению к нерусским народам состоит в том, чтобы убить среди них зачатки всякой государственности, калечить их культуру, стеснять язык, держать их в невежестве и, наконец, по возможности русифицировать их. Теперь, когда советская власть провозглашена народными массами, задача партии состоит в том, чтобы помочь трудовым массам невеликорусских народов развить и укрепить у себя советскую государственность в формах, соответствующих национально-бытовым условиям этих народов, развить и укрепить у себя действующие на родном языке суд, администрацию, органы хозяйства, органы власти, составленные из людей местных, знающих быт и психологию местного населения, развить у себя прессу, школу, театр, клубное дело и вообще культурно-просветительные учреждения на разном языке, поставить и развить широкую сеть курсов и школ как общеобразовательного, так и профессионально-технического характера на родном языке. [70]

Карелы были названы в числе наций, имеющих определенное классовое строение и занимающие определенную территорию в пределах РСФСР. В отношении национальных меньшинств, не имеющих своей территории в пределах РСФСР (латыши, эстонцы, поляки, евреи и др.), поставлена задача «помочь полностью использовать это обеспеченное за ними право свободного развития».

Съезд решительно осудил великорусский шовинизм и местный национализм как уклоны, «вредные и опасные для дела коммунизма, считает необходимым указать на особую опасность и особый вред первого уклона в сторону великодержавности, колонизаторства». [71] Это постановление съезда по национальному вопросу практически полностью основывалось на тезисах И.В. Сталина по докладу об очередных задачах партии в национальном вопросе. В списке членов комиссии по национальному вопросу, возглавляемой И.В. Сталиным, были в основном представители восточных народов, от русского народа был один С.М. Киров. [72]

25 декабря 1922 года в политбюро ЦК РКП(б) было передано письмо, подписанное 31 работником из автономных республик и областей — делегатов X съезда Советов. В этом письме авторы высказали свое соображение по вопросу образования Союза: «Возникновение различных форм автономий, как-то: союзно-независимых автономных республик и автономных областей, было продиктовано в каждом отдельном случае ходом революционных событий». [73] Авторы считали, что после победы революции и гражданской войны успех может быть достигнут при тесном сотрудничестве всех национальностей. Они заявили, что автономные области не должны быть игнорированы, поскольку существование их предусматривает форму самоопределения малых национальностей. Был сделан вывод, что в основу конструирования Союзного ЦИК и Совнаркома должно быть положено непосредственное и широкое участие в них не только независимых, но и всех автономных единиц. И.В. Сталин считал такие договорные отношения как «отсутствие всякого порядка и полный хаос». По его мнению, надо выбирать одно из двух: либо полное невмешательство центра и решение вопросов в порядке переговоров равного с равным, либо «действительное объединение советских республик в одно хозяйственное целое». [74] Сам И. В. Сталин был за второй вариант.