Чтение онлайн

— Уже пять лет… Ты аккуратный, — заключила Гилберт, оглядев помещение.

— Я просто редко сюда приезжаю.

Между ними вновь повисла пауза, но в этот раз ее прервал Деймон.

— Ну что, может, расскажешь, что произошло?

— В каком смысле? — непонимающе спросила Елена.

— Ну, я тут уже несколько месяцев сгораю от любопытства: хочу узнать, что ты такого сделала, что Стефан съехал с катушек.

Гилберт нервно усмехнулась.

— И какие варианты были?

— Разные, — пожал плечами Деймон. — Ну, может, ты притащила домой пятерых мужиков, устроила с ними оргию у вас в гостиной, и в самый разгар с работы вернулся Стефан…

Елена внимательно посмотрела на брюнета: его шутку она явно не оценила.

— Не, ну остальные просто еще более бредовые, — как бы оправдываясь, пробормотал Сальваторе.

Девушка опустила взгляд, размешивая ложечкой кофе, хотя сахар в нем давно уже растворился.

— Ничего не было. Все началось очень неожиданно… И страшно.

Голос Елены дрогнул.

— Это связано со смертью его родителей, Джузеппе и Лили.

Деймон облокотился на стол и склонил голову набок, не понимая, как с этим трагическим событием в семье Сальваторе могла быть связана она.

— Они ведь погибли в автокатастрофе… — пробормотала Елена. — И выяснилось, что… Что виновен в ней был мой отец. Он на своей машине врезался в автомобиль, в котором находились Лили и Джузеппе.

Деймон не верил своим ушам. Неужели только это действительно было причиной слепой ненависти Стефана?

Некоторое время он молчал, поджав губы, пытаясь осмыслить услышанное.

— Они были замечательные… — наконец тихо прошептал он, и, наверное, впервые Елена услышала в его голосе такую искреннюю теплоту. — Стефан и Ребекка очень тяжело переносили их гибель.

Деймон снова замолчал, вертя в руках свою чашку.

— Но ты ведь не виновата в той аварии.

Воспроизвести историю о том, что ее отец готовил покушение на отца Деймона, Елена не могла и не хотела: всех подробностей она так и не поняла, и, к тому же, не знала, как он на это отреагирует.

Деймон озадаченно потер лоб, опустив глаза.

— Он ненавидит сам факт нашего родства и считает, что сын за отца тоже в ответе.

— Стефан, походу, в Средневековье застрял, — презрительно фыркнул Деймон, подняв взгляд. — Это он, получается, мстил таким образом?

— Получается, что так.

— Постой, а как он женился на тебе? Он только потом узнал, или?..

— Он для этого и женился, — произнесла Елена с болью в голосе, и он дрогнул.

Скрыть удивление во взгляде Сальваторе не смог.

— Женился, чтобы отомстить?

— Да.

Деймон понимал, что задает по несколько раз одни и те же вопросы и выглядит глупо, но все равно не мог поверить в то, что делал брат.

— Мда, — протянул он, посмотрев куда-то в сторону. — Своего брата я явно не знал…

Елена глубоко вздохнула и сделала глоток. Кофе уже начал остывать.

— Ну, может быть, ты тогда тоже расскажешь, как тебе удалось забрать меня из больницы? — спросила она. — Там хорошая охрана…

Деймон усмехнулся.

— Хорошая она только для таких наивных, как ты. Когда-нибудь я расскажу тебе эту историю… Когда буду больше настроен на приключенческий лад.

Внутри она вдруг почувствовала то ли какую-то обиду, то ли беспомощность.

— Но вообще, когда твой напарник — великий итальянский махинатор, можно обвести вокруг пальца кого угодно.

Елена мгновенно подняла взгляд на жующего бутерброд Деймона.

— Итальянский… — тихо пробормотала она. — Энзо?..

Елена сама не понимала, почему вдруг вспомнила именно его: в конце концов, у Деймона мог быть друг из Италии. Но неожиданно для нее Сальваторе кивнул.

