Чтение онлайн

Проклятье, я совсем позабыла об этом чертовом приеме! А ведь венецианские карнавалы — то еще буйство плоти и разврата. Все спешат предаться удовольствиям, пока лица скрыты масками. Попойки до утра, развязные пляски, любовные утехи по темным углам — никаких запретов, никаких границ!

— Синьорина, синьорина! — защебетала Карлотта, подлетая ко мне с сияющей улыбкой. — Мы все так счастливы! Месье Альвизе получил заказ на целую дюжину девушек для маскарада. Веселье обещает быть знатным! Музыка, угощения, и все такое…

Я застыла, а в голове лихорадочно щелкали шестеренки. Марко? Поставляет куртизанок на прием дожа? Это шанс! Если я сумею пронести туда свое расследование, разузнать больше о его делишках… Опорочу мерзавца перед всей венецианской знатью!

Но тут же нахлынули сомнения. Боже, я окончательно рехнулась? Мало мне скандалов и злоключений, так я еще и на карнавал собралась? Пьяный разгул, соблазны на каждом шагу. Да меня растопчут и не заметят! К тому же, даже если я проберусь туда — как, ну как я отыщу какие-то мифические улики против Альвизе? Глупо, опасно, бессмысленно…

Однако следующий поворот событий решил все за меня. Двери гостиной распахнулись, и на пороге возник Марко — мрачный, язвительный, неотразимый в черном. В руках он держал некий конверт и небрежно помахивал им, лениво растягивая слова:

— А, Элизабет, легка на помине! Полюбуйтесь-ка, что у меня есть. Личное приглашение для вас от его светлости дожа. Настоятельно просит почтить маскарад своим присутствием. Уж не знаю, чем вы ему приглянулись, красотка, но отказываться не советую. Себе дороже выйдет, поверьте.

Я застыла, хватая ртом воздух. Он шутит? Издевается? Откуда, черт возьми, дож знает о моем существовании? И с какой стати ему меня приглашать?

Словно подслушав мои мысли, Марко усмехнулся и развел руками.

— Ну, я, положим, ему слегка намекнул. Восхитился вашей красотой и сметливостью. Дескать, такой бриллиант нечасто встретишь. А его светлость большой ценитель женских прелестей, особенно экзотических. Загорелся, пожелал полюбоваться диковинной английской розой, чтоб ему пусто было!

Марко расхохотался, наслаждаясь собственной шуткой. А у меня внутри все похолодело от дурного предчувствия. О нет. Только не это. Он же практически подложил меня под сластолюбивого старикашку! Сделал предметом торга, разменной монетой в своих грязных играх. До чего мерзко, унизительно! Я… я…

Я в бешенстве выхватила злополучный конверт и швырнула Марко в лицо. На мгновение в его глазах мелькнуло недоумение пополам с растерянностью. Ха, не ожидал, подлец? Думал, я покорно склонюсь перед ним, поползу на поклон к дожу? Ну уж нет!

Расправив плечи и задрав подбородок, я процедила сквозь зубы:

— Благодарю за заботу, месье. Но на вашем месте я бы не рассчитывала, что дела пойдут по плану. Жизнь полна сюрпризов, знаете ли. Особенно в Венеции.

Круто развернувшись, я вылетела вон, оставив Марко смотреть мне вслед с непонятным выражением. Пусть подавится своими интригами! Никуда я не пойду. Ни на какой маскарад, ни на поклон к дожу. Лучше запрусь у себя и не высунусь, пока не минует этот фарс.

Однако в глубине души уже зрело сомнение. Уверена ли я, что поступаю правильно? Не упускаю ли уникальный шанс? Ведь это такая возможность — пробраться в логово врага, нащупать бреши в его обороне. Заручиться поддержкой власть имущих, в конце концов!

От всех этих дум голова шла кругом. Боже, ну за что мне эти испытания? Где взять сил, чтобы вынести такое? Одно я знала наверняка — теперь уж точно не видать мне покоя. Марко не из тех, кто легко сносит оскорбления. Пойдет на принцип, начнет давить и провоцировать с утроенной силой.

А я… Что ж, придется как-то выкручиваться. Держать удар, не ронять достоинства. В конце концов, осталось три дня. Я справлюсь. Иного выхода просто нет.

*bataille royale (фр.) — «королевская битва», решающее генеральное сражение.

Глава 17

Элизабет

Весь следующий день прошел как в тумане. Я механически выполняла привычные действия — одевалась, завтракала, отвечала на вопросы прислуги, но мысли были далеко. Они путались, сменяя одна другую. Идти на маскарад или затаиться? Искать правду или сберечь репутацию?

Марко не показывался, и его отсутствие только усиливало мою тревогу. Где он прячется? Что замышляет? Почему не являет свой мерзкий лик, не изводит очередными упреками и угрозами? Эта неизвестность натягивала нервы до предела.

В тщетных попытках отвлечься я с головой ушла в бумаги — счета, договоры, расписки. Надеялась хоть немного вникнуть в курс дел, понять, как управлять борделем. Но цифры и факты никак не желали укладываться в голове. Я слепо смотрела на исписанные листы, не понимая и половины. Как во всем этом разобраться без помощи управляющего? Проклятый Марко оставил меня в полной растерянности.

К вечеру голова раскалывалась от боли, а глухое раздражение сменило растерянность. Дура! Зачем взвалила на себя эту ношу? Кому и что хотела доказать? В который раз я корила себя за эту дурацкую затею с наследством. Ох, если бы можно было все вернуть…

Ханна, верная душа, пыталась меня приободрить. Твердила, что я сильная, смелая, не сдамся перед трудностями. Что бы ни случилось — достойно выдержу любое испытание. Но легче от этих увещеваний не становилось. Я чувствовала себя неопытной пешкой в умелых руках гроссмейстера. Казалось, что бы я ни делала — Марко всегда был на десять шагов впереди.

Размышления о предстоящем маскараде немного отвлекали от тревог и сомнений. Не без внутренней борьбы, но в итоге я решилась пойти. Будь что будет! Попытаю счастья, может, и впрямь удастся перехитрить Альвизе. Заручиться поддержкой дожа, добиться справедливости. Но главное — не выдать себя, затеряться в пестрой толпе.

Перебрав множество вариантов, я остановилась на скромном белоснежном платье. Гладкий атлас, расшитый жемчугом лиф, пышные юбки. К нему подобрали маску в тон, украшенную лебяжьим пухом и перчатки до локтя. Пусть лучше буду незаметной, затеряюсь среди других гостей. Эта мысль придавала уверенности.

Остаток вечера мы с Ханной провели в приятных хлопотах, выбирая украшения и туфельки к наряду. Каждая молча думала о своем, витая в облаках предвкушения. Но я то и дело поглядывала на календарь — до подписания бумаг оставалось всего два дня. Боже, когда же это закончится? Я чувствовала, как силы покидают меня…