Чтение онлайн

— Значит, лучше тебя не злить, — хмыкнул Симус, понятливо кивнув, — Я так понимаю, что ты в таком состоянии не смотришь где свои, а где чужие и… всем плохо?

— Да, — грустно улыбнулся я.

При этом мои мысли заняты были совершенно другим вопросом. То, что произошло, гарантированно создаст мне проблемы. Мало того, что сами Уизли, зачем бы они не приходили, не оставят подобное без последствий, так ещё и администрация школы вполне может применить в отношении меня вполне конкретные меры. Например, аннулировать разрешение на самостоятельные занятия и допуск в аудиторию. Это будет ощутимый удар для скорости моего развития.

— Надеюсь, нас не накажут, — вздохнула Гермиона, словно бы думая о том же самом.

— Нет, — холодно произнёс Дамблдор, — Я не стану ничего делать в отношении Поттера.

— Но мои…

— Твои сыновья не понесли наказания за нападение на первокурсника, если ты не помнишь, — перебил Альбус Молли, не дав ей разойтись, — К тому же, судя по словам свидетелей, один из которых, к слову, Малфой, враждующий и с твоими детьми, и с Поттером, Рональд нарвался сам, — перевел обжигающе ледяной взгляд на первокурсника, присутствующего при разговоре, директор, — Было крайне опрометчиво упоминать давно умерших родителей твоего однокурсника. Для него эта тема весьма болезнена.

— Но он же… — начал было Рональд, но замолчал, увидев как Дамблдор поднял палец.

Между тем, Альбус продолжил:

— Представь, что твоих родителей убили. И не сейчас, а десять лет назад. И тебя все эти годы воспитывали несомненно достойные, но чужие тебе люди. После этого, Рональд, подумай о том, что ты станешь чувствовать, когда кто-то станет вспоминать о твоих родителях или ссылаться на их мнение.

Мальчик опустил голов и покраснел.

Впрочем, Дамблдор не обманывался. Для него мысли первокурсника не были скрыты никакими артефактами. Юный Уизли плевать хотел на чувства Поттера, на его родителей и любые другие вещи. Для него самого существовало два мнения — его и неправильное. И отстаивать свою позицию мальчик был готов с невероятной упорностью, достойной куда лучшего применения. Более того, Альбус отметил для себя, что Рональд не только затаил злобу на Поттера за произошедшее после Хэллоуина, но и строит вполне конкретные планы мести, частью которых была провалившаяся попытка примирения. Впрочем, на это повлияла не только мстительность одного конкретного первокурсника, но и недвусмысленные указания Молли, которая не скрывала от своих детей планов на Гарри.

Данный факт Альбусу не понравился в принципе. Поттера, в любой его форме, и в любом виде, старик воспринимал исключительно своей марионеткой. Строить на него планы или манипулировать им, не зависимо от конечной цели и её причин, допустимо исключительно директору Хогвартса, но уж никак не домохозяйке с завышенным самомнением.

Вообще, для отказа семейству Уизли в наказании одного зеленоглазого первокурсника существовало сразу несколько причин.

Во-первых, после нашумевшей в замке истории с нападением близнецов на Поттера, у многих сложилось мнение, что рыжее семейство теперь может устраивать полнейший беспредел, а сам директор им в этом потворствует. После этого очень многие семьи, в том числе, обладающие весомым влиянием в Визенгамоте и Министерстве, прислали Дамблдору изрядное количество писем, содержание которых заставило пожилого волшебника заскрипеть зубами от злости.

Одновременное занятие сразу нескольких должностей тут сыграло простив Альбуса.

Авторитет и репутация.

Именно два этих слова олицетворяют власть в Объединенном Королевстве в частности и среди волшебников в целом. Ни один одаренный, каким бы могуществом он ни обладал, не сможет насаживать своё мнение и видение мира силой. Стоит подобному индивиду начать действовать, как запускается отработанная за века система, натравливающая на него силы Авроратов и наемников со всего мира, назначается столь весомая награда, что отрезать голову очередного глупца, которому сила затмила разум, возжелает последний бродяга. И, ведь, пытливый ум людей и нелюдей, подгоняемый жаждой наживы, найдет способ убить даже самого могущественного волшебника. Вплоть до того, что трупами завалят, но в глотку вцепятся.

И теперь произошло неожиданное для Дамблдора явление — подрыв авторитета, который создавался десятками лет. И данный факт мгновенно отразился на всех существующих раскладах в Визенгамоте и Министерстве. Причем, речь шла не только о тех людях, что являлись сторонниками самого директора Хогвартса и помогали продвигать его идеи, но и контактах Моуди, Дингла, Снейпа, МакГоннагалл, Дожа, чью репутацию кто-то смог серьёзно пошатнуть, и других одиозных фигур Ордена Феникса.

