В облике принцессы. Академия магии
Шрифт:
– А еще он врет, – Рэйм повернулся ко мне. – Нет, ты, конечно, красивая девушка и я не исключаю, что… – призрак внезапно замялся. Хм. А при нашем знакомстве он не робел и весьма откровенно наблюдал, как я раздеваюсь.
– Врет, – я кивнула. – Он, конечно, не откажется от удовольствия меня поиметь, но его главная цель в чем-то другом.
Сказала – и почувствовала, как ноги ослабли.
– Ксюша…
Добравшись до кровати, обессиленно села и все-таки разрыдалась.
Слишком сильным оказалось потрясение, а теперь напряжение наконец покинуло меня.
– Ксю… – выдохнул Рэйм, обнимая за плечи. От покалывающего, но такого приятного и надежного тепла слезы из глаз хлынули градом.
– За что мне это идиотское лицо… Почему я снова и снова должна отвечать за принцессу? А что, если мне не удастся вернуться домой? Что, если я навсегда застряла здесь, с этим лицом, с чужой судьбой? Почему уже во второй раз… Сначала эта вражиня принцессы. Теперь этот урод хочет использовать меня. И все из-за идиотского лица! Рэйм, почему ты мне помогаешь? Почему раз за разом помогаешь? – рыдая, кажется, я несла всякую чушь и уже не слишком соображала, что бормочу. – Что бы я без тебя делала. Если бы не ты… в тот раз… и сегодня… Рэйм, спасибо за то, что ты рядом.
– Все хорошо, Ксю, я же рядом. Ну не брошу я тебя. Помогу, чем смогу. Нет у меня в призрачной жизни других дел. А ты… тебе я хочу помочь, – утешал Рэйм, поглаживая меня по спине. Наэлектризованные волосы стояли дыбом, но мне было плевать. Я продолжала плакать, принимая такую нужную сейчас поддержку.
А потом подняла глаза, всматриваясь в расплывающееся из-за слез призрачное лицо. Красивые, правильные черты настоящего аристократа, принца, подсвеченные голубоватым, полупрозрачные. Глаза… наверное, и при жизни были голубыми. Да, точно. Помню по изображению, найденному в галерее славы академии. Светло-голубые глаза, сейчас невероятно яркие, смотрят на меня с беспокойством, как будто Рэйм все понимает, как будто чувствует ничуть не меньше, чем живой человек. Не знаю почему, но он хочет обо мне позаботиться – вот, что я читаю в его глазах. А еще – отчего-то щемящую грусть, которая проникает и в меня сквозь нить связанных взглядов.
Светло-русые волосы, этот цвет тоже угадывается, несмотря на призрачную подсветку, спадают на лоб мягкими прядями. И я хочу к ним прикоснуться. А почему, собственно, этого не сделать?
Тянусь к Рэйму рукой. Вижу, как в его глазах отражается изумление. Но все-таки решаюсь завершить движение. Касаюсь волос, отодвигая их со лба. Да, мне удается! Рэйм может воздействовать на окружающие предметы. Возможно, именно поэтому я теперь чувствую живое и такое притягательное тепло под подушечками пальцев.
– Что ты делаешь? – хрипло спрашивает Рэйм.
– Не знаю. То, чего хочу.
– И? Чего ты хочешь еще? – он подается вперед, как будто подставляя себя под ласку моих пальцев.
Я зарываюсь ими в волосы, оглаживаю щеку. Нет, это совсем не похоже на прикосновение к человеческой коже, но покалывающее тепло сейчас такое явственное, что его невозможно спутать с фантазией. Да, это настоящие ощущения. Я прикасаюсь к Рэйму – и чувствую это.
– А ты? Что чувствуешь ты? – спрашиваю шепотом.
Наверное, становится чуточку страшно. И правда. Что я творю? А главное… зачем?
– Я чувствую… тепло твоих рук. Их нежность. Их ласку. И что-то еще… я не могу понять, что именно. Что-то неясное, но… такое будоражащее…– теперь Рэйм тоже шептал.
