В Париж на поминки
Шрифт:
– Вы в состоянии мне что-то сказать?
– снова повысил я голос.
Через минуту она уже заговорила.
– Это кейс Арама.
– Это и так понятно. На кейсе монограмма, совпадающая с инициалами Арама.
– Кейс лежал в моём номере в конце коридора. В нём какие-то его документы.
– И на вид довольно тяжёлый, - шутя сказал Фуад и попытался его приподнять.
Она опустила взгляд на кейс, затем резко посмотрела на нас и постаралась сделать вид, что не расслышала Фуада.
– Это что за документы, за которые убивают людей?
– напрямую спросил я.
Она внимательно на меня посмотрела, криво улыбнулась и снова замолкла. В эту минуту зазвонил телефон в её сумочке. Зинаида ахнула и впала в оцепенение, затем её губы зашевелились, и она спросила:
– Что мне делать?
– произнесла она шёпотом, повернувшись лицом ко мне.
– Ответить.
– А что говорить?
– Вы меня спрашиваете? Откуда мне знать?
– пожал плечом я в ответ.
Зинаида выключила телефон и гневно стрельнула в мою сторону взглядом.
– Не надо на меня так смотреть. И что я могу вам подсказать… Единственное, надо было их не злить и хотя бы узнать их условия. Поэтому я думаю, лучше не отключайте телефон.
– Возможно, вы правы, - Зинаида повела округлым плечом и включила мобильник.
– Как давно вы знаете Арама?
Её глаза снова вспыхнули и, помедлив несколько секунд, она ответила:
– Около двух лет. Вы предполагаете, они меня найдут?
– Не предполагаю, а знаю.
Зинаида прикусила губу. Видно было, что она растерялась.
– Отдам им кейс, и они отстанут, - сказала, и с сомнением посмотрела на меня.
– Вряд ли. Могут и убрать как лишнего свидетеля. Надо подумать.
– Вот и подумайте, как нам быть, - начала злиться она.
Я протянул руку, приподнял и потряс кейс. Внутри ничто не громыхнуло, чувствовалось, внутри лежат свёртки. Кейс был довольно тяжёлый.
– А может, там деньги, - посмотрев на них, шёпотом сказал я.
Все застыли. На кейсе были два кодовых замка, которые открывались, только если набрать правильный код.
– Вы код не знаете?
– поинтересовался я.
– Обидно будет отдавать, если там деньги, - ответила Зинаида.
– Тогда зачем отдавать? Поделим между собой и всё, - поддержал её Фуад.
– А меня, значит, убьют. Нет, нет, я не согласна, - решительно возразила Зинаида и откинулась на спинку кресла.
После некоторого молчания я огляделся и сквозь зубы заметил:
– Это меняет дело.
– А если сделать так, чтобы их нейтрализовать. За ними уже два убийства и одно покушение на убийство, - воскликнул возбуждённо Фуад.
– Легко сказать, нейтрализовать, но как?
– после некоторого замешательства спросил я и сам ответил.
– Надо подумать.
– Вот ты и думай, - повернувшись ко мне, во второй раз рявкнула Зинаида.
– Тогда закажите что-нибудь и не мешайте мне, - подвёл я итог нашей беседе, а рука Фуада вновь переместилась на соблазнительные колени.
Надо было быстро разобраться во всём случившемся. В кейсе может быть что угодно, в том числе и деньги, и даже наркотики или оружие. Правда, по первому ощущению вернее всего деньги, хотелось бы надеяться, но могут быть и наркотики. Тогда другой расклад и лучше не связываться.
– Он не баловался наркотиками? Вы должны знать.
Зинаида задумалась, затем покачала головой и даже бюстом:
– Нет, что вы! Он как-то по молодости попробовал, так у него крыша чуть не поехала. После этого он ни-ни, боится. Он сам рассказывал.
– Фофа, отвлекись на минуту. Сможешь изобразить машину, на которой уехали они с пирса.
– Обижаешь художника. Будет в лучшем виде, как живая.
– Живую нам не надо. Ты детали прорисуй, остальное - моё дело.
Взяв у официанта ручку, Фуад, не задумываясь, нарисовал на салфетке то, что успел увидеть. Взглянув, я поставил фужер с соком на стол и кивнул:
– Достаточно! То что ты изобразил, это Lexus RX 300, двигатель 3000 кубов, трансмиссия автомат. С “крылышком” над багажником, - затем, усмехнувшись, добавил.
– Эта модель особенно популярна среди женщин. Цвет, ты сказал, светлый? Всё, спасибо.
Зинаида остановила свой взгляд на мне и плотоядно облизала губы.
– Тогда слушайте,- все нагнулись над столом, и я продолжил, - Фофа возьмёт деньги и купит точно такой кейс из натуральной кожи или похожий на него. Здесь даже мелочи играют роль. Наполним новый кейс чем-нибудь тяжёлым и отдадим им.
Я поднял голову и произнёс:
– А мы с вами оставляем наш кейс в ячейке камеры хранения вокзала и ждём звонка.
Зинаида взялась за ручку кейса.
– Подождите, я не кончил. Фофа, ты иди. Магазины уже, наверное, открываются. Дорожные сумки и кейсы продаются выше по улице, с правой стороны. Мы проходили мимо этого магазина. Наполнишь книгами. Они там же, поблизости. Постой, когда всё закончишь, быстро возвращайся.
– Зинаида, если они позвонят, назначите им свидание на мосту, идите сюда,- я подвёл её к окну.- Это мост Галаты. Назначьте встречу на этом мосту, ровно посередине. Когда бы не позвонили, встреча через два часа после звонка. А теперь идите, оставьте кейс в камере хранения.
Я вернулся и сел в кресло. Зинаида взяла тяжёлый кейс, медленно повернулась, сделала шаг в сторону двери и остановилась.
– Выйдите из зала, идите прямо и налево, как стрелка указывает, - показал я рукой на дверь и, чуть помедлив, добавил: - Хорошо, если хотите, пойдёмте вместе. Они могут позвонить в любую минуту. Прошу.
Я шагнул в сторону и пропустил её вперёд.
Звонка ждать пришлось недолго. Она вопросительно посмотрела и затаила дыхание
– Соберитесь с мыслями, - только успел сказать я и махнул рукой.
В этот раз она говорила увереннее. Голос у неё был вполне нормальный и советам моим она следовала пунктуально. Фуад вернулся не так быстро, как ожидалось и в расстроенных чувствах. Плюхнулся в кресло и объявил:
– Кейс из натуральной кожи обошёлся нам в кругленькую сумму - четыреста долларов. Посмотри на него, кожа мягкая как… - посмотрел на колени Зинаиды и добавил.- Шёлк! Произведён в Швеции. И теперь отдадим этим? Ни за что!
Это был «близнец» нашего кейса, оставленного в камере хранения. Кейс коллекции «Prestige» отличный, ничего не скажешь.