Чтение онлайн

– Может, зайдём.

Повернув голову, я увидел знакомый стеклянный павильон, лет десять тому назад мы здесь ужинали с Максудом. Эта была первая наша деловая поездка в Стамбул. Мир менялся, и мы вступали в рыночные отношения. Принимала довольно известная турецкая компания и после успешных переговоров нас пригласили поужинать в престижном ресторане на берегу Босфора. Ужин состоял из мелкой рыбы размером в указательный палец. Посередине стола водрузили большое серебряное блюдо, где в оливковом масле плавали штук пятнадцать, максимум двадцать, рыбок, а учитывая, что кроме нас двоих было и четверо представителей компании, каждому досталось по три рыбёшки. После такого “плотного” ужина, расставшись с новыми партнёрами, мы, голодные и злые, ринулись в этот стеклянный павильон. Максуд подозвал официанта и не заглядывая в меню начал заказывать всё, что видел на соседних столах. Официант успевал только писать. За соседним столом сидела группа англоязычных туристов, которые листали меню и покачивали головой, понятно было, что разговор идёт о стоимости блюд. На эту всю компанию официант, после долгого обсуждения, принёс бутылку вина и восемь салатов в маленьких розетках. Первым моим желанием было предупредить Максуда, но взглянув на его нахмуренное лицо, оно быстро отпало. Жизненный опыт подсказывает: шефов иногда следует проучить и поставить на место, чтобы не сильно зазнавались. Блюда нам успевали носить два официанта, мы поглощали всё и нам снова несли что-то новое. Туристы за соседним столом, опустошив свои розетки, замерли. Повернув голову, я увидел, как из кухни вышли повара и уставились на нас. Но самое интересное, как я и ожидал, началось, когда на подносе принесли счёт. Увидев сумму на бумажке, Максуд от удивления даже подпрыгнул и обвёл взглядом всех присутствующих. Я, не подавая вида, продолжал есть и запустив зубы в сочное мясо, тихо наблюдал за немой сценой. Максуд покрутив в руках счёт, подозвал официанта и поинтересовался, нельзя ли немного снизить сумму. Как и ожидалось, получив отрицательный ответ, отшвырнул счёт на край стола и начал пересчитывать имеющиеся у него деньги. Я, тихо наблюдавший за всем, кивнул и протянул деньги, которые были у меня, и мы вышли. Происшедшее запомнилось нам навсегда. Всё просто - нужно учиться рационализму, всегда трезво оценивать свои возможности и жить в соответствии со своими возможностями. Таков закон нового для нас строя - капитализма.

Я повернулся и хлопнул Фуада по плечу:

– Идём, я расскажу тебе кое-что о Стамбуле.

И мы пошли вдоль трамвайной линии в сторону набережной Эминеню. В воздухе чувствовались пьянящие ароматы кориандры, корицы, мяты, имбиря, гвоздики, и я понял, что мы находимся рядом со знаменитым Египетским базаром специй. В этот аромат примешивался умопомрачительный запах кофе, который доносился из каждого кафе.

На набережной у моста Галата стоял многоязычный галдёж, кричали зазывалы и рыбаки, ловко жарившие тут же рядом свежую рыбу, многочисленные туристы штурмом захватывали теплоходы и прогулочные катера, стоящие на причале. Вдали, в тумане, виднелись знаменитые висячие мосты через Босфор.

Пройдя по мосту Галата, где многочисленные рыбаки с удочками ловили мелкую, но вкусную хамсу, и дойдя до конца моста, свернув влево, мы очутились на рыбном базаре.

Я сделал несколько шагов, остановился и произнёс:

– Выбирай, какую хочешь, и её нам приготовят.

Фуад широко раскрыл глаза и утвердительно кивнул.

От многообразия морских обитателей, выложенных на лотках, разбегались глаза - кальмары, осьминоги, креветки, камбала, сарган. Пройдя несколько раз по рядам, Фуад остановился перед огромным осьминогом.

– Каков красавец! Кисти и краски бы сюда, нарисовать…

– Советую вот эту, - и указал на прилавок.
–  Баламут вкуснейшая рыба. Пальчики оближешь. Здесь несколько ресторанчиков, в которых его могут приготовить.

Фуад усиленно закивал головой:

– Согласен.

Я указал продавцу на парочку наиболее аппетитных рыб и попросил передать в ресторанчик на берегу залива.

По нашей просьбе нас усадили в дальнем углу под деревом, у кромки воды.