Она не знала, что ему ответить: в этот день Деймон уже во второй раз разрушил все ее предрассудки.

Энзо помогал ему. А значит, и ей тоже… В голове не укладывалось.

— А где он сейчас? — хрипло произнесла Елена.

Деймон мельком взглянул на настенные часы.

— Думаю, либо гуляет по Риму, либо уже на всех парах мчится к себе домой.

Спросить что-то еще Елена не осмелилась.

Время совершенно неожиданно для Елены начинает течь быстро, и она не успевает заметить, как наступает вечер. В течение дня телефон Деймона ежеминутно разрывался от звонков. Кому-то он отвечал приветливо и дружелюбно, с кем-то шутил, кому-то раздавал указания, а кого-то ругал самыми последними словами, едва сдерживаясь от крика. И каждый раз он был таким… Разным. То спокойный и дурашливый, то жесткий и бескомпромиссный, то свирепый, словно разъяренный зверь.

Совладать со страхом было сложно. Даже оказавшись в ванной, Елена незаметно заперла дверь с внутренней стороны, чтобы Деймон, даже сделав усилие, не смог открыть ее.

Ванная комната оказалась чуть ли не больше гостевой, и Елена провела под струями теплой воды около часа, то ли стараясь хотя бы отчасти смыть с себя все, что ей пришлось пережить в последнее время и как-то «переключиться», то ли просто боясь выходить. Со временем глаза привыкли к тусклому освещению. В воздухе парил едва уловимый, но очень приятный аромат сандала с примесью еще каких-то запахов туалетной воды и мужских шампуней, которые вскоре смешались с ароматом корицы, исходившим от геля для душа, который купила для себя Елена. Незаметно даже для самой себя она быстро пробежалась взглядом по полкам: на них были только мужская косметика и бритва.

Елена постаралась как можно менее заметно выскользнуть из ванной и прошла в гостевую, чтобы переодеться. Однако, едва она оказалась в гостевой, то услышала отдаленный шум воды из душа: значит, Деймон все-таки видел ее и, поняв, что ванная комната ей больше не нужна, отправился туда сам.

Гостевая, хоть и была, как и весь дом, обустроена в стиле хай-тек, который не очень любила Елена из-за его минимализма и какой-то холодности, оказалась весьма уютной: с двуспальной мягкой кроватью, телевизором, шкафом и даже рабочим столом. Из окон, как на ладони, открывался огромный сад, в котором, как выяснилось, кроме дубов росли и вишни, и начинал зацветать жасмин.

Благодаря тому, что она поспала днем, слабость у Елены начала идти на спад, и в сон ее уже не клонило. Ей хотелось рассмотреть дом подробнее: она всегда питала интерес к деталям и могла подолгу рассматривать узоры на стенах, формы ламп, картины, если такие были. Как раз рядом с гостевой на стене в деревянной рамке еще утром Елена увидела небольшую картину, написанную маслом: маленькая бухта в море, с одной стороны закрытая горами, видневшимися вдалеке. Морские волны отливали зелено-голубым оттенком, а на них качались две небольшие рыбацкие лодчонки. Мощеная набережная, которая находилась выше пляжа, где играли несколько малышей, была увита нежными фиолетовыми цветами, внешне напоминавшими флоксы — яркое ароматное растение, которое она видела в далеком детстве на средиземноморском побережье. На лазурном небе не было видно ни облака, а яркое солнце светило в зените. На скамеечках в шахматы играли старики, а по набережной прогуливались молодые пары. Маленькие двухэтажные дома с ярко-красными черепичными крышами были затеряны в листве изящных олив, а немного поодаль виднелись пинии и стройные кипарисы. От солнечной живой картины невозможно было отвести взгляд. Елене на мгновение показалось, будто бы лучи этого солнца коснулись ее кожи, и ей впервые так захотелось вдохнуть полной грудью морской бриз, услышать крик чаек… И почувствовать себя свободной — как этот ветер, как эти волны… Как эти люди, живущие на затерянных островах Средиземноморья и не знающие бед, бесконечно добрые и улыбчивые.