Чтение онлайн

У меня похолодело внутри, к горлу подступила тошнота. Только не это! Сейчас Марко намекнет на бордель, выставит меня продажной девкой. И Кристиан с отвращением отшатнется, сочтет лживой потаскухой…

— Вы бредите, сэр! — выпалила в отчаянии. — Понятия не имею, на что вы изволите намекать! Наше знакомство не выходило за рамки приличий. И уж точно я ничего вам не должна. Прошу вас, оставьте нас в покое!

Голос мой жалобно дрогнул, глаза защипало от подступающих слез. Так хотелось провалиться сквозь землю — лишь бы не видеть разочарования и брезгливости во взоре Кристиана. Он смотрел на меня растерянно, почти умоляюще.

Марко торжествующе осклабился и церемонно поднялся из-за стола.

— Что ж, не стану более докучать. Приятного аппетита, голубки. Если он у вас, конечно, ещё остался.

Затем он перевел тяжелый, немигающий взгляд на меня и одними губами процедил:

— Жду вас дома, Элизабет. И не вздумайте гулять допоздна. Не испытывайте мое терпение.

Оскалился напоследок и, поигрывая тростью, неспешно двинулся к выходу, провожаемый потрясенными взглядами. Грохот захлопнувшейся двери отдался во мне мучительной судорогой.

Воцарилась тягостная, звенящая тишина. Кристиан медленно опустился на стул, сверля меня потемневшим взором.

— Элизабет, что все это значит? — глухо спросил он. — Кто этот господин? Почему он позволяет себе говорить с вами в столь… непозволительном тоне? Вы и впрямь близко знакомы?

Под его пытливым, почти умоляющим взглядом я готова была сквозь землю провалиться. Стыд жег щеки, к горлу подступила тошнота. Как объяснить? Как оправдаться, не выдав постыдной правды?

— Кристиан, умоляю, поверьте — все это ужасное недоразумение! — пролепетала я, нервно теребя салфетку. — Тот господин… он всего лишь дальний родственник, управляющий палаццо. Клянусь, понятия не имею, что на него нашло…

Я осеклась, до крови кусая губы. Как же неубедительно звучат мои слова! Даже мне самой противно от этого жалкого лепета. А уж Кристиан и подавно видит меня насквозь.

— Что ж, кое-что проясняется, — процедил он после гнетущей паузы. В глазах его плескалась горечь пополам с разочарованием. — Однако, Элизабет… Я ведь чувствую, что вы недоговариваете. Слишком много недомолвок, уверток, неясностей. Невольно закрадываются сомнения — а могу ли я вам доверять?

Мне хотелось закричать, разрыдаться, пасть на колени, вымаливая прощение. Выложить как на духу — про наследство, бордель, угрозы Марко. Но я осознавала — это конец. Узнай Кристиан правду, он с презрением отвернется. Решит, что я и впрямь лживая распутница, опутавшая его сетями. И уже не оправдаться…

Поэтому я просто молчала, потупив взор и кусая губы. Несколько ужасающих мгновений царила давящая, нестерпимая тишина. Затем Кристиан с усилием поднялся.

— Что ж, Элизабет, не смею более утруждать, — произнес он с холодной учтивостью. — Вижу, вы предпочитаете хранить секреты. Что ж, не мне настаивать. Но и продолжать этот фарс я не намерен. Прощайте. Экипаж подан, я распоряжусь, чтобы вас доставили… куда пожелаете.

Он сухо поклонился и стремительно вышел, оставив меня наедине с моим стыдом и отчаянием. Слезы хлынули по щекам, плечи содрогались от беззвучных рыданий. Я сидела раздавленная, опустошенная — еще недавно окрыленная надеждой, а теперь брошенная, непонятая, одна в чужом мире.

В висках стучала мысль — Марко победил. Уничтожил мою репутацию, растоптал зарождающееся чувство. В миг разрушил то, что еще час назад казалось волшебной сказкой.

