Чтение онлайн

Ух, как лэс Маршелин озверела! Еще чуть-чуть, и пойдет крушить академию, если нас не выпустят за территорию.

— Не преувеличивайте, пожалуйста, — ректор, кажется, был человеком с железными нервами — так спокойно отвечать на все истерики нашего куратора никому другому не удавалось ни разу. — Вашу адептку погрузили в лечебный сон, за время которого она восстановила силы — никто ее не бросал без присмотра.

— Да ее в столь плаченом состоянии выпустили из лазарета куда-то! — не унималась женщина, продолжая издавать самые высокие звуки во всех королевствах. — А в портальной комнате не нашлось ни одного здравомыслящего человека, способного помочь быстро и без истерик.

Я подивилась, как изменился голос лэс Маршелин, ведь последнюю часть фразы она произнесла на столько спокойно, что не верилось, что именно она до этого так бурно выражала недовольство. А потом сразу же обрадовалась — оказалось, что портальная комната мне не привиделась, а значит, все, что в ней произошло, случилось на самом деле.

От последней мысли я резко поднялась на койке и шумно выдохнула. Если все правда, тогда куда отправилась Руффи? Неужели, действительно, в изначальный мир?

Эдера

— О, идейная проснулась! — услышала я со стороны окна и резко развернулась в ту сторону.

Лекарь поливал чахлые фикусы на подоконнике из стакана, похожего на тот, что стоял на тумбочке рядом с кроватью. И жидкость на первый взгляд тоже была похожа на тот энергетический напиток, которым меня поили. У них тут одно лекарство для всех видов недомоганий? Что у людей, что у растений?

Лекарь тем временем, подтверждая мои худшие опасения, подошел ко мне и протянул стакан, из которого поливал фикус.

— Пейте залпом!

— Можно, я из этого? — я быстро схватила стакан с тумбочки, в процессе заметив кивок согласия, и выпила сразу треть, лишь бы лекарь не передумал, а то заставит все же пить «удобрение». Жижа пошла легко, даже приятно, словно я ею утоляла не только жажду, но и голод. Но на втором глотке дело застопорилось, так как больше организм не желал «удобрять» себя непонятным лекарством и отказывался проталкивать лечебную смесь внутрь.

— Отлично! — не расстроился лекарь и, протерев окуляры рукавом, водрузил их на лоб вместо носа. — Результат отменный — вы на пути полного исцеления, идейная вы моя. Только, сразу предупреждаю, к порталам вам решительно нельзя, да и практическую магию применять тоже не рекомендуется до конца недели — исключительно теория и отдых. И много еды, вкусной и сладкой…и жирной. Вам же еще в детстве должны были объяснять, идейная моя, что чем худее индивид, тем больше ему нужно жевать морковки, если он не желает заменять овощ на мясо, но при этом жаждет полноценно овладеть магией.

Я только кивала согласно и косилась в коридор, где продолжали о чем-то спорить куратор и ректор. К сожалению, лекарь меня отвлекал на столько, что слов в споре я уже не разбирала, а так хотелось узнать, на чем же сошлись эти двое.

Тем временем жидкость наконец-то закончилась, в голове прояснилось, а тело обрело такую легкость, что хотелось бегать или танцевать, правда, до первого шага по комнате. Стоило подняться, как стены с полом немного накренились, и меня стало неукоснительно штормить то вправо, то влево — ровно вообще не стоялось.

— О, вот и ваша адептка пришла в себя, — проговорил ректор от дверей и вошел в комнату, с интересом рассматривая мои попытки идти вдоль кровати ровно. — Интересно, с тем диагнозом, что выдал наш лекарь, как вы планируете переправлять девушку в город? Судя по вот этим шатаниям, добираться ей придется мучительно долго.

Если бы ректор не говорил предельно серьезно (у него в глазах даже намека не было на смешинки), то я бы на месте лэс Маршелин подумала, что надо мной насмехаются. Да мне самой стало обидно, что мое неровное движение кому-то кажется забавным. Кстати, что за диагноз такой не поставил местный лекарь? У магического истощения есть какое-то высокопарное название?

— Уверена, вы найдете для нее карету, раз уж согласились, что моим девочкам лучше будет переждать наплыв магических монстров подальше от академии, — задрав подбородок вверх, заявила лэс Маршелин.

Ее высокая фигура под потолок делала маленькое пространство комнаты еще миниатюрнее, отчего невольно приходилось вжимать голову в плечи и увеличивать расстояние между собой и куратором. К слову, ректор и куратор, похоже, договорились, и наш курс ожидает новое переселение.

— Ректор Такстен, вот вы где! — ворвался в комнату адъютант ректора и, даже не переведя дыхания, вытянулся в струну и принялся докладывать. — Мэссин Лианел и адепт Крейн вернулись в академию!

У меня неожиданно екнуло сердце. Они вернулись! Значит ли это, что прошло уже две недели, которые я провалялась в лечебном сне? Ведь ректор дал Итану увольнительную на две недели, если я ничего не путаю.

— Ты передал мэссину Лианелу, чтобы сразу шел в мой кабинет? — уточнил ректор, враз потеряв интерес к моей персоне.

— Да, но профессор отправился на дальний плац — там открылся первый портал.

— Что?! — взвизгнула лэс Маршелин, и по комнате прокатился ее высокий голос, в котором слышалась если не паника, то точно сильный страх.

— Гровер, ты уверен в открытии портала? — ректор нервно дернул головой и отошел от женщины на два шага в сторону.

— Абсолютно уверен, мэссин ректор! — гаркнул в ответ адъютант, преданно глядя на работодателя. — Над академией развернулся защитный купол, и портальные камни потухли.

К моему удивлению, со стороны лекаря послышался радостный возглас: «О!», и сам мужчина удовлетворенно принялся потирать руки. Похоже, в этой комнате нашелся еще один «идейный».

— Что ж, лэс Маршелин, — ректор задумчиво потер подбородок и как-то отстраненно посмотрел на женщину. Все его мыли, казалось, были сейчас рядом с открывшимся порталом, а не в лазарете. — Похоже, ваше переселение в город слегка откладывается, а вот знакомство с монстрами случится раньше, чем все мы планировали. Советую, придержать своих «девочек» в пределах учебного корпуса и общежития, и настоятельно рекомендую не осваивать другие территории. Вынужден откланяться.

Стоило ректору и его адъютанту выйти в коридор, как в мою комнату начались доноситься сторонние звуки, от которых на сердце становилось тревожно. Птица-звонарь кричала за окном монотонно и протяжно, призывая не впадать в панику. Магические животные в соседнем здании разом загомонили-заголосили, словно перед стихийным бедствием. Под окнами лазарета по каменной дорожке отчетливо простучали сотни сапог, слаженно, четко, отработанно.

Похоже, в академии действительно началось что-то очень важное…и опасное.