В Париж на поминки
Шрифт:
– Здесь, наверное, и начинается самое интересное?
– оживился Фуад
Я подтвердил:
– Ладно. Я согласился с их условиями. Надеюсь, всё останется между нами, ты понимаешь…
– Нем как рыба. Клянусь, - и хлопнул себе по обросшей щеке.
– Слушай. Условия были такие. Мы, то есть я и её пять братьев поднялись на вершину горы. Выше виднелась высокая скала, разрубленная на две части. Мне надо было пройти к этой скале, встать между расщелинами на одно колено, правую ладонь прижать к земле и, нагнувшись к воде, произнести клятву верности.
– И что?
– Пошёл! Дорога к скале была крутой и заросшая травой. Добравшись и встав между скалами, я вначале услышал звук ветра. Подняв голову, я увидел, как с вершины скалы по капле стекала вода. Встал на колени, прижал руку к земле и, нагнувшись к воде начал произносить клятву. Не успел я закончить, с вершины скалы скатился небольшой камень, ударился о подножье скалы и вода загорелась.
Фуад хмыкнул:
– Вода загорелась? Малик, ты что, перегрелся, пока поднимался? А может, камень в тебя попал, из глаз искры, так что вода загорелась.
– Не знаю, как это случилось, но она горела. Я не только видел, но и ощутил тепло от неё на ладони. Посмотри, - и протянул ему правую руку.
– Это круглое пятно след от него.
Фуад нагнулся и внимательно осмотрел ладонь:
– И что дальше?
– По дороге, у дерева, как мне и было сказано, я оторвал кусок от рубашки и завязал узел на ветке.
– Получается, ты тогда и завязал «узлом» это самое, - кивнув, не к месту пошутил он.
– Получается так. Теперь ты удовлетворён, надеюсь.
– И с другими женщинами не можешь?
– Почему не могу. Не хочу и всё.
– Тебя просто напугали, - он повернулся и уставился на меня.
– Говоришь, а глаза у тебя грустные. Боишься нарушить клятву от страха?! Честно сознайся.
Я отодвинул фужер и после короткой паузы продолжил:
– Я думал, ты умнее. Ты так ничего и не понял. Запомни, верность- удел сильных, - и, подумав, добавил: - Ещё я боюсь потерять семью. Ты поймёшь, когда придёт время. Я это понял в двадцать три. Быть слабым легко, быть сильным гораздо труднее.
– А я, получается, бездушный одинокий волк, - нервно бросил он.
Фуад снова хмыкнул и, судя по выражению лица, не поверил моим словам, а я не имел особого желания переубеждать его.
Самолёт начал снижаться, и мы пристегнули ремни. После уютного бизнес — салона и приземления в аэропорту Шереметьево у лестницы, ведущий к паспортному контролю, нас встретил улыбающийся диспетчер с красной табличкой “VIP”.Пройдя все послеполётные процедуры и формальности с минимальной затратой времени и максимальным комфортом мы оказались у выхода из аэропорта. В Москве лил дождь.
– Такси не будет, а то ты опять устроишь…. Поедем на автобусе “Экспресс”.
– Ты считаешь, что я был виноват?- ответил уязвлённый Фуад.
– Нет, не считаю, но так спокойнее- и подтолкнул его в сторону автобуса.
Десять минут езды по Ленинградскому шоссе, и мы оказались у метро «Речной вокзал». Не сговариваясь, повернулись и то, что увидели, сразило нас. Такси всё ещё стояло под деревом.
– За два дня никому он не приглянулся?
– спросил озадаченный Фуад.
– Отсюда можно сделать один вывод: москвичи зажрались.
– Ты посмотри. Кому нужна такая расхлябанная иномарка.
– Ещё вывод, что он…замёрз? Нет, не может быть - проговорил я.
– Ты думаешь, ему кирдык?
– Ну кирдык вряд ли, багажник был обит войлоком и доха ещё лежала.
– И багажник у него как двуспальная кровать,- успокаивал я себя.
Мы обошли кусты и сбоку подошли к машине.
– Эй псих, ты живой?
В багажнике послышалось движение и чуть слышный хриплый голос:
– Суки рваные. Выйду, убью обоих.
– Что он сказал? Это он нам?
– спросил, обидевшись Фуад.
– Не обращай внимания, видишь человек не в себе после долгого отдыха. Отойдём.
– А я ещё подарок ему хотели привезти из Парижа. Неблагодарный!
– Фуад сжал кулак и шагнул вперёд.
– Сначала вылези.
– Слушай, сокровище с гор, надо звонить. Только не с моего мобильника. Вон из того телефона, у выхода. И не светись, скажи только: стоит подозрительное такси на пустыре. Всё, и не надо лишних слов.
– Может, вытащить и в ”бубен” ему настучать без лишних слов? Хорошо!
– Хорошо будет, когда всё уляжется, а теперь мой совет: “дуй” звонить. Нечего тереться около машины. Жду у входа в метро.
Прибежав, Фуад подмигнул мне и взяв за локоть, прошептал:
– Я позвонил в московскую службу спасения, сейчас приедут. Всё, пошли.
Я кивнул, и мы зашли в вестибюль метро. Не успели дойти до турникетов, как зазвенел мобильник. Мы переглянулись и замерли. Отойдя в сторону, я включил телефон и в недоумении тихо произнёс:
– Фофа, номер на дисплее не высвечивается. Кто бы это?
Неожиданно послышался голос Аслана:
– Это я. Арама найти не могут. Как сквозь землю провалился, но нужные люди обещали помочь. Вас будут ждать у его офиса на 2-ой Тверской — Ямской. Знаете, где эта улица?
– Примерно, уточни где это?
– Ну да, раньше она по-другому называлась. Где вы сейчас?
– Вестибюль метро “Речной вокзал”.
– Хорошо, слушайте. Доедете до станции “Белорусский вокзал”, выйдете на площадь. Если встать лицом к Тверской, слева будет улица Чаянова. Пройдёте по ней и за первым поворотом будет нужная улица, идите по ней до конца не останавливаясь. Запомнили? Подождите, у меня вторая линия.
Мы опять переглянулись, перевели дух и замолкли, ничего не понимая.
– Какую-то ерунду несёт старый хомяк.
В мобильнике раздался голос Аслана:
– Что вы сказали? Я не расслышал.
– Нет, ничего.
– Тогда слушайте дальше. При выходе из метро, Фуад пускай положит тебе на плечо руку. Идите спокойно и по сторонам не смотрите, лучше всего беседуйте между собой. Идите строго по правой стороне улицы. К вам подойдёт человек и вы всё узнаете. Дойдёте до улицы Гашека и, не оглядываясь, уходите. Всё.
– А зачем рука на плече?
– Чтобы вас узнали в толпе. Спешите.