В плену безумия
Шрифт:
Мысли неожиданно уносят меня назад… К тому дню, когда я впервые её увидел. Она стояла у университетской библиотеки, листала книгу и улыбалась чему-то своему. Я замер, будто поражённый громом. В ней всё сочеталось идеально...
Потом следил за ней… Не навязчиво, осторожно. Узнавал, где она обедает, какие лекции посещает, с кем общается… Хотел подойти сразу, но боялся – боялся, что спугну, что она поймёт, что я… странный. Что я отличаюсь, скажем так… А мне бы этого совсем не хотелось…
Я ждал подходящего момента. И когда он настал, будто небо подало знак. Та книга, которую она искала. Я заранее знал, какая нужна, потому что был в курсе, что им задали и какой семинар её ждёт… И тогда, когда она обернулась ко мне, мир на секунду остановился.
Её глаза загорелись. Я вдруг понял, что тоже ей понравился. Таким, какой есть… Возможно где-то немного приукрашенным… Ведь я не совсем тот, кто я есть, но…
Сейчас, глядя на неё, я думаю… Как же долго я ждал этого.
И мне плевать, как я к этому пришёл. Главное – результат… Я рядом с ней. Она в моей постели… В моих руках. И смотрит на меня вот так. Влюбленно, открыто. Как мама смотрела на отца.
Её запах… Смесь ванили и чего-то волшебного, только её. Я вдыхаю его, и внутри всё сжимается до одной маленькой точки. Моя. Эта мысль бьётся в голове, как пульсация…
Но тут же и он... Моя тень… Всегда рядом.
А если он всё испортит? Нет… Я думаю, что нет. Потому что он заперт внутри. Потому что давно не выходил… Потому что… Порой мне кажется, что врачи всё перепутали… У меня этого нет. Они просто хотели меня оклеветать… Или же… Придумать мне что-то, чтобы обвинить в чём-то. Я не знаю… Но я не хочу ощущать это под своей кожей. Я не хочу быть ещё кем-то. Я хочу быть собой. Рядом с ней и поэтому…
Я боюсь. Боюсь сказать лишнее, сделать что-то не так, напугать её своей одержимостью. Боюсь, что однажды она посмотрит на меня и увидит… Не того, в кого влюбится однажды… Или же уже влюбилась… Во всяком случае, ведёт себя она именно так… Вдруг она увидит поехавшего парня? Вдруг уйдёт от меня… Бросит… Разлюбит…
Рука сама тянется к её волосам, но я останавливаю себя… Не сейчас. Пусть спит.
Вместо этого вдыхаю её запах, чувствую, как наши флюиды смешиваются в этом тихом утре. Мы подходим друг другу. Мы – одно целое…
И я не врал о себе…
Я действительно работаю лаборантом в больнице. Третий курс мединститута. Утром провожу анализы, днём – лекции, вечером – она… Только она. Я думаю о ней постоянно.
Таблетки? Они тоже всегда со мной. Выписаны психиатром. Для стабилизации, как он сказал. Я не спорю. Знаю, что без них меня ждёт… Во всяком случае провалы в памяти, которые я ощущал ранее, были весьма внушительными… Я бы не хотел, чтобы это повторялось…
Иногда я ловлю себя на том, что смотрю на пациентов и думаю, а если бы они знали, что внутри меня? Но это мимолётно. Главное для меня даже не работа, главное – она. Всё началось тогда, когда не стало моих родителей…
Память о них ещё жива… Я бы очень хотел её с ними познакомить, но увы…
В голове только образы. Мама, её улыбка, голос, похвала. Папа, его рука на моём плече. Они погибли, когда мне было шестнадцать.
Я виню себя в этом. Часто…
Эти мысли, как тяжелые камни за пазухой. Всегда со мной и всегда мешают идти ровно. А ещё они меня триггерят. Всегда триггерили… С их подачи всё и происходило, как мне говорили…
Но я учусь переключаться. На неё. На её смех, на её голос, на то, как она морщит нос, когда пробует что-то новое… Как забавно шутит порой… Это работает, потому что это нечто положительное. Очень важное для меня. Человек, который держит меня здесь. Моя красивая темноволосая девочка…
И вдруг она начинает шевелиться. Медленно открывает глаза, смотрит на меня. И улыбается… Так тепло…
– Доброе утро, – шепчет, потягиваясь в моих объятиях.
Я улыбаюсь в ответ.
– Доброе, кудряшка… – снимаю прядку с её лица и завожу за ушко. Она прекрасна…
Тянется ко мне, обнимает, прижимается всем телом. Я чувствую её тепло, её дыхание, её жизнь…
И на секунду, только на секунду, все страхи уходят.
Потому что она здесь. Потому что она моя.
А остальное мы как-нибудь переживём, думаю про себя, пока вдруг не слышу.
– Ты напугал меня ночью… Глеб, если ты думаешь, что я буду ругаться или обижусь, что ты куришь, то нет… Это не так, мне всё равно, – прижимается ко мне, заставляя меня проглотить здоровенный ком в горле и напрячься… Потому что этой ночью я думал, что спал без задних ног и не просыпался…
Глава 10.
Алёна Вишнякова
Глеб лежит рядом, его рука на моей талии… Он бережно придерживает меня, будто я сделана из фарфора. Дыхание у него ровное, но лицо такое напряженное, словно что-то произошло…
– Доброе утро…
– Доброе, кудряшка…
– Ты напугал меня ночью… Глеб, если ты думаешь, что я буду ругаться или обижусь, что ты куришь, то нет… Это не так, мне всё равно… – я прижимаюсь к нему, а он вдруг так тяжело дышит, словно я мешаю ему. Приходится отпустить. – Извини… Неудобно?
– Нет, всё хорошо… Это ты меня извини, ладно? Вставать надо… Я дотянусь до ванной первым, ага? Кое-что надо сделать…
– Да, конечно… Как скажешь… – провожаю его взглядом из спальни, а сама осторожно сползаю и застилаю кровать…
На кухне я включаю чайник, достаю чашки. Руки слегка дрожат, но я стараюсь дышать ровно. Всё хорошо. Он рядом. Он извинился… Всё по-прежнему…
Через несколько минут слышу шаги. Глеб появляется в дверях… В моих глазах он всё ещё немного сонный, немного растрёпанный, а ещё напуганный… Или мне это мерещится…
– Всё в порядке? – спрашиваю я, глядя на него.
– Да…, – его голос низкий, бархатный. Он подходит ближе, обнимает сзади, утыкается носом в мои волосы. – Пахнешь как «доброе утро»…
Я улыбаюсь, но внутри меня будто пружинка. Как начать разговор? Как спросить, что было вчера?...
– Кофе? – предлагаю я, нажав на кофемашину…
– Да, пожалуйста.
Мы молчим, пока кофе варится. Я нарезаю тосты, он достаёт из холодильника сыр, бекон и помидоры. Всё как обычно. Слишком обычно.
– А что мы делали… напомни? – вдруг спрашивает он, потирая глаза. – Я был сильно сонный. Долго не спал и…
Я замираю. Он не помнит? Или проверяет?
– Ты вышел на лестничную площадку, – начинаю я осторожно. – Курил. Я тебя нашла там…