Чтение онлайн

Дженнифер задумалась: а каково это будет — жить с Этель, которая на самом деле не Этель?.. Ведь, право слово, не собирается же она ей подарить один из своих нарядов, в котором с успехом поместилось бы полторы Дженнифер!

Такого платья у Дженнифер никогда не было: голубой шелк складками лежал на груди, туго обтягивал талию и бедра и ниспадал до середины икры легкомысленными и нежными струями. Настоящее платье от Дианы фон Фюрстенберг. Дженнифер не была с модой на короткой ноге, поэтому не сразу вспомнила имя этого модельера. Но ей было достаточно соблазнительно-изящного покроя платья и того, как оно оттеняло все достоинства фигуры.

— Этель, ты гений! Мне стыдно, что я усомнилась в тебе! — В порыве чувств Дженнифер даже чмокнула Этель в щеку.

— Значит, гениальность заключается в том, что один располагает большей информацией, чем все остальные, — усмехнулась Этель.

Этель на самом деле знала из какого-то секретного источника, что на Мэдисон-авеню есть стоковый магазин элитной одежды. Здесь можно было найти платье или костюм, которые некогда стоили тысячу или больше — а иногда гораздо больше — долларов. Многие ценники об этом вполне красноречиво говорили.

— Бери это, не пожалеешь, — шепнула Этель Дженнифер, подлетев к ней с голубым платьем в руках. — Прошлый сезон...

— Господи, сколько оно стоит?! — ужаснулась Дженнифер. Небольшой экскурс по магазину показал, что вещи такого класса стоили примерно столько же, сколько составляла месячная арендная плата за комнату на Манхэттене.

— Гораздо меньше, чем все думают, — шепнула ей на ухо Этель и увела в примерочную. В руках для прикрытия она держала еще какие-то вещи. Когда плотная ткань скрыла их от глаз удивленных продавщиц, у Этель в руках появился крохотный пузырек. Убедившись, что платье сидит удивительно, она приступила к делу. — Молчи и учись, пока я жива. Растяни-ка...

Крошечная капелька упала на подол — ближе к колену, насколько поняла Дженнифер, — и задымилась. Дженнифер с большим трудом удалось сдержать крик ужаса. Этель деловито распределила кислоту по ткани — и получилась круглая дырочка...

— Какой кошмар! Ты только посмотри! — громко сказала Этель. — Такое шикарное платье — и так испорчено...

Наверное, продавщицы здесь привыкли смиренно смотреть на богатых покупательниц, потому что тоже поахали и продали Дженнифер платье за двести долларов. Та не могла поверить своему счастью. Еще столько же пришлось потратить там же — на туфли и сумочку. Макияж она решила сделать сама, а Этель пообещала, что вся женская половина стажеров из общежития будет трудиться над ее прической.

— Может, не надо? Лучше бы одного умелого человека... — наигранно робко предложила Дженнифер. — Да я и сама, наверное, справлюсь!

Ее настроение взлетело чуть ли не до небес, а сердце радостно колотилось в предвкушении вечера. Обеденный перерыв, который она выцарапала у Саймона, заканчивался, и нужно было пережить еще почти полдня в редакции... Но теперь в Дженнифер крепла убежденность в том, что неразрешимых проблем нет.

По крайней мере, если дело не касается чувств и отношений. Утром она получила нежнейшее письмо от Алекса, а около полудня пришла еще милая открытка с сердечками и грустными белыми котятами. Господи, как бы ей хотелось оценить его трогательную заботу по достоинству! Но теперь, когда ее от Алекса отделял океан и ужин с Эдвардом Нешем, его образ сильно поблек в сознании.

Саймон сообщил, что ждет от нее не интервью, а большой статьи о жизни и творчестве Эдварда Неша. С красивыми фотографиями и броским заголовком. Кстати, фото пентхауса пришлись ему по вкусу, он чуть не плакал от восторга и благоговения. Дженнифер не стала распространяться, что делал их сам Эдвард. На нее и так смотрели в редакции, как на инопланетное существо. Саймон ее не обижал, но поглядывал в ее сторону с опаской. Вероятно, подозревал в занятиях оккультными практиками и ворожбе. Иначе как ей это удалось? Воистину везет новичкам и дуракам, и не только в карты.

Вечер дышал негой и теплом. Дженнифер стояла перед рестораном «Ле серк», и у нее в голове не укладывалось, что все происходит с ней. Ветер слегка шевелил ее завитые волосы, и ей казалось, что она ощущает в его дуновении запах океана, хотя он летел с совсем другой стороны, и гораздо ярче в нем чувствовались запахи бензина и разогретой резины шин.

Она знала, что выглядит бесподобно. То есть никогда не выглядела так, как сейчас... лучше, чем сейчас. В блестящей сумочке лежал новый диктофон — на всякий случай. Дженнифер еще не знала, что ее ждет: романтическое свидание или деловой ужин, но кровь бежала по венам легко и быстро, и в душе то и дело вспыхивали искорки — как пузырьки шампанского.

Дженнифер подошла к дверям и покрепче стиснула сумочку — для смелости. Седеющий джентльмен во фраке с любезной улыбкой открыл перед ней дверь. Она успела подумать, что это неприятно, когда любезность становится частью работы — разве можно доверять человеку, который улыбается за деньги?

Эдвард нервничал. Его лицо оставалось спокойным, но пальцы машинально мяли салфетку — такое за ним водилось только в минуты сильного душевного волнения. Он действительно волновался. Эдвард чувствовал, что плывет в каком-то бурливом потоке, но не знал, куда может принести его течение.

Он искренне ждал встречи с Дженнифер. Он очень боялся, что его решительный ход напугает ее, но еще больше боялся, что она окажется очередной охотницей за престижем и славой.

Он плохо спал ночью, но весь день чувствовал себя необычайно бодрым. Эдвард получил сценарий и начал учить роль, запоминалось плохо, но эмоциональность, которую он вкладывал в свой текст, удивляла его самого.

И вот теперь он сидел в «Ле серк» посреди роскошного зала с высоким потолком и старинной хрустальной люстрой, теребил салфетку и гадал, не зашел ли он слишком далеко, пригласив Дженнифер сюда. Будет ли ей здесь уютно?

Он поднял глаза и увидел ее. Будь на месте Эдварда его приятель Билл Шепард, он бы радостно присвистнул. Эдвард был чужд таких проявлений, и только на секунду перестал дышать.

Дженнифер была неотразима, как рассвет над морем. Она шагала между столиками, и в ее походке сквозило некоторое напряжение — но ведь и Эдвард волновался. Он поднялся, чтобы поприветствовать ее. Здоровались за руку, как деловые партнеры или старые друзья. Рука у нее была гладкая и холодная — как и в прошлый раз, он точно помнил.

— Добрый вечер. — Дженнифер неуверенно улыбнулась.

— Добрый.

— Итак...

Эдвард видел, что Дженнифер немного не в своей тарелке, но она держалась прямо и открыто. И у нее был вопрос, который она непременно должна была задать.

— Вы хотите спросить — зачем? — Он не отводил от нее глаз.

— Да. Мне это, признаюсь, показалось несколько странным. Ведь мы ни о чем таком не договаривались. — Дженнифер совершенно не собиралась этого говорить, но слова слетали с губ, будто сами собой.