Я вздрогнула и отстранилась.
– Наверное, выгляжу кошмарно. Мне нужно срочно умыться.
Я подскочила и побежала в ванную.
Какое-то время стояла перед зеркалом, плеская в лицо прохладной водой. Припухшим векам постепенно становилось лучше. А вот разгоряченному лицу – не очень. Щеки полыхали. И пусть внешне это выглядело, как легкий румянец, я чувствовала жар. От волнения, от непонимания, на кой все это устроила. Ну… зато плакать перестала. И напряжение после случившегося с Эрихом вышло из тела, сейчас тихонько позванивающего от усталости.
Мне нужно отдохнуть. А подумаю завтра. Обо всем.
Хотя вот не о чувствах сейчас нужно думать! Совсем не о чувствах.
Тем более не о чувствах к призраку.
Ох, Ксюша, ты всерьез вляпалась, похоже.
Когда я вернулась в комнату, Рэйм был занят делом. Он прибирался!
Я с изумлением уставилась на призрака, таскающего разбросанные осколки посуды и остатки еды в корзину для мусора.
– Смотри! У меня получается, – он улыбнулся как ни в чем не бывало. Как будто перед этим мы… хм… а что мы, собственно, делали? Рэйм просто утешал и поддерживал меня.
– Как ты это ощущаешь? – я присоединилась к деятельному призраку. – Много энергии нужно? Тебе приходится напрягаться? Ты устаешь?
– Пожалуй, все сразу. Чтобы воздействовать на окружающий мир, мне приходится концентрироваться на этом желании. Кажется, что при этом я концентрирую энергию в определенном месте – на руках.
В этот момент я случайно коснулась плеча Рэйма. И прошла сквозь него.
– Энергия заканчивается? Нужна подпитка? – заволновалась я.
– Нет. Пока нет. Я же сказал… концентрируюсь там, где это нужно.
А как же тогда я гладила волосы и лицо Рэйма? Значит… он хотел ощутить мои прикосновения – поэтому стал осязаемым под моими пальцами?
Внезапно занервничав, наверное, тоже сообразил, куда пошли мои мысли, Рэйм отвернулся, чтобы подобрать еще одну тарелку.
– Если тебе сложно – я могу сама.
– Я помогу. А потом… если энергия закончится – поэкспериментируем еще.
После того, как собрали осколки тарелок и куски еды, я сбегала за тряпкой и ведром, чтобы вымыть пол. А еще оттереть капли крови, оставленные Эрихом. Кстати!
– У вас в Симелоре, случаем, нет магии крови?
– Нет. У нас она не действует, – Рэйм покачал головой. – Я слышал, кто-то из иномирян, говорят, рассказывал о темной магии и магии крови, о каких-то жутких ритуалах. Но наша магия дается кристаллами. А они, по своей сути, ближе к свету, чем к тьме. Нет, никакой магии крови. Бесполезная жидкость. Просто грязь, от которой нужно избавиться.
Кажется, в этот момент Рэйм снова вспомнил и разозлился на Эриха.
К тому моменту, когда в комнату вернулась Селена, все было прибрано. И не догадаешься о недавней некрасивой сцене, здесь разыгранной. А Рэйм поспешил попрощаться до завтра и сбежать, потому что вслед за Селеной вернулась ее тетушка-хранительница.
У меня уже не оставалось никаких сил на разговоры, так что я поспешила завалиться спать.
Глава 9
Меня разбудили раздраженные голоса.
– И чего ты здесь забыл? А, теперь связан с ней? Охранять, говоришь, будешь? Ну ладно, проходи. Что уж теперь, если связан… Тогда позаботься о своей девочке.
Тетушка Лейси выплыла из комнаты, оставляя нас одних.
Судя по звуку бегущей воды, Селена плескалась в ванной. А я с трудом разлепила глаза. Как будто за ночь в них песка насыпали. Ужас. Вроде бы умывалась перед сном, но, похоже, после долгих рыданий этого оказалось недостаточно.