Чтение онлайн

Выслушав инструкции, Дита выбралась в зал. Её столы были пусты, и, облегчённо вздохнув, она встала за стоечку рядом с кассиром. Как ей было известно, мальчишка тоже был членом стада Петра, но, так как мужчин, которые служили едой для господ, было мало, жил он общей комнате с девчонками. Принцессе он приветливо улыбнулся и указал на стул за спиной.

— На буднях пустовато,— сказал он, не поворачиваясь к ней, зорко контролируя зал и следя за каждым прибывающим, — новенькая?

— Сегодня первый день. Меня Дита зовут.

— Меня Март. Откуда и какими судьбами?

— Разве тут таким делятся?

— Если помнишь – можешь и рассказать. Но Господин предпочитает воспоминания о смертной жизни удалять.

— А ты помнишь?

— Да, меня сюда отец продал. Господин рассказал мне всё о Каинитах и зачем я тут нужен. Я доволен. Еда, крыша над головой, приятное общество и раз в неделю… — он кинул на неё взгляд и загадочно улыбнулся, — ради такого можно забыть обо всём.

— Наверно, — Дита вздохнула. Она хотела, чтобы с неё пил лишь Джетт. Ну, ещё Фантагиро и другие дети Джетта, но больше никаких чужих зубов. Поцелуй вампиров казался ей чем-то интиным, и отдавать себя берлинским Каинитам было почти так же неприятно, как и обслуживать мужчин по ночам.

— К тебе первые посетители, Дита, — Март кивнул на окошко, в котором было видно, как трое мужчин привязывают лошадей в стойло при капелле. — Важные давальцы, гули Вентру, с ними всегда будь вежлива и за словами следи. Они на ступень выше нас и на две ступени выше простых смертных. А главное, ни при каких обстоятельствах не говори с ними о Каинитах. Удачи, — Март подмигнул ей и, встречая гостей, натянул дежурную улыбку.

Дита дождалась, когда они рассядутся и, стараясь выдавить из себя всю вежливость, направилась к мужчинам.

— Добрый день, что вам подать? — Она не смогла натянуть улыбку и теперь хмуро смотрела на посетителей.

— Чего такая мрачная? — Усмехнулся рыжий с плотной фигурой, широкими плечами и большими руками.

— Такого блюда нет, — Дите было не до шуток.

— Это новенькая, Кристьян. Видишь, ещё не клеймили даже, — сказал темноволосый с горбатым носом и полными губами. — Я тебе говорил, какая-то Тремерская пигалица, вчера доставили.

Повернувшись к девушке, он продолжил с важным видом.

— Я – Анжело, старший гуль Вентру. Передай на кухне, чтоб нам подали три блюда, они знают, что да как. И ещё, принеси кувшин с вином и три чашки. Справишься?

Дита кивнула и неспешно побрела на кухню. Там передала заказ Анжело слово в слово, а затем пошла в подсобное помещение, где хранилось вино. Какое брать, она не знала. Выбрала наугад. Хотела отнести и чаши, и вино на подносе, но, сложив их всех, поднять поднос не смогла – неустойчиво, непривычно и тяжело. Отнесла сначала кружки, мужчины к тому времени уже о чём-то оживлено болтали. Потом принесла вина и хотела вернуться к Марту за стойку, пока еда готовится, но Анжело поманил её к себе. Дита подошла и, всё с тем же мрачным лицом, молча на него посмотрела.

— Когда у тебя клиенты, уже знаешь? — Спросил он, подтягивая и усаживая её рядом с собой на скамейку.

Дита не сопротивлялась. Её это немного застало врасплох.

— Сегодня.

— Вот как, — Анжело с пониманием закивал головой. — А потом когда?

— Не знаю, только про сегодня сказали.

— Тогда завтра после восьми приходи в третью комнату для гостей. Приятно проведём время, — Анжело отпил вина из своего стакана и протянул его ей.

Дита ошарашено на него посмотрела.

— Я этим не занимаюсь, — она попыталась подняться, но Анжело продолжал её удерживать.

— Почему же? Ты девственна? — Он с улыбкой заглядывал в её глаза, и ей стало очень непрятно от его присутствия.

— Мне надо подать вам еды, — она резко оттолкнула его и, выскочив из-за стола, помчалась на кухню. В след ей послышались смешки. Столь откровенных домогательств девушка не ожидала.

— Наверное, и впрямь девственница. Слышал, Вентру считает её кровь особенно приятной. Может, в этом причина? — Сказал Кристьян, смотря вслед убегающей девушке.

— Возможно. Но у неё нет ожерелья, — Анжело глотнул ещё вина. — Очень красивая, с обычными девками из коллекции Петра не сравнить. Карл её рекламировал, как лучшую находку для стада. А всё лучшее я забираю себе, — старший гуль с усмешкой оглядел товарищей. — Надо будет навести справки о её строптивости.

Дита принесла им блюда через десять минут. Оставила их на столе и, стараясь не задерживаться, убежала в рабочие помещения, следя за залом в приоткрытую дверь. В тарелку Анжело она плюнула. Не смогла сдержаться. Мужчина не заметил, и Дита усмехнулась, глядя, как он ест.

За день к ней пришло ещё пару клиентов. С ними проблем не было, вот только бегать много приходилось. Тарелки были большие, и Дита не представляла, как другие девушки могли брать больше, чем одну зараз. Анжело просидел до семи, безостановочно что-то обсуждая с друзьями. В капеллу к нему за это время пришло ещё человек пять, тоже гули. Они еды не брали, только вино. И ей приходилось подходить к ним снова и снова. Анжело продолжал с ней заигрывать, к счастью, теперь уже более сдержанно, но ей всё равно было неприятно. В семь друзья его оставили, а сам мужчина

незаметно

пошёл за ней в служебные помещения, и, пока она складывала пустую посуду в таз для мытья, он сел за её спиной на скамью.

— Как тебе у Тремеров?

Дита от неожиданности вскрикнула, она его не заметила.

— Какого чёрта?! — Девушка разозлилась.

— Эй, эй, повежливей.

— Прекрасно. — Ответила она на его вопрос. — Чего ты хочешь?

— Ты ведь гуль Джетта? Была его гулем. Можешь приходить на общие сборы, гули приходят туда два раза в неделю. Тренировки и лекции поинтересней, чем на кухне работать.

— Если работать не буду, меня тут и кормить не будут.

— Я могу о тебе позаботиться, — Анжело сложил руки на груди и ехидно улыбнулся. — Я – старший гуль Берлина, в мои обязанности входит заботиться обо всех гулях.

Дита с презрением сжала губы, ещё больше уверившись, что Анжело – просто охотник за женской невинностью.

— Я не девственница, если тебя это так интересовало. Иди отсюда, мне твоё покровительство не нужно.

— Вот как? — Мужчина удивлённо вскинул брови, но улыбаться не прекратил. — Ты так бравишься или цену пытаешься поднять? — Он поднялся и направился к девушке. — Если тебе нечего беречь, я могу предложить тебе другую заботу.