В оковах Судьбы I
Шрифт:
Альбус проверил все помещения, как с помощью заклятий, так и отправив домовиков. Впрочем, не только он. Авроры, сотрудники ДМП, представители Отдела Тайн… Ничего. Три десятка оперативников из разных ведомств обыскали весь замок, обнаружили выпивку, наркотики, ножи и огнестрельное оружие, легальные и полулегальные зелья с артефактами, но ничего подобного тому кинжалу, что был у рыжих подростков не нашлось.
В какой-то момент Дамблдор решил присмотреться к не-Поттеру, пытаясь понять — могли он сам устроить всё это, просчитав ситуацию. Ведь, искомый артефакт мог его усилить, хоть и не сразу. Но нет. «Мальчик», как выяснилось, устроил штурм библиотеки и архива замка, выискивая информацию о выпускниках прошлых десятилетий… Отдаленных, надо сказать, десятилетий. Его интересовал период с начала века по конец пятидесятых. Кроме того, он крайне много времени посвятил изучению законодательства и правовой системы Магической Британии. Постоянный же интерес мальчика направленный на познание магии, постепенно расширялся. Судя по некоторым весьма характерным моментам, он по крупицам собирал сведения по артефакторике, целительству, ритуалистике, боевым и защитным заклятиям, способам поиска и маскировки, сигнальным чарам, алхимии и зельям…
«Этот заменитель Поттера додумался искать кого-то конкретного, — мысленно хмыкнул Дамблдор, глядя на Боунс, что зачитывала все причины вынесенного приговора и законы, с отсылками на уже существующие судебные решения по ним, на основании которых, собственно, и вершился сегодняшний процесс, — Кого может искать этот не-Поттер? Только того, кого считает врагом, но не знает имени. Кандидатов на эту роль, судя по всему, не так уж много. Точнее, только один. Том. И, учитывая исчезновение интереса к архивам школы, юный Темный Лорд понял, что Риддл использовал псевдоним.»
Логика и цели «мальчика», в очередной раз, подтвердили мнение Альбуса о реальной зрелости и опытности той личности, что захватила тело Гарри Поттера. Однако, они же начали нервировать старика.
«Надо тщательно продумать способ влияния на него, — принял решение Дамблдор, — Причем, такой, при котором ни явных, ни косвенных следов не останется в принципе, а само моё участие вообще окажется исключено. Так же, нельзя задействовать и моих людей…»
Впрочем, требовалось решить и ещё одну проблему. Вероятные закладки в голове не-Поттера, оставленные Молли, которые, теоретически, могли достаться и новому владельцу тела вместе с памятью настоящего Гарри. Этот вопрос не сдвинулся с места вообще никак.
В конечном итоге, Дамблдор решил поступить самым простым способом. Принести извинения. За произошедшу в Уизли ситуацию. И дать от себя, как от директора Хогвартса, виру — учебные материалы по окклюменции и легилименции. Причем, учитывая дотошность «мальчика» и готовность собирать информацию по крупицам из разных источников, без «подарков». И Моргана с ним — пускай и его мелкая свора тоже учится. Может, свой ум появится и они смогут потом понять с кем связались… Это даст детям шанс вовремя избежать проблем.
А тот факт, что новый Поттер — Темный Лорд, уже ясен. Его сила не просто темнеет. Нет! Она чернеет. Тонкие тела и ядро дара «мальчика» медленно, но меняются, постепенно становясь плотнее, жестче и больше. Привкус энергий, излучаемых не-Поттером так и вовсе вызывает вопросы. Никогда раньше Альбусу не доводилось встречать таких темных. Сила «Гарри» ощущается как нечто невероятно горячее, обжигающее, яростное, но при этом тяжелое и подавляющее. Будто бы речь идет о вулканической магме, что, вырвавшись на свободу, сметет всё на своём пути, подавляя, разрушая и выжигая.
