Чтение онлайн

Огромные комы снега запущенные с нечеловеческой силой влеплялись в стены казармы с оглушительным грохотом, пробивали канавки в сугробах, сбивали с ног гулей, Дита отошла чуть в сторонку и, хлопая в ладоши, подбадривала женщину. Но пару метких попаданий от Бэна свалили ее на землю, и Ангелина не рискнула подняться. Бэн подошел к ней и победоносно возвышаясь, усмехнулся.

— Ну, кто кого? — Сказал он, подкидывая огромный снежок.

— Дай мне время, отстрою крепость и тебе меня не одолеть.

— Спорим на марку, что я тебя оттуда за минуту выбью?

— Я тебе помогу! — Воскликнула Дита, присаживаясь к Ангелине и обнимая ее за шею. — Вдвоем мы с ним справимся!

Бэн свел брови и опустил руки.

— Так не честно, почему ты всегда на стороне Ангелины, — расстроился он.

Дита не ответила, смеясь, она прижалась крепче к подруге.

— Тебе в постели мне в остальном, — тихо ответила ему женщина, и Бэн снова нахохлился и, отвернулся от женщин. — Не переживай, тебя же это устраивает? Каждому свое. — Ангелина поднялась и стала отряхиваться сама и помогать Дите почистить одежду. — Не замерзла? — Обратилась она к девушке.

— Немного, но снег такой красивый! Я очень люблю снег, вот бы он был теплый, я бы жила в нем!

— Смешная, — рассмеялась женщина. Закончив с ее одеждой, она крепко обняла подругу, — спасибо тебе, Дита!

— И тебе спасибо, — девушка высвободилась из объятий подруги и, смущаясь спросила: — Ты на меня больше не сердишься?

— За что? — Удивилась Ангелина. — Что ты с Бэном все время убегаешь?

Дита спрашивала не об этом. Девушка чувствовала, как Ангелина нервничала, когда Дита появлялась в их комнате, словно женщина догадывалась о том, что Дита читает их письма. Но женщина ни разу не сказала ей об этом открыто. Дита с каждым днем сожалела все сильнее, что решилась на такое. Ей было тяжело брать у людей, что заботились о ней намного больше, чем Джетт. Но разве можно было пойти против желания господина. Дита хотела угодить вампиру, но и не хотела потерять ставших для нее близкими друзьями гулей Палача. Каждый день она надеялась, что Джетт разрешит ей остановить эту слежку. Что ее тревогам придет конец и эти отношения, ценные и важные больше не будут под угрозой.

— Ага, — кивнула Дита.

— Я люблю тебя, милая, как я могу сердиться! — Воскликнула женщина и обняла ее. Дита радостно обняла ее в ответ.

— Я тоже люблю тебя!

Бэн опустил голову еще ниже и зашагал проч. Его сердце болезненно кольнуло от этих слов. Почему ему не хватало смелости открыть ей свои чувства? Потому что он боялся, что ему Дита так не ответит. И ему нужна была не простая любовь, не такая о которой говорила Ангелина. Бэну хотелось большего.

Дита заметив его удаление, чмокнула подругу на прощание и поспешила за юношей. Догнав его, она вцепилась в его руку, повисая, но Бэн резко отдернул ее, стряхивая. Девушка не наставала, и стала идти рядом, о чем-то безостановочно щебеча.

Отойдя от казарм подальше, Бэн остановился и сердито посмотрел на спутницу.

— Помолчи, ладно! — Сказал он сердито.

Дита кивнула и умолкла. С непониманием она смотрела на юношу, ожидая его дальнейших слов. Но Бэн молчал. Опустив взгляд, он сжимал кулаки и словно сам ожидал от подруги чего-то. Но девушка молчала, как он и попросил.

— Обними меня, — приказал гуль, и Дита обхватила его шею мокрыми руками, положила ему подбородок на плечо. — И не отпускай!

Бэн стоял неподвижно, слушая ее дыхание, вдыхая запах ее волос и наслаждаясь ее теплом. Девушка рядом с ним грела его душу. Даже в мокром, холодном платье, она обжигала его сердце, так, что ему казалось, все внутри полыхает огнем.

— Когда же это пройдет? — Спросил он в пустоту, наконец, отвечая на ее объятья.

— Весной, — рассмеялась Дита, — в Берлине часто снег лежит? В Гамбурге снег таял в марте. А тут?

— Весной, — вздохнул он. — Ты меня любишь? — Спросил Бэн, тихо, не решительно.

