Чтение онлайн

— Десять, девять…

Кольцо на пальце нестерпимо жгло и вибрировало, обозначая, что клятвы находятся под нешуточной угрозой, и нам двоим непременно нужно остановиться, но вместо этого мы продолжали стоять, натянутые, словно струны, и готовые с резким звоном порваться от одного неловкого прикосновения.

— Восемь, семь, шесть…

— Вы хоть что-нибудь там делаете? — слышалось сдавленное возмущение из-за кожистых крыльев. — У меня сейчас руку оторвет! Целуйтесь уже!

Итан дернул уголком губ, словно предостерегая от неверных движений, и потерся щекой о руку, что перебирала волосы на его голове. Затем осторожно провел пальцами до моей кисти и потянул вниз к губам. От одного едва уловимого прикосновения у меня по спине прокатилась огненная волна, которая могла сейчас соперничать с жаром от кольца, а черное золото, кажется, достигло температуры плавления и стекало вязкой массой на пол.

— Пять, четыре, тр…

На счет «три» наши губы встретились. Смялись, стремясь соединиться плотнее, жестче, крепче. Словно две звезды, падая, столкнулись в небе и вплавились одна в другую, став единым целым, неразрывным, неделимым. И жар наш был один на двоих, и воздух в легких был один, и сердца били в такт, только наш, только для нас.

— Один!

Кольцо упало на плиту под нашими ногами с таким грохотом, словно часть скалы откололась и покатилась вниз. По ту сторону кожистых крыльев мантикоры раздалась надсадная болезненная ругань, словно Мариуса действительно покалечило.

— Что там у вас? Получилось?

Кто спрашивал, было не понятно. Долли, или Лоч, или оба сразу — не важно. Мы продолжали целоваться, но уже не выжигая друг друга изнутри, а трепетно, нежно, упоительно, превращаясь из раскаленной лавы в освежающий бриз.

— Мурррр, — удовлетворенно заурчала Руффи, и по моей щеке прошелся шероховатый широкий язык, а потом в то же место ткнулся холодный нос.

Мы с неохотой отстранились друг от друга, а потом тихо засмеялись, словно все еще делили одни эмоции на двоих.

— Мур? — обиженно заурчала мантикора, не понимая нашего веселья, а потом лапой подтолкнула к нам Лану, которая к этому моменту пришла в себя и с интересом рассматривала упавшее на пол кольцо, похожее больше на развернутую восьмерку, а не на круг.

— Ты сможешь перенести Эдеру в общежитие? — Итан осторожно поднял полоза и, свернув спиралью, уложил мне на руки, и только после этого поднял злополучное кольцо. — А мне нужно вернуть хозяину памятный подарок.

Я была признательна за такую предусмотрительность, ведь сама ощущала, что после столь интимных моментов совершенно точно не хочу ни видеть никого, ни показываться самой. Особенно не хотелось видеть Мариуса, потому что руки чесалить создать для него что-нибудь артефактное и не слишком надежное, чтобы впредь не устраивал подобных экстремальных ситуаций. Вот только шагая в открытый полупрозрачный портал, я вспомнила, что забыла кое-что важное.

— У Мариуса письмо для меня от брата!

— Принесу, — был короткий ответ, а глаза на меня смотрели все так же напряженно и жарко.

— И Макел теперь мой — это взятка за разрыв помолвки!

Глаз у Итана дернулся, а уголок губы угрожающе опустился, и в закрывающемся портале я услышала лишь обрывок фразы.

— … значит будет ему…

Что грозило Мариусу, я уже не услышала — очутилась посреди тесной комнаты в общежитии прямо напротив ростового зеркала, а оттуда на меня смотрела растрепанная раскрасневшаяся девица с лихорадочным блеском в глазах и припухшими губами.

Боги, на кого я похожа? Да на меня любой взглянет и будет знать, что я только что целовалась упоительно и сладко, аж до дрожи. И была до щекоток в животе счастлива. И, кажется, влюблена.