Отсюда открывался вид на старый город и ещё на один базар вдоль залива,

где держали стада верблюдов и овец. Это было так поразительно - животных продавали в центре многомиллионного города. Пока фиш — кебаб жарился, мы заказали мидии, фаршированные кедровыми орешками с лимонным соусом. И вот, наконец, принесли долгожданную рыбу.

Обмокнув кусочки рыбы в лимонный соус, я произнёс:

– Пусть наш самый плохой день будет таким.

Фуад усиленно жевал. Наконец, полив соусом рыбу и проглотив кусок, он изрёк:

– Приемлемо. Главное, не костлявая.

В этот момент зазвонил телефон. Я чуть не выронил из рук бокал.

– Сафа, мы как раз думали о тебе. Мёрзнем. Сама знаешь, Москва. Скоро приедем, проблемы с билетами. Всё, можно сказать, улажено. Фуад помогает мне. Сейчас дам.

Фуад судорожно сглотнул, развёл руками и посмотрев с укором, протянул руку к телефону:

— Сафа, здесь такая вкусная рыба, не оторваться. Но ты не беспокойся. Мы тебя помним. Конечно, понимаем, это очень деликатное дело.

Я взял мобильник и позвонил жене:

— Малик, это ты?

– Привет. У меня всё нормально. Сижу с удочками на скалах. Откуда стульчик? А это сервис, но сервиз не для всех. Фуад стоит в шляпе и с удочкой по колено в воде. Сейчас пойдём жарить рыбу.

Поужинав свежей рыбой и обменяв евро на турецкие лиры, мы вернулись в отель жутко усталые, но довольные, как дети после новогодней ёлки.

В холле, только мы с наслаждением плюхнулись в кресла, к нам подбежал Бекир:

– Простите, ваши знакомые только что уехали на морскую прогулку по ночному Босфору. Вы можете их поймать у четвёртого причала. Спешите. Такси у дверей.

– Спасибо, - я вскочил с кресла, развернулся и побежал к выходу. Фуад замер, вытаращив глаза.

– Фофа, мы их упустили. Быстрее вставай, эта прогулка на всю ночь.

Такси довёз нас за десять минут до набережной Эминеню к четвёртому причалу. Грузимся на отплывающий теплоход и отплываем. Естественно, все поспешили занять места на верхней открытой палубе, откуда открывался величественный вид на вечерний город. Корабли, паромы, яхты и лодочки скользили вдоль и поперёк пролива. Было здорово сидеть и смотреть, но прохладный морской ветер быстро загнал всех в крытый салон на главной палубе, где играл оркестр и официанты разносили напитки. Крытый салон был вполне комфортабелен, приятная джазовая музыка, жёлтые кожаные кресла, кондиционер, тонировка и стопроцентный обзор из окон. Центр салона был предоставлен для танцев, пассажиров рассаживал первый помощник капитана.

– Малик, ты их видишь?
–  задрав подбородок начал крутить головой Фуад.

– Да, не суетись, они сидят за моей спиной.

Фуад присвистнул и лучезарно улыбнулся.

– А эта Зинка ничего, ты только погляди какой бюст.

Глаза Фуада буравили её насквозь.

– Сядь и перестань пялиться.

– Чего я. На неё весь теплоход уставился. Ну и формы, а бюст как у Нефертити, воздушные шарики, положи под голову и наслаждайся. Я приглашу её на танец, пока её не перехватили, - и привстал с кресла.

– Арама ты в счёт не берёшь.

Фуад скривил рот и махнул рукой.

– Лысый слабак.

– За то что вытворяет.

Фуад сощурил глаза и бросил мимолётный взгляд на Арама.

– Да, в этом ты прав.

– Так что садись и будем заказывать.

Морской воздух и удобные кресло сделали своё “чёрное дело”, у меня начали закрываться глаза. Не дождавшись официанта, я успел только сказать:

– Фофа, я засну на несколько минут, а ты следи за этим. Мы его не можем упустить ещё раз. Если что, буди… Хотя куда он с корабля …

Проснулся я от того, что меня трясли за плечо. Я открыл глаза и потянулся.

– Малик, проснись. Мы снова потеряли Арама.

– Что? — я взглянул за борт.
–  Вздор! Везде вода. Куда он мог деться?

– Вовсе не вздор. Он упал в воду и сейчас сюда прибудет полиция.

Прошло ещё несколько минут, прежде чем я начал приходить в себя и что-то понимать.

– Сколько я проспал?

– Скоро светает. Мы уже возвращаемся.

Я привстал и осмотрелся.

– Ничего себе! Как всё случилось?