Чтение онлайн

– Кабак есть?
– спросил Петр Степаныч.

– Как не быть кабаку? Станция без кабака разве бывает? Эх ты, недогадливый!.- смеялись ямщики.

Вынул Самоквасов целковый и молвил, отдавая его ямщикам:

– Угощайтесь покуда. После дело до всех дойдет, а до того с ним потолкую.

– Благодарим покорно,- во всю мочь закричали ямщики.- Смекаем, что требуется! Нам не впервой... Уважим, почтенный, как следует все обработаем! И пошли вдоль по улице.

– Как же звать-то тебя?
– спросил Самоквасов, отойдя с удалым ямщиком в сторонку.

– Федор Афанасьев буду,- молвил тот, молодецки тряхнув светлорусыми кудрями.

– Лошадок в середу треба мне, Федор Афанасьич,- молвил ему Петр Степаныч.Тройку в тарантасе, две не то три тройки в телегах.

– Можно,- сказал удалой ямщик.

– Да парней бы молодых, что поздоровей да поудалей, человек с десяток,продолжал Петр Степаныч.

– И это можно,- молвил ямщик.- Крадено, значит, везти?- прибавил он, плутовски улыбаясь.

– Есть немножко около того,- тоже усмехаясь, молвил Петр Степаныч.

– Коли крадено живое - с великой радостью, а не живой товар, так милости просим от нас подальше,- сказал Федор Афанасьев.

– Живое, живое,- подхватил Самоквасов.- Мы не воры, не разбойники, красных девушек полюбовники.

– Девку, значит, надо выкрасть?
– лукаво подмигнув, молвил Федор.

– Есть тот грех,- усмехнувшись, сказал Петр Степаныч.

– Никакого тут нет греха,- сказал ямщик.- Все едино, что из тюрьмы кого высвободить аль отбить от разбойников. Сам я после Макарья тоже хочу девку красть.

– Так как же?
– спросил Петр Степаныч.

– Будь покоен, почтенный, все это в наших руках, завсегда это можем,отвечал Федор.- Восьэтто (Восьэтто, паи восейка - недавно, на днях, намедни.) мы одним днем две самокрутки спроворили... Четыре тройки, говоришь?.. Можно... Парней десяток?.. И это можно... Велику ль погоню-то ждешь?.. Кольев не припасти ли, аль одним кулаком расправимся?

– Зачем колья,- сказал Самоквасов.- Коль и будет погоня, так не великая... Да и то разве бабы одни,- прибавил он, усмехаясь.

– Стало быть, из скитов крадешь?.. Старочку?.. Молодец, паря!
– хлопнув по плечу Самоквасова, весело молвил ямщик.- Я бы их всех перекрал - что им по кельям-то без мужьев сидеть?.. Поди, каждой замуж-от охота.

– Вестимо,- сказал Самоквасов.- Так как же у нас насчет ряды-то будет?

– По три целковых на брата даешь?- спросил Федор.

– Дам,- ответил Петр Степаныч.

– Ладно. Угощенье какое?

– На ведро водки деньгами дам - угощайтесь сами, как знаете,- молвил Самоквасов.

– Ведра будет маловато, два поставь. Заслужим,- сказал ямщик.

– Ну, два так два. Идет,- согласился Петр Степаныч.

– А на закуску?
– опять спросил Федор.

– Тоже деньгами выдам,- сказал Петр Степаныч.- Трех целковых будет?

– Положь пятишницу,- почесывая затылок, молвил ямщик.

– Идет... А за коней что?

– Езда-то куда?
– спросил Федор.

– Отсель к Ронжину выехать...- начал было Самоквасов.

– Из Комарова, стало быть, крадешь,- усмехнулся ямщик.

– Оттоль в Свиблово.

– К попу Сушиле. Знатный поп, самый на эвти дела подходящий. Наши ребята с самокрутками все к нему. Денег только не жалей,- а то хоть с родной сестрой окрутит.

– Из Свиблова в город,- продолжал Петр Степаныч.

– Десять да десять - двадцать, да еще двадцать одна - сорок одна верста всей-то езды. Подставы будут нужны. Сорок верст по такой жаре не ускачешь,сказал Федор.

– Подставы так подставы,- молвил Петр Степаныч.- Сколько ж за все?

– Десять человек по три целковых - тридцать,- стал считать Федор,- два ведра - десять, на закуску пятишницу - значит, всего сорок пять, за коней пятьдесят. Клади сотенну кругом, тем и делу шабаш.

– Пять-то целковых зачем присчитал?
– молвил Петр Степаныч.

– Наспех делается, почтенный, нельзя,- ответил ему Федор.- Платами не станешь поезжан оделять? Невестиных даров тоже не будет?.. Положь за дары-то пятишницу.

– Ну, ладно. Получай задаток,- молвил Петр Степаныч Федору и подал ему четвертную.

– Ты к тем не ходи,- сказал Федор.- Я уж сам тебе все обделаю. Будь спокоен... Когда выезжать-то?

– Коль не пришлю повестку в отмену, в середу после полден часа через три быть вам у Ронжина,- отвечал Самоквасов.

– Слушаем,- молвил ямщик.- Все в исправности будет. Нам не впервой.

Самоквасов дальше поехал, а в Язвицком кабаке далеко за полночь ямщики пили и пели, гуляли, кричали на все голоса.

* * *

В городе Петр Степаныч не так легко и скоро управился, как в Язвицах. Здесь надо было ему приискать квартиру, где б молодые после венца прожили несколько дней до того, как ехать им в Осиповку за родительским прощеньем. В том захолустном городке гостиниц сроду не бывало, а постоялый двор всего-на-все один только был, наезд бывал туда только в базарные дни. На том дворе Петр Степаныч пристал, видит, молодых тут нельзя приютить - больно уж бойко и во всем несуразно: все одно что кабак... По домам пошел квартиры искать - нет ни единой.

Проходил Самоквасов по городку вплоть до вечера и уж думал на другой день квартиры искать в деревнях подгородных, но ему и тут удалой ямщик пригодился. Только вышел он поутру на улицу, Федор Афанасьич тут как тут - усталых, взмыленных коней проваживает... Окликал его Петр Степаныч.

– А, почтенный!.. Ты уж и здесь,- весело отозвался ямщик.- А меня, чтоб его пополам да в черепья, пес его знает, барин какой-то сюда потревожил... Казенна подорожная, да еще "из курьерских"... Вишь, коней-то загнал как, собака,- не отдышатся, сердечные... А мы только что разгулялись было, зачали про ваше здоровье пить, а его шайтан тут и принеси... Очередь-то моя - что станешь делать?.. Поехал.

– Слушай-ка, парень, вечор сказывал ты, что эти самокрутки дело вам за обычай,- молвил ему Самоквасов.

– Без нашего брата тут нельзя...- отвечал Федор.- Потому, ускакать надо. Мне вот у тебя на двадцатой свадьбе доведется быть... Завсегда удавалось, раз только не успели угнать. И колотили же нас тогда... ой-ой! Три недели валялся, насилу отдох. До сих пор знатко осталось,- промолвил он, показывая на широкий рубец на правой скуле...- Отбили, ареды!

– А не случалось тебе после венца молодых сюда в город возить?
– спросил Самоквасов.