Итан

Итан сжал в кулаке кольцо, ставшее невероятно холодным, и вышел к тем, кто оставался в портальной. Поймал разочарованные взгляды Нита, Лоча и Долли, ожидавших увидеть рядом с ним Эдеру, и двинулся на незваного гостя. Взятка, значит, ну-ну.

— Это, похоже, твое, — он подбросил кольцо в сторону блондина с идеальной прической и едко хмыкнул, когда тот поймал презент, почти не глядя. — Советую покинуть академию сейчас же, пока порталы не закрылись на ближайшие два месяца.

Парень в ответ тоже хмыкнул, словно отзеркалил чужую эмоцию, потом воинственно вздернул подбородок и сузил глаза, собираясь, похоже, продолжить прерванное общение. Что ж, Итан сам был не против продолжить: так не против, что кулаки чесались. Его вообще бесил этот соверенский блондин, посмевший прикоснуться к ЕГО девушке.

— Что ж, спасибо за совет, — блондин подобрался, сделал стелящийся шаг в сторону белой мантикоры, словно под ее защиту, и остановился. — Отвечу таким же своевременным советом: проверь свои артефакты. После такого поцелуя золотая полоса уже у тебя может появиться, особенно если ты уже передал нашей Эдере что-то похожее на кольцо.

Итан даже не дернулся, хоть под рукавом куртки и ощутил жесткий кожаный ремень походного хронометра, а память услужливо подсказала, что кольцо его, самое что ни на есть артефакторное, в один из дней прихватила Лана. Но причем здесь золотая полоса помолвки? Похоже, у него в руках не все факты, которыми обладал присутствующий здесь бесячий блондин. Но расспрашивать его сейчас? Глупости! Пусть проваливает, даже с нормальным лицом и целыми зубами, а после Итан расспросит Лоча, благоразумно отступавшего к выходу.

— Лоч, помоги Ниту настроить портал, чтобы наш гость быстрее вернулся в свое любимое королевство, — тихо, но сурово проговорил Итан, а его мантикора как будто невзначай подтолкнула парня хвостом поближе к арке и подальше от выхода.

Кронстонский проныра тяжко вздохнул и поплелся помогать Ниту, обескуражено перебиравшему портальные камни. Кажется, рыжик впал в ступор, подозревая в словах капитана команды двойной смысл.

— Мантикору тоже отправляем? — все же спросил Нит, рассматривая какие-то документы, что лежали на столе.

— Разумеется, — ответил блондин и тут же приказал мантикоре, — Макел, за мной! Домой!

Белый медалист сделал удивленные глаза и не подчинился.

— Мя?!

Следом удивленные глаза сделал уже Мариус, поворачиваясь к белой мантикоре. На его лице заходили желваки, зубы скрежетнули, а через две напряженные минуты на висках проступил пот.

В портальной комнате запахло грозой и пылью, словно от заклинания, произнесенного впустую. Парень выдохнул, сделал шаг к мантикоре и, поймав ее взгляд, попытался снова. Грозой запахло еще явственнее, а запах пыли превратился в запах пепла, словно заклинание выжигало пространство между Мариусом и Макелом, но не могло ничего сделать.

— Макел теперь принадлежит Эдере, не так ли? — Итан глянул сначала на Лоча, призывая друга в свидетели, потом на Нита и Долли.

Все трое согласно кивнули, обозначая, что ранее слышали нужную фразу из уст соверенца, а теперь и видели, что обязательной связи хозяин-питомец между этими двумя нет. К согласным кивкам присоединился угрожающий рык Руффи, которая, не долго думая, встала перед белой мантикорой и оттеснила ее к стене, испачкав своим синим боком.

На гостя из далекого Соверена в угрожающем молчании уставились шесть пар глаз. Недобро так уставились, предостерегающе, мрачно и многообещающе.