Чтение онлайн

— Знаешь, — доверительно зашептал Итан, оттесняя меня к живой изгороди, за сухие ветки которой постоянно цеплялась моя шуба, — если бы Руфи была не мантикорой, а одной симпатичной девушкой из Соверена, то я бы решил, что ей приглянулось кольцо из-за его формы.

Он говорил с таким придыханием, так интимно и горячо, что мои мысли принялись растекаться во все стороны, освобождая голову для одной единственной: «Как же горячо и сладко целоваться на улице, когда мороз щиплет щеки, а губы пылают под напором упоительной страсти».

— А что не так с формой? — мысль пришла значительно позже, когда я уже смогла немного отдышаться и угомонить предательское сердце, жизнерадостно прыгающее где-то в ушах.

Губы парня прошлись по моему виску, зацепили ушную раковину, отчего стало мурашечно и горячо, а затем прошептали едва слышно, отчего я даже привстала на цыпочки, чтобы ничего не упустить: ни хитрой ласки, ни интригующих слов.

— В нашей семье считают, что это более правдивая форма кольца Адеииии…

От томного придыхания в ушко я, кажется, застонала и, вцепившись в куртку Итана, уже сама нашла вожделенные губы, чтобы продолжить с упоением отвечать на поцелуй.

— А в нашей семье другое представление об этом кольце, — почему-то между поцелуями, вместо того, чтобы восстанавливать дыхание, хотелось еще и говорить. — У моей мамы было такое кольцо, а потом его отдали мне на эксперименты, только Лана опередила и забрала себе…

— Разве фамильные драгоценности отдают на растерзание юным артефакторам?

Кажется, не только я цеплялась за разговор, чтобы совсем не потерять голову. Удивительно, но моя шуба в этот момент уже была расстегнута полностью, как и куртка Итана. Когда мы все успели — не понятно, но, если бы не продолжали разговор, возможно, были бы уже в другом месте — жар между нами разгорался уже такой силы, что мышцы сводило от желания более тесного контакта.

— Ну, так это же всего лишь слепок, не имеющий и сотой силы, — я собралась продолжить поцелуй, но была остановлена наглым карканьем одного черного ворона, чей голос звучал для меня как насмешка.

— Что за вредная птица, — недовольно проговорил Итан, попытавшийся притянуть меня к себе, но получивший от Ягеля помимо карканья еще и ощутимый удар клювом в плечо. — Что ему от нас нужно?

Ягель продолжал летать, каркая, то снижался, то поднимался к деревьям, но не улетал и не говорил, что ему нужно, словно хотел казаться обычной птицей, а не магическим существом.

— Вот вы где!

Отмахиваясь от ворона, мы и не заметили, как к нам сквозь кусты прорывается один из адептов, дежуривших сегодня, судя по нашивке, в коррале. Запыхавшийся парень выглядел ошарашенным и замученным, словно успел оббежать всю территорию академии, пока нашел нас в этих кустах.

— Мэссин Лианел велел срочно разобраться с вашими мантикорами, а не то они разнесут в щепки весь корраль.

Мы с Итаном переглянулись и, не сговариваясь, бросились к тем денникам, куда вчера разместили Макела и Руфи. В голове вертелось множество фантастичных вариантов, из-за чего сам профессор с раннего утра отправил одного из адептов разыскивать нас с Итаном, и все эти варианты были один другого кошмарнее. Сердце сжималось от тревоги, а к горлу подступала паника, но я бежала, кажется, быстрее обоих парней.

Еще вчера я собиралась навестить мантикор, но новости о кольце Итана вытеснили беспокойство о животных на второй план, похоже, зря.

Я знала, что белого медалиста закрыли в отдельной леваде подальше от всех магических животных, а Руфи должны были отправить на ее обычное место (Итан и Лоч договорились еще до появления «синей» мантикоры-подарка), так что предпосылок к буйству не было…с теоретической точки зрения. Видимо, пока мы с Итаном самозабвенно налаживали личную жизнь, теория зоомагии сильно разошлась с практикой. Надеюсь, все там живы, а про здоровье пока не стоит даже думать — вдруг, сглажу.

Эдера

— А я намекал! Нет, я говорил прямым текстом, что так и будет! — каркал мне в ухо Ягель, пока я пребывала в ступоре и хлопала ресницами — на большее просто не была способна.

— Итан, ты видишь то же, что и я? — у меня нервно дернулся глаз.

— Угу, — был мне лаконичный ответ, а затем меня задвинули за спину, словно перед нами сотня агрессивных монстров, а не…

— У этого есть название? — не особо рассчитывая на ответ, все же спросила парня, жалея, что мэссина Лианела мы в леваде не застали.

— Беспррредел! — не унимался Ягель, перепрыгивая с моего плеча на плего Итана и обратно. — Ужассс! Кошмаррр!

— Цыц! — раздалось от ворот левады, и мы с Итаном резко развернулись к говорившему. — Это, конечно, неожиданно, но не такой уж кошмар.

— Мэссин Лианел, как хорошо, что вы вернулись! — я испытала невероятное облегчение, когда услышала голос мужчины. Кажется, я так не радовалась появлению преподавателя в разгар катастрофы со времен обучения артефакторики, когда у нас в классе либо что-нибудь взрывалось, либо не взрывалось, но должно было — в эти моменты было особенно страшно.

— Нам передали, что мантикоры разносят корраль, а тут ЭТО, — подал голос Итан, кивая на причину нашего будущего заикания.

— Плохо вы изучали тему разнообразия магических животных, которую я читал в самом начале, — строго покачал головой профессор и тяжко вздохнул, словно сокрушаясь, что с такими вот неучами ему приходится работать. — И эссе, похоже, не подготовили, хотя очень скоро его придется сдавать.

Я сама посмотрела на профессора не менее строго и сокрушенно. О чем он? Как можно говорить об учебе, когда тут ТАКОЕ.

— Вот не до лекций сейчас, честно, мэссин Лианел, — посмотрела я как можно жалобней, но в ответ услышала насмешливое фырканье, кого бы вы думали? Шуши, конечно.

Белка выбралась из-за пазухи мужчины и принялась рассматривать леваду, забор, ворота: все, что угодно, лишь бы не встречаться с моим негодующим взглядом. Вот ведь каверза пушистая — поддерживает уже не меня, а профессора!

Всегда жизнерадостный преподаватель зоомагии фыркнул следом за белкой и посмотрел на меня, ожидая, видимо, когда я закончу изображать из себя трепетную лань.И даже слегка повлажневшие глаза его не проняли.

— Профессор, как эссе связано с тем, что мы видим сейчас? — уточнил Итан и махнул рукой в центр левады, где на чистой соломенной подстилке вальяжно разлеглась большая черная, с синими пятнами краски, мантикора.

Руффи предупреждающе рыкнула на резкий жест парня, но с места не сдвинулась, только махнула чешуйчатым хвостом в вялой попытке сбить в полете каркающего Ягеля.

— Беспрррредел! Барррдак! Безнррравтвенность! — распалялся ворон, благоразумно облетая мантикору и ее конечности по широкой дуге.