Стоило оставить Уизли безнаказанными после двух нападений за один день, пусть и совершенных разными членами одной семьи, как очень многие решили, что иметь дело с Альбусом рискованно, поскольку заявленные беспристрастность и поддержка магглорожденных в крайне замкнутом и традиционалистическом обществе волшебников на деле оказались пустышкой. Этот факт требовал реакции и последствий. В идеале — сразу, но время было упущено, а вводить против Уизли санкции спустя недели после произошедшего — значило показать, что Дамблдор прогнулся под чужое мнение и ослаб, что ещё хуже.

Теперь же, отсутствие реакции на действия Поттера в адрес Уизли будут безнаказанными, а заинтересованным персонам попросту донесут в правильной форме, что Дамблдор дал возможность Поттеру и детям Артура и Молли разобраться самостоятельно и вмешиваться не станет. Эта версия должна успокоить если не всех, то очень многих заинтересованных лиц.

Во-вторых, покровительство семье Уизли, что оказывал Альбус, явно пошло не на пользу обеим сторонам. Артур и Молли, судя по всему, решили что им перепадает меньше, чем они заслуживают и начали требовать больше, чем стоило бы в их положении. Дамблдор, несмотря на постоянные конфликты на эту тему с Советом Попечителей и многими министерскими чиновниками, дал детям Артура и Молли возможность обучаться в Хогвартсе. Фактически, это было платой за ту помощь, причем, весьма незначительную, что оказывало сие семейство директору. Собственно, и Артур попал в замок исключительно благодаря договоренности между его отцом, Септимусом, и Альбусом, который остро нуждался в средствах для развития Ордена Феникса. А вот дальше дела пошли далеко не так хорошо, как хотелось бы Великому Светлому.

Уизли всё больше уверовали в то, что им должны и обязаны, начав проявлять явно лишнюю самостоятельность, а лично Молли имела наглость требовать заключения брачного контракта между её дочерью и Поттером. Тут Дамблдор уперся, поскольку подобный шаг, не зависимо от того кто мог находиться на месте мальчика, гарантированно уничтожил бы авторитет и репутацию волшебника. Даже если бы вместо Поттера речь шла о магглорожденном сироте. Ярлык Предателей Крови делал Уизли отщепенцами, с которыми связывались исключительно глупцы и те, кого собственная родня изгнала из семьи. Учитывая нравы британских волшебников, которые предпочитают вести свои внутренние разборки за закрытыми дверями и держатся за родную кровь до последнего, не надо напрягать фантазию, чтобы понять какие это люди. Тот ещё контингент. Та же Седрелла, имя которой Блэки заклеймили и выжгли с родового генеалогического древа, к тому моменту как вышла замуж за Септимуса, стала известна своими амурными похождениями и, не просто легкодоступностью, а откровенной жаждой разнообразия и неуемностью в плотских утехах. Последней же каплей в её порочных выходках стала ситуация, когда Арктурус, вместе со своими братьями Сигнусом и Сириусом I обнаружили блудную Блэк в постели сразу с тремя чернокожими магглами, что для того времени было сродни зоофилии.

Все эти факты не только не способствовали исправлению репутации семейства Уизли, но и ухудшали её из поколения в поколение. Лишь Чарли и Билл, коим Альбусу удалось вложить в разум хоть какие-то здравые мысли, начали исправлять ситуацию. Затем появился Персиваль. Он, по своей силе, едва дотягивал до того уровня, когда детей вообще допускают к использованию палочки. С ним Дамблдор работал иначе. Заведомо понимая, что боевая единица, в отличии от старших братьев, из него не получится, директор решил направить его по стопам отца — в Министерство.

А вот дальше, словно бы почуяв поддержку и силу, Уизли начали откровенно перегибать палку. Молли принялась осаждать Альбуса, всё настойчивее требуя брачный контракт с Поттером, а её очередные отпрыски принялись творить беспредел. И никакие взбучки и внушения со стороны самого директора не помогали. Фред и Джордж принимали во внимание мнение только одного человека — своей матери. Дамблдор для них авторитетом не являлся. Этот факт заставил Альбуса всерьёз задуматься о происходящем внутри рыжего семейства и тех разговорах, что ведутся в отношении главы Ордена Феникса. Однако, политика и Хогвартс стали отнимать неожиданно много времени и сил, из-за чего вопрос был отложен до более спокойных времен, которые так и не наступили.

Всё происходящее и привело самого Дамблдора и сидящих перед ним людей к нынешней ситуации, когда решить существующие проблемы способно исключительно отчисление троих членов семейства Уизли, после которого семью разорвут родовитые чистокровные, поняв, что покровительство со стороны Альбуса закончилось. Однако, стоит поступить подобным образом, как репутация директора Хогвартса и Верховного Чародея Визенгамота будет похоронена. Никто не станет вести дел с тем, кто отдал на расправу своих многолетних сторонников и союзников, каковыми себя выставляли Артур и Молли, желая приобрести вес в обществе.