— Ты мой хороший друг, Бэн, — спокойно ответила девушка ему в ухо, все еще вися на его плече.

— Лишь друг?

Дита молчала, и Бэн сжал веки, до белых пятен, в ожидании его ответа. Но Дита так и не ответила.

На что похожа любовь? Бэн искал ее, испытывая свои и чужие чувства. Встречаясь и расставаясь, молясь Катерине и мечтая о ней. Умел ли он любить? Тысячи трупов на его совести, поклонение госпоже и лишь ее образ в голове сотни лет. Как долго можно любить? Бэн верил, что любил и любит Катерину все триста лет. Но разве можно было полюбить кого-то еще, если для Бэна никогда никого не существовало кроме его госпожи. Настоящая Любовь стала тюрьмой. Любовь к смертной сковывала, давила на грудь неподъемным камнем, разрывало сердце, и лишала рассудка. Он не хотел себе в этом признаваться. И не хотел, чтобы она об этом знала. Ведь Дита всего лишь стадо для его госпожи. Катерина желала получить девушку, и Бэну нужно было постараться добить ее, во что бы то ни стало.

Но чем дольше он сжимал ее в своих объятьях, чем чаще засыпал с ней и любовался ее улыбкой, тем сильнее он осознавал, что старается не для Катерины. А лишь для себя. Получить Диту, удержать, владеть. Дита должна была стать его и только его.

Пусть ненадолго.

Бэн уверял себя, что сможет смириться, если кто-то из вампиров поглотит девушку, убьет в порыве Зверя. Но пока она жива он не позволит ей уйти. Любой ценой. Любыми способами. Дита должна быть его. И лишь его.

Юношу охватило безумие, липкий прожорливый страх сжимал его, царапая длинными когтями рассудок. Бэн уверял себя снова и снова, что Дита не важна для него, что эта временная связь. Что скоро все пройдет, забудется. Он с нетерпением ожидал этого момента, когда осознает, что девчонка больше ему не нужна. Но любовь словно вирус, проникала все глубже. Одно ее прикосновение и он хоронил все свои мысли, поддаваясь эмоциям. Дита же закрывалась, ее чувства оставались для него недоступными. И гуль был готов на многое, чтобы узнать ее мысли, или чтобы девушка просто разделась с ним рядом. Дита приносила боль. Но эта была самая сладкая боль в его жизни.

— Я не знаю, что такое друг, — осипшим голосом произнес он.

— Ангелина твой друг! — Уверено сказала Дита.

— А ты?

— А я… — Дита запнулась, — я твой друг и твоя любовница.

====== Глава 7. Зимняя спячка. Часть 09. Совесть ======

Комментарий к Глава 7. Зимняя спячка. Часть 09. Совесть не бечено

Кёпеник.

23 декабря 1808 год. Ночь. Пятница. (Дмитрий)

Катерина ожидала Дмитрия у невидимой границы Кёпеника. Крупный речной узел, застроенный портами и загородными замками богатых и знатных жителей Берлина, красочно сиял всего в нескольких километрах от небольшого лесного холма, где встречались Палач и Дмитрий.

Торопливо взбежав на освещенную луной поляну, Дмитрий поклонился. Катерина продолжала смотреть куда-то в даль и, проследив за ее взглядом, Дмитрий тоже посмотрел на сияющий город. Его город. Кёпеник праздновал католическое рождество. И в эту сухую, морозную зиму горящие фонари и фейерверки выгляди завораживающе прекрасно.

— Я бы пригласил вас прокатиться на паруснике, но боюсь, вы не позволите себе отвлекаться от ваших дел. — Дмитрий стоял в маске Носферату и его тон казался издевающимся.

Катерина медленно перевела на него взгляд.

— Если твои новости будут достойны, я подарю тебе свидание, Носферату, — ни ее голос, ни мимика не выдали ее настроения. Шутила ли она или действительно была готова отправиться в речную прогулку, Дмитрий не мог понять.

Он развернул плотную ткань и разложил ее на земле. Потом открыл тубус и достал несколько плотных широких листов. Их он выложил на ткани, и сев рядом стал водить пальцем по тонким линиям чертежей.

— Это план новых подземных ходов. Более пяти километров в черте города и почти столько же за его пределами. Строительство начнется после Нового года. Контракт с наемниками составлен, расходы оплачены, и город ждет перемен и избавления от нечистот. Высота каждого лаза от метра до полутора, дополнительные ступени, чтобы не пришлось опускаться в отходы, система защитных переходов и соединения со старыми ходами.