Чтение онлайн

— А эльзеары?

— Мой малочисленный народ остался жить на Востоке. С одной стороны нас окружали люди, с другой — бескрайний океан. Мы граничили с Королевством Лисон и долгие годы жили в мире. Нападение лисонцев стало для нас большой неожиданностью.

— Вы проиграли? — спросил Роман.

— Нас осталось слишком мало, — разочарованно произнесла Заувен. — Ни о какой победе не шло и речи: нас сокрушили за несколько часов. Мой дорогой брат, главный жрец, до самого конца не покидал храм тишины.

— Он решил сражаться?

— Нет, — грустно улыбнулась Заувен. — Посланец с границы успел передать нам, что лисонцы уничтожали все малые храмы. Мой брат всего лишь хотел защитить свой родной дом. Он хотел уговорить магов и солдат остановиться и не трогать священное место, а я не могла оставить его одного.

— Это очень похоже на историю Земли, — промолвил Роман.

— Лисонцы хотели уничтожить чужую культуру и веру, — сказала Заувен. — И я могу их понять их цели, но не перестану презирать каждого из них.

— Что случилось с вашим братом?

— Когда стало ясно, что враги не остановятся, брат пожертвовал жизнью и запечатал свой дух в храме, спрятав его от чужих глаз. С тех пор храм скрыт в тени и откроется только настоящему служителю тишины.

— Как вам удалось уйти?

— Мой брат знал, что я способна создать портал рядом с большим источником силы. Лисонские маги не дали бы мне переместиться в другое место Терраи, но никто из них и предположить не мог, что я открою портал в другой мир, — сказала Заувен. — У меня не было времени на раздумье: это был мой единственный опыт, поэтому я выбрала первую попавшуюся планету, которая была наполнена силой. Я покалечила своё тело, но осталась жива. Так я оказалась там, где мы с тобой и встретились.

— Ваш брат не мог уйти с вами? — тихо спросил Роман.

— Он был по-настоящему талантливым магом, но признавал только учение Заякнар, — ответила Заувен. — Он не владел теми знаниями, которые могли бы сохранить его жизнь. Возможно, мне стоило попытаться забрать его с собой, но я уверена, что он никогда бы не простил мне такого своеволия.

— Вы поклялись отомстить?

— Нет, — сказала Заувен. — Я поклялась освободить душу моего брата. Для такого, как он, смерть не станет концом — начав новый путь, он способен сохранить знания о прошлой жизни.

После этих слов у Романа отлегло от сердца: её клятва была бескорыстной и по-настоящему благородной.

— И вы тоже можете вспомнить свою прошлую жизнь после смерти? — спросил Роман.

— Не знаю, — улыбнулась Заувен. — Когда-нибудь я покину твоё тело и выясню это. Я слишком увлеклась искусством колдовства и стала уделять своей вере меньше внимания. Богиня Заякнар не требует поклонения, но не зря старики говорили, что её учение — для терпеливых.

— Сколько вам лет?

— Четыреста восемьдесят.

— Я думал больше, — задумчиво произнёс Роман, и только потом понял, что он ляпнул.

Он повернулся к ней с раскаивающимся выражением лица, и Заувен неожиданно громко рассмеялась.

— Даже для эльзеара это достаточно долгий срок, — сквозь смех сказала она. — Не думай, что мы живём тысячелетиями.

— Я просто привык, что существа, подобные вам, живут намного дольше, — оправдался Роман.

— Подобные нам?

— В нашем мире есть много историй, связанных с тёмными… с эльзеарами и эльфами.

Заувен едва заметно приподняла брови и заинтересованно взглянула на Романа.

— Правда?

— Эти истории всегда считались мифом, — ответил Роман. — Выдумкой.

— Мифы не возникают на пустом месте, — кивнув своим мыслям, произнесла Заувен. — Миры, между которыми можно создавать порталы, удивительно похожи и неотрывно связаны друг с другом. Я слышала легенды, что боги перемещались от мира к миру, и чем дальше простилался их путь, тем изменчивей всё становилось.

— Время между нашими мирами идёт одинаково?

— Скорее всего, да. Это нам предстоит узнать, — сказала Заувен. — Когда-нибудь ты расскажешь мне и о своём доме, но сейчас тебе пора проснуться.

— Подождите, — поднялся на ноги Роман. — Я согласился помочь вам, но что мне делать?

— Я не знаю, куда именно привёл нас портал. Я буду смотреть твоими глазами и приходить во время сновидений.

— Вы научите меня каким-нибудь… чарам? — взволнованно спросил Роман.

— В тебе только начала зарождаться сила, — сказала Заувен. — Со временем ты познаешь тайны нашего учения. Будь готов к трудностям, потому что в таком виде я мало на что способна. — Она встала и посмотрела на лунный серп, отчего тот, казалось, засиял ещё ярче. — А теперь закрой глаза и пробудись, Роман. Да укроет тебя тишина.

Он молча закрыл глаза и почувствовал, как его уносит вдаль.

Роман ощущал себя частью чего-то огромного и невидимого. Над ним нависло бесконечное синее небо — такое огромное, что, казалось, можно дотянуться руками и потрогать его. Роман встал и осмотрел себя: он по-прежнему был одет в изодранную и пропитанную кровью одежду, а в ножнах всё так же покоился меч.

Он стоял на вершине пологого холма. Внизу, меж высоких деревьев, расстилался непроглядный туман. Несмотря на ослепительное солнце, Романа пронизывал холод. Он торопливо помочился на пожухлую траву и спустился по склону. Голода не было, но ужасно хотелось пить.

Туман начал оседать, и Роману открылся типичный осенний лес: под ногами шуршала и пестрела листва; деревья сбросили своё зелёное одеяние, облачившись в золотой наряд; вокруг пахло сыростью и грибами.

Он надеялся, что Заувен узнает эти места и во время следующего сна скажет, куда ему идти, поэтому сейчас не раздумывая шагал в одну сторону. Не выдержав, он начал срывать листья и слизывать горькие капли воды. Спустя минуту он понял, что в этом не было никакого смысла — только рот наполнился едким привкусом.

Роман шёл несколько часов, пока не услышал вдалеке журчание воды. Он бросился вперёд, едва не споткнувшись от усталости. В скором времени за деревьями показалась широкая река, усеянная камнями. В середине реки Роман заметил самых обычных бурых медведей — мать-медведица с двумя детёнышами ловила рыбу, не обратив на Романа никакого внимания. Здесь было сплошное мелководье.

Роман снял обувь и бросил пояс с ножами на берегу. Он аккуратно ступил в реку и сел на колени, а потом, окунув лицо в воду, одним залпом наполнил желудок. Роман снял остатки одежды и попытался отмыть с неё грязь и кровь. Через несколько минут он развесил одежду на поваленных деревьях и, целиком опустившись в воду, хорошенько помылся сам.