Что ещё интереснее, крестаж в не-Поттере… разрушается! В этом Дамблдор был уверен. Каждый раз, как этот «мальчик» попадал во владения мадам Помфри, Альбус пользовался этой возможностью и проверял его состояние. И одно было ясно точно — после Рождественских Каникул детище Тома было куда слабее, чем раньше. В разы слабее. Более того, он оказался изолирован. Будто бы кто-то целенаправленно создал барьеры вокруг крестажа, лишив доступа к разуму и ресурсам первокурсника.
Гадать о личностях, что могли это сделать явно не стоит. Кандидат один — не-Поттер. Видимо, он нашел в материалах по законам Магической Британии информацию о крестажах. А там описание весьма качественное — в любой редакции.
«От сюда и поиск информации о Волдеморте, — прикинул Альбус, сопоставив все даты, касающиеся юридической литературы и начала изучения архивов школы по её выпускникам, — Значит, Тома он уже считает врагом и без моей помощи. Осталось ему дать возможность встретиться со своим коллегой и потолковать по душам. Сомнительно, что Риддл окажется столь любезным, что позволит своему конкуренты вырасти и набрать силу… Во всяком случае, попытается этому помешать.»
Когда заседание закончилось, Альбус направился было к выходу, но его перехватили Молли и Артур. К удивлению уже напрягшегося было старика, женщина не торопилась визгливо кричать или что-то требовать. Вместо этого она с неприкрытой ненавистью посмотрела на Дамблдора и тихо произнесла:
— Вы могли им помочь.
— Не мог, — стараясь сохранять спокойствие, ответил Альбус, — А если бы решил вмешаться, то сидел бы в соседнем с ними кресле в качестве обвиняемого.
— Вы — Верховный Чародей Визенгамота, — покачала головой Молли, — Я не верю.
— А стоило бы, — хмыкнул Альбус, — Откуда у них появился тот кинжал?
— Это у вас надо спросить, — нарушил своё молчание Артур.
Однако, Молли, неожиданно для Дамблдора, отвела взгляд, глядя на пол, что заставило директора запнуться. Такая реакция была совершенно не свойственна столь скандальной женщине. Впрочем, ответ может быть на поверхности. Уизли, хоть и Предатели Крови, но древняя семья с весьма богатой историей. А Нора была построена на руинах одного из охотничьих домиков сего клана. И что там может быть спрятано в подвалах — одним Уизли известно.
Не менее неприятным фактом была необходимость изменения планов по поводу Блэка. Теперь, чтобы мотивировать его на побег, придется использовать кого-то другого. А подставлять полезных и надежный людей историей с наличием в их семье анимага-крысы… Пусть даже и не имеющего в свой адрес подозрений или обвинений…
— Альбус, надо поговорить, — произнёс Моуди, подошедший к ним.
— Через несколько минут, Аластор, — кивнул ему Дамблдор.
— Хорошо.
Повернувшись к супругам Уизли, Альбус покачал головой:
— Я дал вашей семьи возможности и открыл пути. Всё, что от вас требовалось — выполнять приказы и не устраивать самодеятельность. Вы же решили поступать на своё усмотрение и подставили меня.
Сейчас Дамблдор говорил именно то, что думал. Ему действительно вся эта ситуация была более чем не приятна. Она вызывала в душе светлого мага отвращение и злость, что являлось действительно редким событием. Мало кто мог похвастаться подобным достижением — умудриться вызвать столь яркие и сильные эмоции у директора Хогвартса, известного практические непробиваемым спокойствием и уравновешенностью.
Однак, Уизли, судя по всему, не понимали. Или не хотели этого делать. Взгляды собеседников Дамблдора демонстрировали именно то, чего сейчас совершенно не хотел видеть светлый маг — упертость и злобу.
— Вы не правы, Дамблдор, — произнёс Артур, — Это дети. Мы все допускаем ошибки, а подростки…
— Перешли черту, после которой даже я не могу помочь, — прервал его директор Хогвартса, — Я попытаюсь помочь вашей семье, но сделаю это так, чтобы никто не смог связать данный факт со мной.