Теперь мне и впрямь некуда идти, не на что надеяться. Только обратно, в золоченую клетку борделя. К удушающим интригам, похоти и лжи — пленницей, рабыней собственной судьбы. Бежать некуда. От своей участи не скрыться…

* * *

Я ворвалась в палаццо, словно фурия, сжимая кулаки и сверкая глазами. Слезы унижения на щеках уже высохли, оставив после себя лишь пылающие пятна румянца и жгучую решимость. Хватит! Хватит быть тряпкой и удобной мишенью для всяких проходимцев. Пора было показать зубки, иначе в этом чертовом борделе меня бы съели живьем.

Не обращая внимания на вопросительные взгляды слуг и перешептывания девиц, я решительно направилась в гостиную. Широко распахнула двери и хлопнула в ладоши, привлекая внимание разморенных куртизанок.

— Итак, девицы, слушайте меня внимательно! — громко объявила я, сверля их суровым взором. — С этой минуты в палаццо новые порядки. Я — ваша законная хозяйка и попечительница. И вы будете плясать под мою дудку, ясно?

Девицы удивленно захлопали глазами и лениво зашушукались, но я пресекла ропот одним властным взмахом руки.

— Молчать, когда я говорю! Итак, запоминайте. Первое — никаких больше оргий, никаких похабных выходок и ночных охот. Все свидания — только с моего ведома и разрешения. Второе — отныне вы регулярно отчитываетесь передо мной обо всех клиентах, заработках и тратах. Я должна знать, кто тут чем дышит. И третье — забудьте о своих альфонсах, покровителях и прочих прихлебателях. Теперь вы работаете только на меня. Я ваша защита и опора. Всё ясно?

Куртизанки ошарашенно молчали, потрясенные моим напором и смелостью. Некоторые робко склонили головы, признавая мое главенство. Но тут из дальнего угла донеслось язвительное хмыканье. Я резко обернулась и встретилась взглядом с Лаурой.

— Надо же, какие мы грозные, — ехидно протянула смуглянка, небрежно стряхивая пепел на ковер. — И что же скажет месье Альвизе о ваших нововведениях, а, синьорина?

Я прищурилась и медленно приблизилась к наглой девице, чеканя шаг.

— Месье Альвизе здесь больше не указ, — процедила я, нависая над Лаурой грозной тенью. — Запомни это, красотка. Иначе вылетишь отсюда как пробка, с волчьим билетом. И даже твой дружок Марко не поможет. Тебе всё понятно?

Что-то в моем тоне и взгляде, видимо, напугало дерзкую фаворитку. Она сжалась, побледнела и часто закивала, признавая поражение. Я удовлетворенно хмыкнула и отвернулась, продолжая:

— А теперь слушайте главное. Все, что вы узнаете о Марко Альвизе — его слабостях, секретах, планах — немедленно докладываете мне. Мне нужен компромат на этого прохвоста. И вы мне в этом поможете, хотите вы того или нет. От щедрости вознаграждения будет зависеть лично ваше будущее. Всем всё ясно?

Куртизанки выдохнули и покорно закивали, шепча «Да, синьора», «Слушаемся, синьора». Я удовлетворенно кивнула и покинула гостиную, оставив девиц перешептываться и строить догадки. Вышло весьма внушительно. Кажется, теперь они видели во мне разгневанную Немезиду, грозную соперницу для Марко.

Воодушевленная первым успехом, я решительно направилась в кабинет управляющего на втором этаже. Точнее, как оказалось, в мой собственный кабинет. С громким стуком распахнув дубовые двери, я шагнула внутрь, сжимая кулаки.

Зрелище, представшее моим глазам, окончательно вышибло почву из-под ног. Марко Альвизе собственной персоной возлежал на оттоманке в распахнутом шелковом халате, под которым виднелись лишь плотно обтягивающие бедра брюки. Его сюртук и рубашка небрежно валялись на полу. Вокруг в живописных позах расположились полуобнаженные девицы. Томный взгляд, расслабленная поза, кальян в руке — воплощенный сибарит и гедонист!